Тайна лорда Мортона - Галина Львовна Романова

Итак, второе полугодие началось, но я погрешу против истины, если скажу, что оно началось, как обычно. Не миновало и недели, как случилось первое происшествие.

Было это во вторник. После второй пары у меня в этот день было «окно», и я воспользовался моментом, чтобы зайти в учительскую. Обычно я неохотно посещаю этот кабинет — всегда есть риск нарваться на завуча, да и Лыбедь с Сиреной до сих пор не оставляли попыток влюбить меня в себя, — но сегодня…

Едва я вышел из аудитории, как мимо меня сломя голову промчался Спурий. Оборотень всегда двигался так, словно за ним гнались. Но бегать по коридорам, чуть не сбивая учеников!.. Не успел я опомниться, как на меня почти налетела Берегиня. Боевой маг спешила в противоположном направлении.

— Где? — выдохнула она.

— Не знаю… Т-там. — Я наудачу махнул рукой.

Она умчалась дальше по коридору. Посмотрев ей вслед, я заметил, что она в заговоренной кольчуге, а наперевес держит секиру. Да и двигается так, словно ей вот-вот предстоит вступить в бой.

Сам я из арсенала боевой магии знаю только несколько элементарных приемов самообороны, да и вообще человек мирный, поэтому совать любопытный нос куда не просят не стал, а поспешил в учительскую. Ведь Спурий промчался именно к той лестнице, по которой можно было попасть к ней быстрее всего.

Возле учительской толпились возбужденные ребята. Слышались изумленные, воинственные голоса. Кто-то размахивал сумкой, кто-то начитывал заклинания. Пришлось слегка повысить голос, чтобы во мне признали учителя и пропустили внутрь.

В учительской возле камина, развалившись в кресле, сидела Лилита, заливаясь слезами. Возле нее сгрудились почти все преподаватели. Спурий стоял на коленях и держал в своих ладонях ее руку.

Лилита рыдала взахлеб. Ее пытались утешить, но от этого она только всхлипывала и завывала еще громче. Не помогало ничего. Даже когда потерявшая терпение дама Морана отхлестала ее по щекам, Лилита замолкла лишь на миг.

— Перестаньте! Возьмите себя в руки! — сказала завуч, и Лилита заревела снова. Ее безупречная прическа «а-ля Артемида» растрепалась, по щекам ползли черные разводы от косметики.

От дверей послышались топот и блеяние: сквозь толпу учеников пробился мессир Леонард. Судя по возмущенным возгласам, директору пришлось прокладывать себе дорогу рогами.

— Что тут происходит?! — воскликнул он.

— Лилита. — Спурий обернулся на директора. — Ей плохо.

— У нее истерика, — пояснила дама Морана.

— Вижу. Из-за чего?

Все обернулись к женщине. Та всхлипывала и мотала головой.

— Он… он на меня… Я его… а он… Почему? За что? — только и разобрали мы.

— На нее напали, — предположила Труда. — Наверное, кто-то чужой.

— Это случилось на уроке, — сказала леди Ульфрида. — Уже в самом конце. Я давала домашнее задание, когда послышался толчок и грохот. Наши кабинеты находятся рядом, я сразу почувствовала возмущение эфира. Что-то произошло в ее кабинете.

— Он… он, — опять всхлипнула Лилита.

Хлопнула дверь. Черному Вэлу не понадобилось даже призывать детей к порядку — одного взгляда на его бледное перекошенное лицо было достаточно, чтобы они ретировались от дверей учительской. И даже мы отступили в стороны. Зелейник подошел к Лилите и протянул ей кубок.

— Выпейте, — своим скрипучим голосом промолвил он.

— Ч-что это? — Лилита глянула на него затравленно.

— Успокоительное, — скривился Вэл и отвернулся. Взгляд его упал на меня. Лицо зелейника перекосилось, словно это я был во всем виноват, и он отошел.

— Ну, и что там было? — прокурорским тоном потребовала ответа дама Морана, когда Лилита допила снадобье. Черный Вэл знал свое дело — с последним глотком Лилита успокоилась настолько, что могла говорить.

— Я… объясняла детям принцип взаимодействия внешнего и внутреннего круга Силы, а также давала понятие Силы и Мощи, — заговорила она, глядя в глаза завучу. — Как вдруг он… он встал и стал мне возражать. Таким оскорбительным тоном! Мол, я ничего не смыслю в Кругах Силы, что их гораздо больше, чем два, что мы просто не доросли до того, чтобы правильно ими пользоваться, и что великие маги древности, ученики Семи Великих, знали гораздо больше, но скрыли это от нас. Дескать, мы все равно не поймем! Я не удержалась, вступила с ним в диспут, и тогда он, кажется… кажется, он разозлился.

— Кто — он?

— У него было такое лицо, — продолжала Лилита, не слыша вопроса дамы Мораны. — Такое… отчужденное. Он говорил, что прошел девять Кругов Силы и мог бы вступить в десятый, то есть стать равным богам. Тогда я сказала, что это невозможно — в его-то возрасте и с его образованием. И тогда он… он сделал ЭТО!

— Да кто — он?! — выкрикнула завуч, теряя терпение.

Лилита подняла на нее глаза.

— Этот мальчик — Даниил Мельхиор.

— Это невозможно! — всплеснула руками дама Труда.

— Но он сделал это!

— Что — это? — Дама Морана вся тряслась от необходимости вытягивать правду по слогам.

— Это было ужасно. — Лилиту всю передернуло. Спурий крепче стиснул в своих руках ее ладонь, но она этого даже не заметила. — Берегиня и Маска там. Разбираются.

Обе они появились только через несколько минут, когда уже прозвенел звонок на урок. Маска забилась в уголок, утомленная проделанной работой, а Берегиня прошла к огню и сунула в пламя свою секиру.