Первая экспедиция - Антон Первушин

Плюмбум затаил дыхание, наблюдая за Алексом. Тот держался за джойстик, при этом тыча пальцами в перчатке по резистивному сенсорному экрану, встроенному в пульт. На экране мелькали какие-то картинки, совсем не похожие на карту Зоны. В это время Боря поменял курс, пристраиваясь Алексу в хвост, — похоже, они рассчитывали проскочить «след в след».

— Ты видишь, что уровень задран? — внезапно спросил Молния.

— Вижу, — отозвался Алекс.

— У тебя аэродинамика нарушена. Потянет машина?

— Посмотрим.

В его голосе слышалось скрытое напряжение. Кажется, Алекс не уверен в себе. Это плохо — Плюмбум уже успел свыкнуться с тем, что Зона благоволит юным сталкерам. Значит, зря свыкся. Чертова «железка»! Чертовы «электры»!

— Алекс, можно дать совет?

— Слушаю.

— Здесь трудно, я это вижу. Не проскочим. Мы можем пойти по ветке к Южному Кордону. Там аномальная активность выше, но и проходов больше.

— Что вы знаете об аномалии «семионы»?

Плюмбум попытался вспомнить. Вроде читал что-то в новостях. Пару недель назад.

— Ничего не знаю, — признался он; в таких делах лучше быть искренним.

— Не удивлен. Это новая аномалия. Прохода через неё не существует. Редкая дрянь. И она перекрывает нам путь к Кордону. Посему туда лучше не соваться.

Железная дорога неумолимо приближалась. Стали заметны отдельные слабые вспышки на уровне земли — похоже, здесь никто давно не ходил, и «Электры» собрали немалый потенциал. Плюмбум вдруг позавидовал физику Артуру — сидит рядом, но ничего не понимает. Скорее всего он не видит признаков смертельной угрозы. Если «электра» жахнет, он даже ничего не успеет понять или почувствовать. Счастливый!

— Алекс, ты на рубеже! — громко объявил Борис.

— Всем приготовиться к прыжку, — предупредил Алекс по общей связи.

Двигатель заревел так, что его стало слышно даже в звукоизолирующем шлеме спецкостюма. Бегалёт рванулся вперёд, словно призовая лошадь на скачках, — прямиком в гигантскую «электру» диаметром метров в двадцать. Плюмбуму очень хотелось зажмуриться, но он сдержал себя — сталкер должен принимать смерть с открытыми глазами.

И произошло чудо. Не долетев до границы аномалии десятка метров, машина вдруг начала подниматься вверх подобно лифту в многоэтажном доме. Это было невозможно — крылатый летательный аппарат без специальных поворотных двигателей не способен двигаться вертикально. И всё же бегалёт именно поднимался — причем довольно быстро, с весьма ощутимым ускорением. Как сказали бы классики, невероятно, но факт!

Будучи опытным парашютистом, Плюмбум попытался прикинуть высоту. Сто метров… двести… триста… полкилометра… шестьсот метров… семьсот… «Железка» внизу превратилась в узкую нитку, с огромной высоты хорошо стали видны Саркофаг и трубы ЧАЭС на горизонте. А впереди и справа раскинулись знакомые до боли территории: «Агропром» и Свалка. На «Агропроме», похоже, шёл бой — сверкали вспышки, густо дымило.

Подъём остановился, а потом неведомая сила, удерживавшая бегалёт, резко изменила вектор — машину толкнуло вперёд, и она полетела над дорогой и «Электрами». Ощущение было словно попали в гигантский «трамплин». Земля быстро скользила внизу, встречный поток воздуха, врывающийся в лишенную остекления кабину, прижимал к креслу. И хотелось орать — то ли от ужаса, то ли от восторга.

Но Плюмбум лишь крякнул, повернув голову и увидев, что бегалёт Бориса в точности следует по тому же воздушному коридору.

Юные сталкеры снова показали свою способность нетривиально подходить к решению проблем. Может быть, в этом и состоит разгадка их феномена. Они научились использовать скрытые возможности Зоны, с умом подошли к организации процесса взаимодействия, проявили чутьё и смекалку — и вот результат, можно аплодировать.

Бегалёт шёл на снижение, но набранные скорость и высота позволяли ему сильно углубиться в Зону, при этом миновав большинство ловушек. Ещё минут десять-пятнадцать, и будет граница Янтаря. Неужели ребята и это рассчитали? Но как?!

— Не перестаю удивляться, — сказал Плюмбум. — Что это было?

— Зет-технологии, — деловито ответил Алекс. — Если фишку сечешь, то всё просто. Про артефактное взаимодействие знаете? Артефакт «ночная звезда». Снижает силу притяжения, но только внутри Зоны. Нуждается в постоянной подпитке от внешнего энергетического источника, иначе дохнет и не тянет. Артефакт «вспышка» умеет собирать электрический заряд, после чего рассеивает энергию в виде микроволнового излучения. Эта энергия хорошо усваивается другими артефактами. Сочетание артефактов и правильная ориентация их в пространстве дают нам возможность построения антигравитационной платформы, которая работает на форсаже в непосредственной близости от электромагнитных аномалий. Мы разместили стандартизованные сочетания под днищем бегалётов, управляет ими бортовой компьютер, а нам оставалось только найти поле максимальной напряженности.

Когда Алекс говорил, у него даже голос изменился — сделался похожим на голос лектора, который в силу профессии вынужден повторять одно и то же десятки раз. Складывалось впечатление, что он всё это где-то прочитал.

— Очень интересно, — сказал Плюмбум. — Ты читаешь труды ФИАН по ЗАЯ?

— Кто такие Фиан и Зая?

Плюмбум понял, что выбрал неверное направление. Юный сталкер только что проговорился. Он рассказывал об артефактном взаимодействии, как физик, в знакомых Плюмбуму интонациях, но если бы действительно изучал аномальную физику Зоны, то знал бы, что такое ФИАН и ЗАЯ. Тут возможны два варианта: либо Алекс получает научную информацию из других источников, либо валяет дурака, по каким-то причинам не желая показаться умнее, чем есть на самом деле. И скорее второе, чем первое.

— ФИАН — это Физический институт Академии наук. ЗАЯ — это Зона аномальных явлений.

— Да? — откликнулся Алекс. — Буду знать.

И снова Плюмбум не понял, дурачат его или нет. Это можно было бы выяснить, но времени катастрофически не хватало. Бегалёты быстро снижались, и бывший сталкер уже видел, в каком месте предстоит «жёсткая посадка». Справа высились серые здания и силосные башни «Агропрома», впереди открывалось болотце, известное как Гнилая Лужа. А ещё дальше, за Лужей, тянулась трасса, ведущая на Янтарь и к Базе «Долга». Похоже, Алекс метил именно туда. Что ж, разумный выбор… Если это, конечно, выбор, а не точное целеуказание, которое выдала юным сталкерам колонна номер пять…

И всё же Плюмбум решил попробовать напоследок прощупать Алекса. Это могло потом оказаться очень важным. Да что угодно могло оказаться важным!

— Ты хорошо разбираешься в аномалиях, — одобрительно сказал Плюмбум. — Даже научился ловко их использовать. Может, ты знаешь что-то об их природе? А то мои физики запутались в версиях.

— А что говорят? — заинтересовался Алекс.

— Говорят, что аномалии не могут существовать.