Игры с запредельным - Андрей Альтанов

— О! А вы уже закончили?

— Я — да! В этом месте каждый второй служивый мне хороший знакомец. Мое дело Егора с пацанами свести, дальше пусть он сам о цене договаривается. Но я не о том. — Сергей подмигнул Шелезяке и тихонько добавил: — Смотри, как надо. Эй, друг! У тебя безалкогольная водка скольких лет выдержки?! Два блюдца трехзвездочной нальешь?! — Лейтенант вытащил пару купюр из кармана и помахал ими перед носом обалдевшего мужика.

И пока торговец таращился на деньги и пытался «включить мозг», его приставка извергла печальную мелодию и пропищала электронным голосом «game over».

— Брать что-то будете? — прогундосил он, когда понял, что произнесенные клиентом слова никак не укладываются в логически верную фразу.

— Как тут у вас коньяк называется? — тут же подключился Дмитрий, едва сдерживая смех.

— Бренди, — коротко ответил торговец.

— За сколько ведро отдашь?

— У меня канистра… — Мужик пнул белый пластиковый сосуд, стоящий рядом с клиентами у нагромождения ящиков.

— Хорошо, сколько будет эта канистра?

— Я не знаю, у меня здесь «разливайка», считать нужно.

— Что тут считать? Сколько сама тара стоит?

— Ну, за десять зеленых отдам. — Торговец почесал маковку, озадаченный еще одним неожиданным вопросом.

— А почем в нее бренди берешь? — сделав морду кирпичом, продолжил Дмитрий.

— Пятьдесят зеленых полная тара, — по инерции проговорился торговец и тут же прикусил язык.

— Вот тебе сотня — это будет уже с двойным подъемом. Двойной подъем — это круто! — Шелезяка невозмутимо протянул мужику купюру, поднял канистру и потопал прочь.

А продавец так и остался стоять, держа в руках деньги и глядя ему вслед. Внутренний голос барыги подсказывал, что его одурачили, но в голове не укладывалось, как такое могло произойти. А покупатели, так нагло прокомпостировавшие ему мозг, уже скрылись за соседними палатками.

— Некисло ты его опустил! — хихикнул агент безопасности. — Двойной подъем — это круто лишь в «торговке», а здесь — это шара. Он мог бы заработать в десять— двадцать раз больше, разливая это стопками! Значит так, десять процентов содержимого — мне.

— Не боись! Это я на всех взял. Вечерком на сон грядущий раздавим. — Довольный Шелезяка уже присматривал, на какую лямку «разгруза» прицепить канистру, чтобы не тащить ее в руках. — И, знаешь, это еще не все. В двойной подъем не вошла стоимость самой канистры!

— Но возвращаться же мы не будем? — Сергей задал риторический вопрос, скорчив шуточно-кислую рожу.

— Не-е-е, — изобразив аналогичную гримасу, закачал головой Шелезяка.

И двое одновременно брызнули смехом.

— А, вот вы где! — На их смех из-за следующей палатки выскочил оператор. — Давайте быстрее, Лангуст приказал всем строиться. Ему кореш подсказал, где рядышком безопасное для ночевки место есть, но нам нужно будет ускориться, чтобы до темноты успеть.

Когда трое мужчин подошли к воротам, там их уже ждали все остальные члены группы. Опоздавшие заняли свое место в строю, и отряд выдвинулся в путь.

Сразу же за воротами форта на глаза Егору попался уже знакомый отряд с учеными, который вышел в Зону раньше. Главный из спецназовцев, злой и недоброжелательный мужик, построил своих перепуганных людей около запыленного грузовика и орал матом на водителя. Автомобиль был из тех, на которых они уехали вчера, но почему-то сейчас он здесь был всего один. Водила грузовика активно жестикулировал, матерился в ответ, но продолжал отрицательно качать головой.

— О, знакомые все лица! — кивнул на ходу Егор в сторону орущего спецназовца.

— А ну, погодите. Дайте мне минутку. — Сергей быстро подбежал к командиру отряда, хлопнул его по правому плечу и шагнул влево, оставаясь за его спиной, когда разъяренный мужчина повернулся.

— О, а ты что тут делаешь, Серенький? — Спецназовец повращал головой и наконец заметил того, кто его побеспокоил.

— Да вот, вызвался гражданских сопровождать, заодно и опыта дальних ходок набрусь, — ответил сопровождающий и пожал протянутую ему руку брата по оружию.

— Пипец! Решили, видимо, наши генералы всех нас под танки кинуть. Не нравится мне эта их активность. Наших ребят в экспедиции снаряжают, как на срачку, каждую неделю. Такого на моей памяти еще не было. Вон, сразу за нами Данила поведет отряд очкариков из столичного НИИ. А мы, блин, тоже отличились — проводника и одну машину прямо на старте потеряли. Ребята из кузова лишь чудом успели выскочить, перед тем как ее всмятку… Так нам из центра говорят, мол, ни хрена — нанять другого проводника и продолжать. Прикинь, какая жопа!

— Не поверишь! И я в такую же…

— Сергей! Время поджимает! — напомнил сопровождающему Лангуст.

— Ну, ладно, беги. Может, и свидимся в Зоне. — Спецназовец пожал коллеге руку на прощание, повернулся к своему отряду и вновь стал возмущенно горлопанить: — Где этот сраный «Мао Цзедун»?!

— Мао ждешсь! Мао не стланы, Мао — налманы челавек! — к нему тут же подбежал кореец, нанятый взамен погибшему проводнику.

И лишь один из ученых все стоял, смотрел отрешенным взглядом в небо и повторял свое заклинание: «Спаси и сохрани, Господи! Спаси и сохрани».

Кинув прощальный взгляд на форт, отряд змейкой поднялся по склону и исчез в густых зарослях терна.

Когда начало смеркаться, опытный проводник по названным ему ориентирам все же нашел безопасный островок «мертвой зоны». Походя отряд предусмотрительно наломал для костра корявых веток мутированных деревьев. И хоть проводник был против того, чтобы на стоянке разжигали костер, Егор, на радость остальным, все же настоял на посиделках у огня. Ночью должен был состояться последний короткий прямой эфир, а для него нужна была особая, дружественная атмосфера. Тем более, что после сегодняшних неприятностей членам отряда требовалась небольшая эмоциональная разрядка. А что в походе лучше расслабляет, чем сто граммов на сон грядущий и душевная беседа у потрескивающего костра, с созерцанием прыгающих языков рыжего пламени?

Лангуст лишь махнул рукой, назначил первых дежурных и подошел к агенту безопасности.

— Ну, что там опять? — тихонько спросил он у Сергея.

— Что-что? Все то же. — Служивый поднял прикрепленный к шлему ПНВ и повернулся к сталкеру: — Говорил же, зря ты того кедра не сковырнул. Мне кажется, он до сих пор за нами прет. Но теперь, хай меня ранят, но я не полезу в Зону на ночь глядя в войнушку играть.

— Вот, блин! Ладно, я пойду и разберусь, что к чему, а ты пригляди за всеми остальными, чтобы не лезли за пределы лагеря. И это, совет тебе добрый — смени ПНВ на тепловизор.

— Умный, да?! — кинул Сергей в спину уходящему всумрак проводнику и сам себе тихо под нос добавил: — Что из снаряги дают, то и беру. А на официальную зарплату не разгонишься…