Единство-2 - Данияр Саматович Сугралинов

манекеном, и в этот раз я был уверен, что он не сможет призвать Бездну, потому что из моего восприятия течение времени для него, даже ускоренное, выглядело как стоп-кадр, а я почти не видел последствий своих ударов: Когти Жнеца рвут ткань одеяний, пробивают грудь, раздирают кожу и дробят кости, но стоит вытащить кулачное оружие, и будто не было ничего, потому что кровь не успевает покинуть разорванные сосуды и выплеснуться мне в лицо.

Моя ставка на Стремительность урагана оправдалась: Дестур не успел ничего сделать, его шкала жизни обнулилась в считаные миллисекунды реального времени, и только я победно вскинул руки, как…

…мир погрузился во тьму, в абсолютный мрак, и снова осветился. Он был поставлен на паузу, как какая-то симуляция на вселенском компьютере. Очки здоровья Дестура заморозились в тот кратчайший миг, когда единица здоровья превращается в ноль. Видимо, смерть верховного жреца не входила в планы Бездны ни при каких обстоятельствах, и она была готова на любые жертвы. Мои сильнейшие эмоции: разочарование, злость и даже усталость, понимание того, что мне снова придется прожить еще один цикл бесконечных истязаний и адской боли, чтобы получить новую попытку прикончить Дестура, — были все же поглощены любопытством. Что же он ей пообещал?

Я так удивился, что даже не сразу осознал, что спокойно мыслю, хотя в этот раз мир остановлен не способностью жреца, а самой Бездной. Впрочем, его призывы Божественного вмешательства, теперь это очевидно, — всего лишь крик о помощи, а все дальнейшее, включая временную петлю, — работа той, кого я называл Девяткой.

Ее всегда невозмутимое и безмятежное лицо искажено яростью, и ничего подобного я не видел за все время совместного существования с ней в бета-мире. Причем гнев направлен не на меня, а на Дестура. Время потекло, как ему полагается, и все повреждения, что называется, расцвели: раскромсанное стеклом лицо обнажило месиво из крови и мозга, плещущееся на дне костяной чаши, оставшейся от черепа; отсеченные руки отвалились и упали на брусчатку; в груди проявилась гигантская дыра.

Прежде чем изливать негодование на незадачливого жреца, богиня восстановила порядок: руки Дестура вернулись на место и приросли к телу, дыра в груди заросла, кровавое облачко увенчало фигуру и сформировало голову, жреческие одеяния собрались из лоскутков в единое целое.

— Ты мое самое большое разочарование, — певуче сообщила Бездна. — Лишь наши общие планы удерживают меня от того, чтобы не порвать с тобой.

— Не ожидал услышать от тебя такую глупость, — усмехнулся Дестур. — Думал, за десять тысяч лет в Бездне ты стала способна на более здравые размышления. Ты же знаешь, что эта моя оболочка слаба, она юна даже по меркам того мира, в который ты так стремишься вернуться, в этом возрасте смертных даже в армию не берут.

— Скиф еще моложе, — возразила Бездна.

— Скиф, будем объективны, сильнее, — очень по-человечески вздохнул он. — Да, ты дала мне все лучшее из арсенала жрецов сгинувших Новых богов, но этот парень увешан талантами, как хвойное дерево в честь рождения сына чванливого бога того мира. Причем, как видишь, особенно сильные таланты у него чуть ли не дублируются подобными! Я такого даже в Преисподней не видел, а там, поверь, у Великих князей и их генералов способности не чета магии Дисгардиума. Демоническая магия…

— Оставь свои лекции на лучшее время, — перебила Бездна.

— Заткнись, сука! — прошипел Дестур, и, к моему изумлению, она так и сделала, поджав губы. — Просто уясни: то, что эта моя оболочка слабее Скифа, не делает истинного меня слабее или хуже, чем я был при нашей первой с тобой встрече. Без меня ты обречена быть запертой этом мире, со мной же откроешь для себя путь в вечное бессмертие и бесчисленное множество миров.

И снова она промолчала. Поморщилась, но не возразила. А мне после этого окончательно стало понятно, что они считают меня таким же поставленным «на паузу», как и весь остальной мир.

Вот только мой разум не «на паузе», а за счет того, что моя голова застыла, повернутой в нужную сторону, я видел, как Дестур насмешливо наблюдает за девушкой, такой красивой, юной и невинной, что я теперь, наверное, до конца жизни буду вздрагивать при виде таких же.

— Раз твоя оболочка слабее Скифа, я сделаю все сама — прикончу и отправлю в Чистилище. Это станет нарушением вселенского баланса такого уровня, что мне долго придется ждать восстановления равновесия.

— Ничего страшного, — фыркнул Дестур. — Убери Скифа, и я поставлю на колени весь Дисгардиум без твоей помощи. Особенно если ты дашь мне обещанное, не ссылаясь на нарушение равновесия мироздания.

— Внеочередные Демонические игры уже включены в нарушение баланса, — заверила Бездна.

— Ты так легко его нарушаешь, что не могу удержаться и спрошу: почему ты просто не отберешь у Скифа его способности?

— Это невозможно. Не я одаривала его ими, а те, кто это сделал, прошили их в ткань мироздания с четким свойством принадлежности Скифу. — Бездна обольстительно улыбнулась и добавила: — Именно поэтому в Небесном плане, глядя на твои мучения, я не стала терять времени и адаптировала кое-какие плетения из бета-мира под Дисгардиум. Лишат Скифа всех его божественных и магических способностей. К сожалению, только до момента смерти, но ему нужно погибнуть по-настоящему лишь раз.

Усмирение Бездны

Все основные характеристики понижены до 1.

Беспамятство Бездны

Вы временно забыли все ваши навыки.

Даже во временной петле я ощутил, как поднимаются дыбом мои волосы на загривке, как покрывается мурашками кожа и по спине стекает холодный пот. Полуистлевшие воспоминания об абсолютной беспомощности, которую я испытал, будучи во владении Девятки, пробудили панику. Выбор текущего места для воскрешения вместо Кхаринзы стал казаться непоправимой ошибкой.

Паникуя, я попробовал сфокусироваться на иконке Самопожертвования, но даже не нашел ее. Командная панель просто исчезла из интерфейса.

Последнее, что я услышал в этой очередной короткой жизни, как Бездна сказала Дестуру:

— Теперь рассчитывай только на себя.

Она исчезла одновременно с тем, как