Строптивое наследство - Берта Свон

«Зато невеста под боком, — насмешливо напомнил сам себе Эрик. — Плевать, что она терпеть меня не может».

И если днем можно было пытаться занять себя прогулками по острову, то ночи обещали стать настоящим испытанием. У Эрика давно не было женщины. А невеста, хоть и стерва, оказалась вполне симпатичной внешне.

Спальня, с широкой кроватью, журнальным столиком и двумя плетеными креслами, спокойно могла вместить двоих.

Эрик улегся на кровать, опробовал ее. Матрас спружинил под телом. Хорошо. Очень хорошо. Давно Эрик не спал в нормальных условиях.

В комнату заглянула невеста, подозрительно взглянула на Эрика, осмотрелась, все же зашла.

— Чего вы боитесь? — Эрик и не подумал встать. Правила вежливости он будет соблюдать при дворе дяди.

— Всего, — недовольно ответила невеста. — Вас — нет.

— Женщины, — хмыкнул Эрик. — Вас сюда отдыхать отправили. Вот и отдыхайте.

— В этом платье? Без сменной одежды? Без продуктов? Хороший отдых.

— Что ж за мир был, в котором вы росли, — тяжело вздохнул Эрик и приказал. — Сменное белье на постель.

Секунда — и рядом с Эриком появились трусы, подобные его собственным.

— Попробуйте, — иронично предложил Эрик. — Это не страшно. Можете даже нож заказать. От меня отбиваться.

Невеста недовольно на него зыркнула, что-то прошипела под нос и вышла из комнаты. Эрик снова тяжело вздохнул. Она и на отдыхе умудрилась остаться в собственной раковине, как улитка.

— Какой чудный у меня ожидается брак, — пробормотал Эрик. — С такой второй половиной и наследства никакого не захочешь. Торн, вот скажи честно, ты нарочно подобрал мне невесту похуже? Она ж и тени своей боится.

Торн не ответил. А вот диванная подушка Эрику прилетела. Почти в голову. В последний момент он успел уклониться. Ухмыльнувшись, Эрик поинтересовался у появившейся в проходе невесты:

— И в чем я неправ?

— В том, — отрезала она. — Я никого не боюсь. И за вас, бабника, выходить не желаю.

— Да не выходите, — ухмылка Эрика стала еще шире. — Только самой себе честно ответьте: вы за меня замуж не хотите или вообще туда не собираетесь? Честно.

Невеста недовольно прищурилась:

— Честно, значит? В своем бывшем мире я, может, и вышла бы замуж. По любви. А здесь, в мире, где с женщиной обращаются как с вещью… Да нужен мне этот брак!

— Вот, — многозначительно поднял палец Эрик. Он вошел во вкус и с удовольствием поддразнивал ту, кого боги определили ему в жены. — Я тут не при чем. Вы — перепуганная женщина, трясущаяся от страха при одной мысли о браке.

— Сволочь, — любезно сообщила невеста, повернулась и вышла из комнаты.

— Так я и не отрицаю, — Эрик зевнул. Спать хотелось жутко. — Каким родился, таким и вырос.

В ответ — молчание. Эрик повернулся на бок и заснул.

Нина готова была прибить всех и сразу, включая внезапно приобретенных божественных родственников. Она привыкла самостоятельно решать все вопросы в своей жизни. И теперь, оказавшись под одной крышей с наглым, самовлюбленным бабником, она рвала и метала. «Ты всегда бежишь от парней, — некстати вспомнились слова матери при их последнем разговоре несколько месяцев назад. — От людей ты тоже стала бежать. Может, пора наконец-то повзрослеть и научиться общаться с теми, кто вокруг?».

Нина с матерью согласна не была. Да, она не жила ни разу с мужчиной, но только потому что никто не обращал на нее внимания! Да, и без подруг Нина обходилась. Но на работе же общалась! А дома… Дома Нине было хорошо и одной. И не нудно ни парня, ни подруг.

«Ты боишься отношений, потому что заранее настроила себя на разрыв, — утверждала мать. — Наш пример с твоим отцом совсем не показателен. Есть те, кто живет вместе всю жизнь».

«Однако же ты уже третий раз замуж вышла», — ответила тогда Нина.

«Да, но я не единственная женщина на свете. И я, если ты заметила, не боюсь разводиться».

Они тогда снова не пришли ни к чему общему. Каждый продолжил жить так, как ему нравилось.

Нина прислушалась: за тонкой стеной выводил рулады жених. «Да, он меня зацепил, — призналась сама себе Нина. — Да, я готова его убить, но при этом внешне он мне нравится. И что? Это ничего не значит. Он во мне не видит ни женщину, ни человека. Только довесок к желанному наследству». Почему-то эта мысль занозой залезла в сердце. Хотя не почему-то. Причину Нина знала. Она еще в детстве мечтала, что за ней, гадким утенком, будет ухлестывать самый красивый мальчишка в классе. Дура, конечно. Вот и теперь. Красавчик, да. Наглый. Самоуверенный. Но красавчик. И Нине настойчиво предлагают стать его женой. Отказ вроде бы не принимается. Хотя бабушка и утверждала, что без любви Нина ни за кого замуж не пойдет.

Нина в красках представила, как застает жениха верхом на какой-нибудь служанке, и поняла, что будет сидеть за убийство. Если, конечно, родственникам богов здесь не делают послаблений.

Жених продолжал выводить рулады. Его метания невесты ни капли не интересовали. Нина, раздражаясь с каждой минутой все сильнее, вышла из дома. Ей хотелось побыть в одиночестве. В полном одиночестве, чтоб их всех!

— Нет, ну вот зачем, а? — ворчала она еле слышно, шагая под деревьями, — зачем мне замуж? Что я там забыла? Столько времени жила одна и отлично проживу остаток лет!

Деревья молчали. Птицы отзывались свистом. Настроение Нины стремительно портилось.