Черная магия - Кейт Тирнан

Я оперлась руками о бедра и сказала:

- Какого черта ты тут делаешь?

- Ты можешь видеть в темноте? - спросил он, будто приглашая к дружеской беседе.

- Разумеется. как любая ведьма.

- Не любая, - возразил он, отделяясь от стены и стряхивая снег с перчаток. - Не у всех ведьм открывается ведьмовской глаз. И ты первая непосвященная ведьма, насколько я знаю, у которой он открылся. Не всем чистокровным ведьмам это дано. лану Вудбейн - больше, чем другим.

- А что же ты? - спросила я. - Твой отец тоже из клана Вудбейн.

- Мне это тоже дано, - ответил он, не обращая внимания на вызов в моем тоне. - У меня он открылся где-то в пятнадцать. Я думал, это связано с переходным возрастом. На теле растут волосы, ломается голос, открывается ведьмовской глаз.

- Что ты тут делаешь?

- Восстанавливаю руны оберега, - произнес он также буднично, как если бы сказал: «Подстригаю кусты». - Вижу, Кэл начертил поверх моих рун свои.

- Он хотел защитить меня от тебя, - с намеком произнесла я. - А ты меня от кого защищаешь?

Вспыхнула и погасла в темноте широкая ухмылка.

- От него.

- Ведь ты же не собираешься снова связывать его, правда? - спросила я. - Не станешь сковывать цепью? Ты учти, я не позволю тебе причинить ему вред.

- Не бойся, не собираюсь. - Хантер осторожно коснулся рукой своей шеи. - Я лишь наблюдаю - по крайней мере, пока. Пока я не получу доказательства. А я их получу.

- Потрясающе, - с отвращением произнесла я. - как вы мне оба надоели. Разбирайтесь вдвоем, оставьте меня в покое, а? Не нужна мне ваша цельная картина.

- Хотел бы я, чтобы все это обошло тебя стороной, Морган, - с печалью в голосе произнес Хантер. - Но боюсь, ты часть этой картины, нужна она тебе или нет.

- С какой стати? - воскликнула я, потеряв терпение.

- Виной тому твои корни, - ответил он. - Мейв была из ковена Белвикет.

- И что с того? - Я обхватила плечи руками и растерла их.

Меня пронизывал холод.

- Говорят, Белвикет был стерт с лица земли волной тьмы, так?

- Так, - подтвердила я. - Мейв записала в «Книге теней», что пришла волна тьмы и уничтожила их ковен, убивая людей, разрушая жилища. Папа ездил туда посмотреть, что осталось от города. Там камня на камне не осталось.

- Не осталось, - кивнул Хантер. - Я тоже там был. Все дело в том, что Белвикет был не единственным ковеном, который уничтожила волна тьмы. Я нашел подтверждения тому, что с ним вместе исчезли не меньше восьми других - в Шотландии, Англии, Ирландии и Уэльсе. И это только те, о которых мы достоверно знаем. Эта сила, какой бы она ни была по своей природе, могла причинить еще множество менее очевидных бед.

- В чем же ее природа? - прошептала я.

- Я не знаю, - сказал Хантер, в сердцах ломая ветку куста. - Я потратил на ее изучение два года и до сих пор понятия не имею, с чем мы столкнулись. Неизвестное зло. Наш ковен тоже был разрушен, моим родителям пришлось бежать и скрываться. Я не видел их уже почти одиннадцать лет.

- Они живы?

- Не знаю. - Хантер пожал плечами. - Никто не знает. Мой дядя сказал, что они бежали, чтобы спасти нас - меня, брата, сестру. С тех пор их никто не видел.

Все было точно также, как с моей семьей.

- Мои настоящие родители бежали сюда, в Америку, - сказала я. - Два года спустя их убили.

Хантер кивнул:

- Я знаю. Мне очень жаль. Убили не только их. В восьми ковенах - сто сорок пять смертей.

- И никто не знает, что за сила их убила, - повторила я.

- Пока нет. - Разочарование переполняло его и выплескивалось наружу. - Но однажды я узнаю. Я буду преследовать эту силу, пока не пойму ее природу.

Несколько долгих мгновений мы стояли, не произнося ни слова, каждый погруженный в свои мысли.

- Что произошло с Линденом? - спросила я.

Хантер дернулся, будто я его ударила.

- Он, как и я, пытался раскрыть тайну исчезновения родителей, - тихо произнес он. - Только он призвал на помощь потустороннюю силу, и она убила его.

- Не понимаю, - сказала я.

Ледяной ветер взъерошил волосы, по коже побежали мурашки. Может, позвать Хантера в дом? Посидеть на кухне или в гостиной. Там тепло.

- Он призвал духа тьмы, - пояснил Хантер. - Силу зла. Мне кажется, волна, о которой я говорю, и есть невероятно сильный дух тьмы или даже несколько духов, связанных воедино.

Это было уже слишком даже для меня.

- Это что, как покойник? - пискнула я. - Призрак?

- Нет. Этот дух никогда не был живым.

Я снова задрожала и обхватила себя руками. Не успела я опомниться, Хантер уже растирал мне спину и плечи, пытаясь меня согреть. Я увидела его склоненное лицо, точеные скулы, очерченные лунным светом, зеленый блеск глаз. Он был прекрасен, так же прекрасен, как эл, только по-своему.

«Он причинил Кэлу боль, - напомнила я себе. - Он сковал его руки, нанес ему незаживающие раны».

Я выскользнула из его рук и твердо решила не пускать его в дом.

- Что ты сделаешь с этой силой, когда настигнешь ее? - спросила я.

- Я ничего не смогу с ней сделать, - ответил он. - Я хочу другого: остановить людей, которые призывают ее вновь и вновь. - Я неотрывно смотрела на него. Он выдержал мой взгляд. Потом я поймала себя на том, что он смотрит намой губы… - И тогда, - тихо произнес он, - тогда те, кому она причинила боль, - ты, я… мы сможем идти дальше.

Слова слетали с его губ, словно сухие листья на снег, а я стояла, не в силах вырваться из плена его глаз. Грудь разрывалась, будто распираемая океаном бушующих чувств, которые не выплеснуть наружу: их так много, что не решишь, с чего начать.

Оцепенело я смотрела, как Хантер наклоняется ко мне. Пальцы, холодные как лед, приподняли мой подбородок. «Богиня! - подумала я. - Он хочет меня поцеловать». Мы смотрели друг другу в глаза, и вновь я чувствовала, как сплетаются наши разумы, наши души. Горячий укол у самого горла напомнил мне, что на шее я ношу серебряную пентаграмму, подарок эла. Я моргнула. Раздался шум подъезжающей машины. Я опомнилась, отступила на шаг и оттолкнула его.

- Прекрати! - потребовала я.

Он смотрел мне в глаза, и я не могла постичь, что творится в его голове.

- Я не хотел, - сказал он.

Распахнулась дверца машины. Захлопнулась и опять распахнулась. Раздался голос Мэри-Кей:

- Бэккер! - Испуганный, резкий вскрик.

Прежде чем дверца успела захлопнуться вновь, я уже летела через двор к сестре. Хантер бежал следом.