Души в клочья - Ника Смелая

— Я брошу его белобрысую голову к твоим ногам, Дафна. И меня не остановит то, что он наследник Милдора. Прежде всего, он мужчина, имевший неосторожность увидеть мою жену обнажённой. Люций заплатит за это жизнью так же, как и любой другой, кто посмеет взглянуть на тебя с вожделением!

Дверь за ним захлопнулась с такой силой, что дерево, из которого она была сделана, треснуло.

Глава 13. Плохие вести

Диалы уехали в то же утро. Прощаться с ними я не пошла. Сидела на полу в купальнях, уставившись в одну точку, пока меня не подняла Иви. Нужно продумать своё дальнейшее поведение. Я не могла продолжать в том же духе и сносить любые оскорбления супруга, но и подставлять Люция тоже не имела права. Использовала его в своих целях и настроила против него Филиппа. Что если муж и правда решится убить моего сказочника?

«Стоп! Как я его назвала? Мой сказочник? С чего бы это? Да, принц назвал меня любимой, но это же ничего не значит. Я замужем, а он… он такой неземной, спокойный, нежный и заботливый, что даже думать о нём не стоит. Какая же я была глупая и незрелая, когда не замечала его достоинств!» — рассуждала я про себя по пути в свои покои.

Иви принесла мне платье и помогла собрать волосы в лёгкую причёску. Миновав очередной поворот, мы столкнулись с одной из служанок правительницы.

— Ваше Высочество, Её Величество желают вас видеть. — Девушка поклонилась, но ехидная улыбка на её лице не сулила ничего хорошего.

Так как лишние конфликты мне сейчас не нужны, я проследовала к уже знакомой приёмной свекрови и, решительно выдохнув и толкнув резную дверь, вошла внутрь. Как ни странно, правительница была не одна. На низеньких стульчиках сидело несколько фрейлин, пара служанок, Лейла и сама Её печеньшество.

Как и в прошлый раз, она уплетала своё любимое лакомство, запивая каким-то незнакомым мне горячим напитком, и внимательно слушала рассказ одной из дам о том, какое неизгладимое впечатление на неё произвёл наследный принц сегодня утром. Ещё бы, в военной форме его здесь видели нечасто.

— А вот и моя невестушка пожаловала, — заметив меня, свекровь перестала жевать, стряхнула с платья крошки и подала мне знак присаживаться.

Поприветствовав присутствующих дам, я хотела занять самое незаметное место, но мне указали на стул рядом с Её Величеством.

— Что же ты, милая, не пришла проводить супруга? — тут же задала мне вопрос свекровь.

— Мне нездоровилось, матушка. Я и сейчас не очень хорошо себя чувствую. Но, поверьте, мы побеседовали тет-а-тет, и я, конечно же, пожелала Филиппу вернуться в добром здравии и как можно скорее, — улыбнулась через силу, замечая, как пристально следят за моим ответом фрейлины.

Все, кроме одной.

Была среди этой пёстрой массы одна, выделяющаяся своей простотой и скромностью дама. Она сидела возле окна и не принимала участия в беседе. На вид лет сорок — сорок пять, худенькая, с очень мягкими чертами лица. Такая, как она, не могла быть одного поля ягодой с остальными.

— Если у тебя такое слабое здоровье, Дафна, то как же ты собралась рожать наследника нашей стране? Ведь лишь законная супруга способна подарить диалу сына, — вклинилась в разговор Лейла.

Ни одна из фрейлин не сочла это неподобающим, а значит, все прекрасно понимали, какую роль играет брюнетка при дворе. Многие дамы одобрительно закивали, и только та, что до этого задумчиво рассматривала пейзаж за окном, наконец, обратила внимание на нашу беседу.

— Розалия, ты хотела что-то добавить? — тут же отреагировала на её заинтересованность моя свекровь.

— Нет, Ваше Величество. Что вы? Разве могу я? — смутилась фрейлина, но стоило правительнице отвернуться, как она снова взглянула на меня, словно оценивая.

— Не всем дано отменное здоровье, милая. — Её Величество улыбнулась Лейле так, будто та была ей как минимум родственницей. — Филипп мальчик с повышенными запросами. Куда принцессе одной справиться с его потребностями? Хотя ты вот все эти годы справлялась. Надеюсь, что внучка у меня появится так же скоро, как и внук.

И она отправила в рот очередную порцию печенья, чем вызвала у меня чуть ли не рвотный рефлекс.

«Интересно, если свекровь узнает, как Лейла соблазняла Люция, будет ли она всё так же ей благоволить?» — пронеслось у меня в голове, а самой стало неприятно от воспоминаний о вчерашнем.

Когда смотрела на её попытки уложить менталиста в постель, ещё считала принца свободным и думала, что он волен поступать так, как хочет. Взрослый мужчина имеет полное право провести ночь с красивой девушкой, особенно если она не против. Но теперь в душе словно буря разыгралась. Хотелось выцарапать наложнице глаза, чтобы та перестала ухмыляться и так надменно смотреть на меня.

Пока я размышляла, как бы поостроумнее ответить на колкости местных гадюк, в дверь довольно требовательно постучали. Раз, другой.

— Откройте уже хоть кто-нибудь эту дверь! — не выдержала свекровь.

Одна из служанок поспешно поднялась с места и исполнила приказ своей госпожи.

— Ваше Величество. — В гостиную вбежала запыхавшаяся помощница лекаря. — Там такое дело! — Она размахивала руками и пыталась перевести дыхание, но у бедолаги это плохо получалось. — Принц Филипп…

— Что с ним? — не выдержала правительница. — С моим сыном что-то случилось? — Толстушка вскочила с места и выглядела крайне обеспокоенной. Даже побледнела.

— Отряд попал в засаду, — сказала, наконец, запыхавшаяся девушка. — На них напали. Один из солдат вернулся и сообщил, что его командиры были атакованы большим числом противника. Это были фракийцы, Ваше Величество. Война! — завопила она так, будто её живьём режут. — Ипервории грозит война!

Её Величество тут же свалилась в обморок, а фрейлины и служанки бросились ей помогать. Меня же пригвоздило к месту намертво. Филипп же уехал к границе не один. Дикейцы тоже отправились туда, а значит так же, как и он, попали под атаку армии неприятеля. Сердце ёкнуло, руки похолодели и затряслись.

Люций… хоть бы с ним ничего не случилось.

Следующие несколько часов превратились для меня в сплошную пытку. Свекровь удалось привести в чувство, но совсем скоро даже сами фрейлины пожалели, что она не осталась без сознания. Правительница то и дело стенала и заламывала руки, причитая, что её кровинушка должна вернуться невредимой. Злилась на весь белый свет за то, что сын поехал к границе вместе с дикейцами, хотя мог бы остаться в безопасности во дворце, и бранила супруга за то, что он приказал Филиппу помочь менталисту.

Солдат, что доставил нехорошие вести, находился