Колдун и кристалл - Стивен Кинг

По одну руку путники увидели прекрасную старинную карусель,с полосатым шатром и лошадками. Карусель застыла, разноцветные лампочки негорели, музыка замолкла навсегда. По спине Джейка пробежал холодок, когда нашее одной лошадки он заметил детскую бейсбольную перчатку, зацепившуюся засбрую. И сразу отвел глаза.

За каруселью растительность стала гуще, с обеих стороннавалившись на тропу так, что странникам пришлось идти колонной по одному, какпотерявшимся детям в сказочном лесу. Шипы разросшихся и неухоженных розовыхкустов цеплялись за одежду Джейка. Каким-то образом он оказался в авангарде(возможно, потому, что Роланда не отпускали собственные мысли), поэтому «ЧарлиЧу-Чу» увидел первым.

Приближаясь к рельсам, пересекавшим тропу, маленьким, чутьбольше игрушечных, он вспомнил высказывание стрелка о том, что ка – все равночто колесо, всякая точка на котором всегда возвращается в прежнее место. Наспреследуют розы и поезда, подумал Джейк. Почему? Я не знаю. Наверное, это ещеодна за…

Тут он взглянул налево, и с его губ сорвался крик:«Божетымойправедный» – все в одно слово. Ноги у него подогнулись, он опустилсяна землю. Собственный голос донесся до ушей из далекого далека. Сознания он непотерял, но многоцветный мир перед глазами поблек: листва стала серой, совсемкак осеннее небо над головой.

– Джейк! Джейк, что случилось?

Эдди. В его голосе Джейк слышал искреннюю озабоченность, нопроизносил Эдди эти слова на другом континенте. А может, и на другой планете.То ли в Бейруте, то ли на Уране. Джейк почувствовал, как ему на плечо легларука Роланда.

– Джейк! – Сюзанна. – Что с тобой, сладенький? Что…

Тут она увидела и замолчала. Эдди увидел, больше не сказалему ни слова. Рука Роланда свалилась с его плеча. Все стояли и смотрели… кромеДжейка, который смотрел сидя. Он полагал, что со временем ноги у него окрепнути он сможет встать, но пока они напоминали вареные макаронины.

Поезд стоял в пятидесяти футах от них, у игрушечной станции,уменьшенной копии той, на которую они прибыли. На свесах крыши красовалсябольшой щит с надписью «ТОПИКА». А сам поезд будто сошел со страниц книги«Чарли Чу-Чу». Те же вагоны, тот паровоз «Биг-бой-402». И Джейк знал: если б унего хватило сил подняться и подойти к поезду, он бы нашел мышиное семейство,устроившееся на сиденье, где раньше сидел инженер (и его, безусловно, звали БобКак-его-там). А еще одно семейство, ласточек, примостилось на дымовой трубе.

И черные маслянистые слезы, думал Джейк, глядя наминиатюрный поезд, стоящий у миниатюрной станции, с бегающими по кожемурашками, со скрутившимся в узел желудком. По ночам он плачет чернымимаслянистыми слезами, и они блестят в ярком свете его прожектора. Но в своевремя, Чарли-бой, ты покатал ребятишек, не так ли? Ты ехал по периметру паркаГейджа, а ребятишки смеялись. Все смеялись, за исключением нескольких. Эти-тознали, кто ты такой, и кричали. Как кричал бы я, будь у меня для этого силы.

Но силы к нему возвращались, и когда Эдди подхватил его пододну руку. а Роланд под другую, Джейк сумел подняться. Его качнуло, но онустоял на ногах.

– К твоему сведению, я не думаю, что ты дал слабину. – ГолосЭдди звучал мрачно. Мрачным оставалось и его лицо. – У меня тоже такоеощущение, что я сейчас упаду. Это же поезд из твоей книжки. Один к одному.

– Значит, теперь нам понятно, откуда мисс Берил Эванс взялаидею «Чарли Чу-Чу». – вставила Сюзанна. – То ли она жила здесь, то ли до 1942года, когда эту чертову книгу опубликовали, побывала в Топике…

– …и увидела игрушечный поезд, который ездит по Рейнскомурозарию и вокруг парка Гейджа. – закончил за нее Джейк. Страх уже спал, и он,не только единственный ребенок в семье, но и очень одинокий ребенок, испытывалбезграничную любовь и признательность к своим друзьям. Они видели то, что виделон, они понимали причину его испуга. Естественно, все они составляли ка-тет.

– Он не будет отвечать на глупые вопросы, не будет играть вглупые игры, – промурлыкал Роланд.

– Ты можешь идти, Джейк?

– Да.

– Ты уверен? – спросил Эдди и после утвердительного кивкаДжейка покатил коляску Сюзанны через рельсы. Роланд последовал за ним. Джейк намгновение задержался, вспомнив сон: он и Ыш пересекают железнодорожные пути, итут ушастик внезапно поворачивает и бежит по шпалам, отчаянно лая наприближающийся прожектор.

Джейк наклонился, поднял Ыша на руки. Посмотрел на ржавеющийпоезд, застывший у станции, темный круг потухшего прожектора, похожего намертвый глаз.

– Я тебя не боюсь, – прошептал Джейк. – Не боюсь тебя.

Прожектор ожил, коротко сверкнул, как бы говоря: А я вижу,что боишься. Вижу, маленькая моя, дорогая злючка. И погас.

Остальные ничего не заметили. Джейк еще раз посмотрел напоезд, ожидая, что прожектор вспыхнет вновь, может, даже поезд сдвинется сместа, чтобы раздавить его, но ничего такого не случилось.

С гулко бьющимся сердцем Джейк устремился вдогонку за своимиспутниками.