Река Душ - Павел Каратанов

— Однажды я видел, как мой создатель сначала оторвал все конечности, а потом и разорвал на части тело сущности, которая убивала простейших и уродовала красоту природы. Эти оболочки не помогут от такого.

— А вот защитой от подобного как раз и будем заниматься я и Этилия, ну, по крайней мере, планы пока такие. Пози, подскажи, пожалуйста, какие ещё атаки могут применить сущности друг к другу?

— Какие могут вообразить и создать, любые. Но, в основном, у всех одно и тоже: управление своим разумом телом и разумом противника; разрыв тела и отрывание его частей; призыв явлений — молния, огонь, вода, ветер — в противника; ещё можно расплющить сущность, сильно увеличив вес части её тела или всего тела. А так, что угодно может быть.

— А, например, создать камень и кинуть его в противника могут?

— Как это? Второй закон мироздания говорит, что можно только воздействовать воображением на саму сущность, по-другому нельзя! — в этот момент Пози напомнил мне добропорядочного бюргера в пивной, крайне возмущённого нарушением закона на соседней улице. Причём у него была стопроцентная уверенность, что все бюргеры понимают закон одинаково.

— Этилия, напомни нам дословно второй закон мироздания, пожалуйста, — попросила я.

— Любая сущность стремиться к развитию. Все взаимодействия сущностей с миром и друг с другом должны совершаться при использовании воображения. Спокойствие, терпение и ответственность — есть суть развития сущности. — Голос у Этилии, так сказать, внушал, да и декламировать она умела.

— Пози, камень создан при помощи воображения, придали ему движение в сторону противника тоже воображением. Закон нигде не нарушен, при всех действиях использовано только воображение.

После моих слов, уверенность Пози в своей правоте дала сбой, он завис почти на минуту, и после неуверенно произнёс, — Я не знаю, так никто не делает.

— Хорошо, похожая, но всё-таки другая ситуация. Я создала на определённом участке земляные оковы, противник сам зашёл в них и не может двигаться. Затем я создала, на этом же участке, стену огня, противник не смог из неё выйти, потому сгорел. Закон не нарушен, использовано только воображение, но на противника я вообще никак не воздействовала, только на определённый участок земли.

— Я не знаю, так неправильно, — очень тихо сказал Пози, его привычный мир стремительно рушился, — я никогда такого не видел, — и через десять секунд, — мне надо подумать. — Он, как уже было, опустился на землю, закрыл глаз и замер.

— Василиса опять сломала Пози, — жизнерадостно сообщила всем Клавдия, — кстати, не знаю, как Пара-Мона, но я Кала-Вадей быть категорически не согласна, необходимо провести разъяснительную работу среди местного задумчивого населения.

— «Не согласна — предлагай, предлагаешь — выполняй», по-моему, это самая древняя истина, она должна быть в разы древнее библейских, так как отражает саму суть человеческую. Ты поняла или продолжать? — Инициатива всегда имеет инициативного, пора вводить в наше маленькое общество социальные законы.

Клавдия сделала грустное лицо, но, при этом, показала глазами на Этилию, мол «она лучше сделает». Нет уж, красота моя, теперь я отдельно прослежу, чтоб это сделала именно ты.

— Парамон, у тебя вчера был самый плохой результат по созданию предметов для стоянки. Скажи, это связано с трудностью представить необходимое или твоим малым запасом энергии? Этилия, сделай милость, создай двадцать одну вчерашнюю ветку для костра и запомни своё состояние.

— Трудностью, думаю я. Воображаемого деталей постоянно не хватало. Но тратилась энергия на создание предметов, причём очень много. Энергия быстро кончилась, а предметы так и не создались, — подтвердил мою догадку Парамон.

— Мне представляется, что если ты не продумываешь детали и особенности создаваемого тобою, то мир додумывает их за тебя, при этом, тратя твою же энергию. Возможно, этим объясняется как бы малый её запас у местных, на самом деле, он не малый, запас просто расходуется в огромных количествах.

— Двадцать одна, — выдохнула Этилия, — по ощущениям, могу создать ещё штуки три и обессилю полностью, как вчера.

— Спасибо, отдыхай. Что и требовалось доказать — ты лучше представляешь создаваемый предмет и, думаю, в сегодняшнем процессе, ещё учтена твоя вчерашняя работа до изнеможения. Клавдия, вопрос к тебе — ты чувствуешь, что твой запас энергии увеличился?

— Да, однозначно. Я могу создать больше камней, чем вчера, причём намного, думаю, что на порядок больше. Ещё я думаю, что энергия напрямую зависит от выносливости и общего состояния тела пациента нашей больницы. Про дух не скажу, тут к психиатрам надо, — бодро отрапортовала Клавдия.

— М-да, для маленьких задач — маленький размер, для больших — большой. Давай думать вместе, как нам превратить тебя в могучую боевую единицу и не сделать, при этом, размером с корову, — проигнорировав язву, обратилась я к Этилии. — Изменять такую красотку, нет никакого желания, но могу от себя предложить, что, если ты не захочешь летать, то можно сделать тебя человеческой девушкой, а в небо запустить магическую камеру для отслеживания обстановки. Еще можно попробовать поиграть с антигравитацией, но на сколько её хватит в бою, как понимаешь, сейчас никто не ответит.

— Я поняла, что размер имеет значение, но и становиться отовсюду видимым великаном тоже нельзя. Также хочу напомнить, что мы всегда можем изменить как свои функции, так и размеры, да, придётся потерпеть боль, но можем. Я уже думала над своими размерами, когда Парамон и Клавдия проходили свои изменения. Давай попробуем, для начала, сделать меня ростом метр восемьдесят, но с моими нынешними пропорциями и внешностью. Дальше посмотрим, что получиться и, при необходимости, продолжим. Терпеть боль я готова. — Этилия была полна решимости, я это чувствовала.

Ничего не отвечая, я создала проекцию Этилии над вновь потухшим костром. Одела её в полный сантиметровый комбез из новой ткани «поддоспешника», покрытый сверху двумя слоями светло-бежевого «кевлара», темно-коричневый кожаный расшитый пояс с портупеей и множеством кармашков, и кожаные, расшитые золотом, сапожки на толстой подошве. Переместила проекцию на землю, рядом с Этилией, и увеличила её, пропорционально, до ста восьмидесяти сантиметров, грудь получилась второго размера, и я добавила округлости бёдер и талию, а то совсем швабра-модель вышла из феи при большом росте. Ещё раз оценила пропорции тела и лица, причёску, прогнала танцевальные движения, акробатические прыжки, пластика движений завораживала, получилось оружие массового мужского поражения, все нормальные мужики Земли лежали бы у её ног. Добавила, трёхсантиметровый в диаметре и два метра длиной, посох из темно-золотого «кевларового пластика» и на ремень, со своим подвесом, адмиральский кортик с лезвием из стали швейцарского ножика и односторонней заточкой. Под конец я мысленно