Истинная последнего из огненных - Альма Либрем

Не знаю, зачем я всё-таки приняла приглашение Магнуса и вечером решила наведаться к нему в кабинет, но мне почему-то показалось, что мы обязательно должны поговорить и выяснить все. Мне почему-то становилось дурно от одной мысли, что этот мужчина всё ещё чувствовал что-то к моей матери. К женщине замужней и…

Женщине, на которую я похожа, как две капли воды.

Тряхнув головой, чтобы отогнать прочь все дурные мысли, я постучалась в дверь и заглянула в кабинет. Магнус, как всегда, сидел за своим столом, согнувшись над бумагами, и что-то быстро писал на белом листе. Заметив меня, он вскинул голову и улыбнулся, кажется, искренне.

- Проходи, - мягко промолвил мужчина. – Как день?

- Замечательно, - соврала я, хотя сегодня не могла сосредоточиться ни на одной лекции и, признаться, всё ждала, когда мама попытается со мной связаться. Но она знакомилась с преподавательским составом и вряд ли успеет заглянуть в мою комнату.

А было бы неплохо поговорить с нею сегодня…

- Не думал, что ты всё-таки придешь, - произнес Магнус, поднимаясь со своего места.

Он подошел ко мне поближе и осторожно взял за руку. Я позволила сжать свои пальцы и заглянула в его глаза, пытаясь разобраться, насколько правдивым будет всё то, что сейчас скажет мне мужчина. Почему-то от доверия к нему почти ничего не осталось, и я смотрела на него с легкой досадой, как будто между нами до сих пор стояла моя мама.

- Я тоже не думала, - наконец-то промолвила я. – Но решила, что поговорить нам всё-таки нужно, во избежание недоразумений.

- Разве у тебя опять есть какие-то сомнения?

Опять? Да они никуда, собственно говоря, и не девались. Я вообще ему не доверяла – а как можно говорить о доверии к человеку, точнее, к огненному магу, который даже в самых трепетных чувствах ищет для себя выгоду? Хочет род спасти – пусть…

Я мотнула головой, вынуждая себя если не отбросить, но по крайней мере временно пригасить обиды и строго произнесла:

- Да, сомнения есть. Я не хочу быть всего лишь тенью своей матери.

- Твоя мать мне бы ничем помочь не смогла.

- Конечно, не смогла бы! И не захотела, учитывая то, какое у вас было знакомство, - пожала плечами я. – Но я отказываюсь тебе помогать, если пойму, что ты всего лишь пытаешься заменить её мною.

- Ты ничего не знаешь, - холодно ответил Магнус.

- Хочешь сказать, не предлагал моей матери стать твоей? Или не тащил её на железные решетки? – раздраженно поинтересовалась я и, заметив, как моментально помрачнел Магнус, поняла, что попала как раз в точку.

Слышать о былом опыте отношений с моей матерью ему явно было не слишком приятно, но мужчина, кажется, не хотел того признавать. Вместо того, чтобы сознаться в ещё не погасших чувствах, он прорычал:

- Я всего лишь перепутал.

- И что ты перепутал? – изогнула брови я.

- Вкус её магии.

- С чем?

- С твоей.

Я опешила.

- Вот как.

- Огненным подходит далеко не каждая женщина, - нехотя произнес Магнус. – Далеко не каждую женщину можно зажечь изнутри и быть уверенным, что она не сгорит. Твоя мать, как и ты, была такая. Но я тогда был молод и неопытен. Она – наполовину морская ведьма. В ней воды слишком много, чтобы я в самом деле мог на что-то рассчитывать. Если б даже твоя мать согласилась, то ничем хорошим наши отношения бы не закончились.

- И почему же? – с вызовом поинтересовалась я, не сводя с него взгляда.

- Потому что он погас бы, и всё, - раздалось из дверного проема, и я, стремительно оглянувшись, узрела на пороге кабинета собственную мать.

Дараэлла стояла, опершись плечом о дверную створку. На её ладонях переливались колдовские искры, и я без труда узнала смесь морской и горной магии. Синевато-бирюзовые искры скользили по маминой коже, придавая ей своим свечением нездоровый оттенок. Выглядела женщина мрачно, и в синих глаза явственно сияло недоверие, как будто она приняла Магнуса за злейшего врага, посмевшего приблизиться к её дочери.