Из рук врага - Сергей Плотников

Светлана, или, как её имя переиначили на местный манер, Ланна, оторвалась от подзорной трубы и подняла руку: сигнал для старпома «отмена манёвра/действия». Тёплый устойчивый нижний[12]фордвинд[13], даже с отведённым[14]парусом, мягко толкал корпус «Тюленя», заставляя потихоньку пятиться кормой вперёд. Пока неопасно, но в меньше чем в десятке кабельтовых[15]море начинало пениться и исходить бурунами и водоворотами — признак подводного, причём неглубокого рифа. В данном случае это был коралловый барьер, красиво замыкавший весь микроархипелаг в плотные объятия. Судя по всему, проломов в подводной стене не было, что не давало крупным хищным морским обитателям вроде акул поохотиться на мелководье. Настоящий курорт, надо будет искупаться, только место выбрать, чтобы матросня не пялилась. Хотя своего кэпа команда морского охотника практически боготворила, но сказано же: «Не введи во искушение». Искушение двадцатидевятилетняя попаданка могла устроить без проблем: в отличие от местных матрон, выглядящих в возрасте за тридцать почти старухами, она провела первые двадцать с хвостиком лет в условиях нормальной медицины, нормального питания и нормальной гигиены, морской дьявол это средневековье раздери! Ни косметики нормальной, ни прокладок, даже туалетной бумаги нет! Чёрт, раньше, до попадания сюда, песня «Башни Rowan»[16]казалась ей даже смешной!

Капитан Ланна дёрнула щекой — со многим она смирилась, но некоторые мысли и воспоминания о прошлом постоянно портили ей настроение. И она знала, что испортило ей настроение именно сейчас: лицо. Лицо человека в краденой десантной шлюпке. Она отдавала приказ выйти на расстояние уверенного поражения и открыть огонь без всяких эмоций, давно постигнув простой закон этого времени: кто не с нами — тот против нас. Люди в империи были по-своему куда более честны, чем люди оставленного ею общества: даже совершая подлость и предательство, обычно делали это очень прямо, без многомесячного лицемерия и, казалось бы, искренних улыбок. Конечно, были ещё дворяне старых родов. О, у тех с лицемерием и спесью был полный порядок. Пока был. Ничего, их черёд придёт, и довольно скоро: вероятно, даже ещё до того, как морщины сделают её вид «нетоварным»… Тьфу, опять!

То, что группа морской пехоты на одном из островов полностью вырезана местными колонистами, женщину-капитана почти не удивило: десантно-абордажная команда набиралась из таких отпетых головорезов, что дальше некуда: свирепых, кровожадных и не очень, мягко выражаясь, умных. Умные, знаете ли, ручки не пачкают, даже в преступном сообществе. Особенно в преступном сообществе. Так что не поразительно, если морпехов побили… сколько там их? Четверо? Четверо наёмных специалистов купца.

У купцов эмиратов была отработана целая стратегия по «откачке мозгов и навыков» из имперских земель: император Серец Южный весьма дальновидно ввёл льготы и послабления, хорошие зарплаты и прочие мотивации за службу в армейских подразделениях. Но инерция мышления не позволила престарелому полководцу и ловеласу заглянуть дальше собственного носа: кадровые не только солдаты, но даже и офицеры практически «выбрасывались» им по выходе в резерв по возрастному цензу с мизерной, просто смехотворной пенсией, которую ещё нужно было выбить из чиновников. Из тех самых, которые лебезили перед действительными военными и отыгрывались на ветеранах. А в итоге самые квалифицированные кадры «кормили» другие страны, вроде государств-паразитов торгового пути — эмиратов.

Святослав, отправляя Светлану «в круиз», дал чёткие указания — собирать таких специалистов, по возможности мягко перетягивая на свою сторону: военная и технологическая элита армии, обиженная на старикана-троне, весьма пригодится в последующих событиях. Такие же указания получили и другие кэпы морских охотников. Вот только, как подозревала Ланна, у них образовалась та же проблема. Исполнители. Морпехи.

Десантники пребывали на кораблях практически на положении заключённых. Оружие им выдавали только непосредственно перед боевой операцией и только холодное: даже ужасные местные карамультуки и мушкеты в нужных руках вполне могли перевесить пятизарядные помповые барабанники регуляров в составе команды. Разоружение «беретов» каждый раз превращалось в помесь циркового представления и налёта стражи на притон: пьяные от крови, часто раненные, с потерянными пальцами-ушами-глазами подонки бахвалились своей смелостью и фартовостью друг перед другом, исключение составляли только сержанты — главы «десяток».

Кроме доступа к кровавым развлечениям, десант «покупали» ещё тем, что награбленное почти честно выкупалось призовой службой «морской охоты» империи, и деньги честно выдавались. Причём не когда-то там, когда «через десять лет службы будет амнистия», а прямо на берегу, на одной из трёх специально созданных баз, где была выделена территория за забором: бухло, бабы, азартные игры — всё как на заказ. Урки-морпехи были обычно довольны. Но свинья, как известно, грязь найдёт. Особенно если «грязь» из той, что охотно «прилипает к рукам» — в колониях купцов эмиров она концентрировалась в руках тех, чьи заработки позволяли их накопить. Что логично, «спецы» обычно сопротивлялись экспроприации честно заработанного, особенно если дело касалось наложниц — живыми мотиваторами своих рабочих деловые люди пустыни снабжали особенно охотно: больше семья — больше суммы трат, а траты — через купца… Ну, понятно, да? В общем, затея с «поиском единомышленников» провалилась, сейчас на борту было только три имперца-эмигранта, и двое из них не могли ходить, да и дышали через раз: переломы конечностей, челюстей, сотрясение мозга. Третий же, бывший офицер, не выглядел особо агрессивным, но сидел в цепях в выгородке-трюме на юте, так как, поднятый на борт, голыми руками убил пятерых вооружённых регуляров и трёх матросов.