Претендентка. Единственная и неповторимая - Елена Кароль

– Одевайся. Жду наверху.

Трус! А если я нуждаюсь в помощи при одевании? Кто мне шнурки на ботинках завязывать будет?!

Несколько секунд я возмущенно сверлила взглядом дверь, затем прогнала глупые мысли прочь, тоскливо вздохнула и села.

Нет, пора уже браться за дело всерьез. Никакой личной жизни!

Где там иномирные террористы? Подать достопочтенной махеши их головы на блюде! У меня из-за них жених по утрам из постели сбегает!

Потихоньку настраиваясь на предстоящий разговор и дальнейший титанический труд по нахождению и обезвреживанию пока еще неведомого противника, я привела себя в порядок. Заглянула в подаренное Жданом зеркало и отметила, что в общем и целом выгляжу более чем достойно, если не брать во внимание кислое выражение лица.

Да уж…

Прикрыла глаза, несколько раз глубоко вдохнула и шумно выдохнула, мысленно давая себе установку на победу, затем оценила свое отражение вновь и на этот раз удовлетворенно кивнула. Не идеально, но намного лучше.

Перед выходом задумалась – а не взять ли с собой что-нибудь из даров (например, ручной арбалет Эльбы или даже меч!), но тут же отмела эту мысль как несвоевременную. Да, мне очень хочется чувствовать себя более уверенно и защищенно, но это не выход. Перед остальными жрецами, наверняка умеющими не только приходить на вызовы, я буду выглядеть глупо и нелепо. Несомненно, они сразу поймут, что я знаю лишь название оружия, и ладно если просто снисходительно усмехнутся. Нет, позориться как-то не хочется.

Тем более перед жрецом пятого ранга, рядом с которым и так охватывает безудержное желание преклонить колено и признаться во всем.

Погасив трусливый порыв вооружиться до зубов хотя бы для видимости (видимости чего именно, сформулировать внятно я так и не смогла даже для себя), я поторопилась подняться наверх, потому что в ожидании грядущего общения с преподобным меня вновь начало мелко потряхивать.

Невероятно могущественный жрец! Один из немногих, кто может разговаривать с богами почти на равных. И он тут! Он ждет меня! Мамочки-и-и!

Последний раз я ощущала себя примерно так же, когда впервые была приглашена на беседу к гендиректору. Это было далекие два года назад…

Умом я понимала, что не случится ничего страшного и это всего лишь разговор, но эмоции отказывались подчиняться, а воображение выдавало одну нелепость за другой. В конце концов, уже открывая дверь кают-компании, я элементарно запретила себе думать и чувствовать, чтобы, не дай бог, просто не грохнуться в обморок от перенапряжения.

Подумаешь, жрец! Подумаешь, преподобный пятого ранга!

А я, между прочим, любимица Судьбы, а он всего лишь мужчина, который хочет поговорить о произошедшем. Да? Да!

– Доброе утро. – И все равно моя улыбка вышла нервной и кривой, когда я приблизилась к оборотню, сидящему на том же самом месте, что и вчера. – Прошу прощения за задержку.

В каюте, кроме нас, больше никого не было, так что я испытала облегчение – никто не станет свидетелем моего позора, если вдруг я все-таки грохнусь в обморок.

– Доброе утро, Ульяна. – Пьющий чай оборотень, так и не снявший свой дорожный плащ, поприветствовал меня и кивком предложил занять соседний стул. – Присоединяйся, позавтракай. Заодно успокойся. Поверь, я не отличаюсь от тебя ничем. Я всего лишь жрец…

И так многозначительно блеснул глазами, что у меня закралось подозрение – мои мысли уже не только мои. Черт!

– Нет, я не читаю твои мысли, – отвлекшись на тарелку с печеньем, иронично проговорил Збавелий, даже не потрудившись удержать визуальный контакт. – Это стандартное поведение тех, кто ниже меня рангом. Вот только мало кто понимает, что пятый ранг – это не дар и благо, а одиночество и порой невыносимая ответственность за свои мысли, слова и поступки. Мне повезло, у меня есть друзья…

Медовые глаза заглянули в самую глубину моих глаз, а тонкие губы дрогнули в подобии улыбки.

– Тебе повезло еще больше.

Это признание шокировало меня. Неужели ему настолько тяжело? Неужели его… это гнетет? И ему… ему нужна моя поддержка?

Во мне начало зарождаться нечто такое, что можно было счесть за жалость, но стоило мне лишь открыть рот, как жрец резко поднял руку, запрещая говорить.

– Нет, Ульяна. Не стоит. Это моя судьба, и я не ропщу на свое предназначение. Я рад, что ты понимаешь суть служения, и больше того – согласен с выбором Дариатты. Милосердная удивила нас, но как всегда приятно. А теперь завтракай, и побеседуем. Эфенди Камаледдин и капитан Варго помогли нам на первом этапе, но у меня еще остались вопросы, на которые можешь ответить лишь ты.

Даже не знаю, что именно успокоило меня окончательно – общение как с равной, раскрытие личного или то, как непринужденно Збавелий ел печенье, – но к завтраку я приступила с легкой душой и удовольствием.

Пока ела, пыталась рассмотреть жреца более подробно, но при этом сделать это как можно незаметнее. Вчера этому не способствовали слабость и шок осознания могущества гостя, да и сейчас я все еще ощущала некоторую долю неловкости и преклонения, причем в первую очередь из-за невероятной мощи, которую не очень хорошо скрывал плащ.

Плащ… Наверняка непростой плащ. Артефакт? Может быть…

Черт! Как же ничтожно мало я знаю, даже с учетом той информации, которой со мной поделилась Дариатта!

А он ничего, симпатичный. Приятный. Если забыть о том, что жрец пятого ранга и оборотень, то можно представить его в роли какого-нибудь секретного агента. Жутко секретного и до безумия успешного в выполнении поставленных задач. Как Джеймс Бонд, например.

– Поела? – Наверняка отметив затянувшуюся паузу, Збавелий вновь мягко улыбнулся. Так мягко, что я смутилась и торопливо кивнула, отставляя почти пустую кружку в сторону. – Тогда перейдем к вопросам. Для начала меня интересует личность Танариса. Что ты можешь о нем рассказать? Взгляды, слова, жесты, запах его магии – меня интересует каждый нюанс, который ты сможешь вспомнить.

И рада бы забыть о мерзавце раз и навсегда, но так и быть – сделаю это немного позже.

Сосредоточившись на личности демона, который по дикому недоразумению являлся единокровным братом Камаледдина, я даже глаза закрыла, чтобы не мешать воспоминаниям всплывать на поверхность и обрастать подробностями. Вот мы идем по улице мимо той злополучной таверны, вот Камаледдин вступает в бой с наемниками, а вот сам Танарис останавливает бессмысленную драку…

Я вспоминала и одновременно рассказывала. Описывала внешность и тон демона. Как неестественно и наигранно он себя вел. Как навязывался и постоянно косился то на меня, то на брата. Как вероломно меня похитил, а затем увез на своем корабле. Как пытался изнасиловать…

– Он не показывал свою… точнее, не свою магическую силу до последнего. Только тогда, когда я смогла скинуть оковы, сменила ипостась и попыталась его уничтожить, Танарис явил нечто большее. – Я открыла глаза, чтобы в полутрансе посмотреть на внимательно слушающего меня Збавелия. – Это не его истинная сила. И не его истинная ипостась. Его… – Поморщилась, подбирая слова и боясь ошибиться в выводах. – Его облагодетельствовали. Возможно, бог иного мира… Не уверена. Простите.