Трон Знания. Книга 4 - Такаббир Эль Кебади

Караульные и секретарь покинули кабинет и закрыли двери.

— Перед тем как приступить к обсуждению важного вопроса, я хочу, чтобы вы принесли клятву хранить тайну, — сказал Адэр и, после того как прозвучали нестройные голоса, взял из пачки верхний лист и положил его перед человеком, сидящим слева. — Теперь подпишите этот документ.

Люди читали текст. Побледнев, ставили подписи и передавали бумагу по кругу.

Староста Зурбуна — главного города общины тезов — пробежался взглядом по строчкам:

— Пожизненное заключение?

— Можете уйти, — промолвил Адэр.

— Без права переписки и свиданий…

— Уходите! — приказал Адэр и чуть глуше добавил: — Если хоть словом обмолвитесь, кого вы здесь видели, я сгною вас на асбестовой фабрике и без вашей подписи на этой бумажке.

— Я только уточнил, — сказал староста и подписал документ.

Когда бумага вернулась к Адэру, он аккуратно сложил её и спрятал во внутренний карман пиджака:

— С этой минуты вы являетесь членами тайной комиссии по установлению истины. Председателем назначаю герцога Кангушара.

Черноволосый, сероглазый молодой человек, поднявшись со стула, поклонился:

— Благодарю, мой правитель.

Адэр жестом приказал ему сесть и продолжил:

— В истории Грасс-дэ-мора есть чёрное пятно. Оно, как огромная пиявка, высасывает из нашего народа веру в безоблачное будущее и желание трудиться на благо страны. Никто не знает, почему Зерван Грасс — последний законный правитель — бросил державу. Никто не знает, куда он исчез. После его исчезновения произошел ряд ужасных событий. Кто-то может их перечислить?

— Разрешите? — спросил Кангушар.

Посмотрев в лицо с тонкими правильными чертами и столкнувшись со стальным взглядом, Адэр выдавил улыбку:

— Пожалуйста.

— Сто лет назад накануне коронации при странных обстоятельствах умер наследник Зервана — его внучатый племянник, — заговорил Кангушар. — На следующий день начался пожар в библиотеке, где хранился архив страны. Библиотека горела три месяца. В происшествиях обвинили морун — законных хозяек этих земель. Точнее, обвинили одну моруну — советчицу Зервана. Под раздачу попал весь народ. В итоге моруны ушли за Долину Печали, и по сей день там прячутся.

— Под раздачу? — переспросил Адэр.

— Именно так, — кивнул Кангушар. — Если бы их верховная жрица не отправилась вытаскивать советчицу из тюрьмы, никто бы не развязал войну с морунами.

— Вы сказали «войну»? — подал голос Йола. — Какая же это война? Это была охота на морун, которой забавлялись все. Все, кроме морского народа.

— Забавлялись… — повторил староста Зурбуна с усмешкой. — Хороша забава. Эта жрица была настоящей ведьмой. Что она кричала, когда её сжигали на костре? «Тот, кто убьёт моруну, подохнет сам и свой род за собой потянет. Тот, кто изнасилует моруну, сойдёт с ума». И что произошло потом? Дома пустели, улицы пустели, вымирали селения. А вы говорите: «Забавлялись». Моруны объявили войну, люди ответили тем же.

Слушая перепалку мужей, Адэр смотрел на Парня. Прежде, на заседаниях Совета, моранда лежал возле камина и делал вид, что спит. Сейчас сидел возле двери, загораживая выход из кабинета. Кроваво-красные глаза горели злобой, нос морщился, в приоткрытой пасти белели клыки. Того и гляди зверь кинется на людей. Неужели он понимает, о чём идёт разговор?

Адэр поднялся; спор затих. Под пристальными взглядами подошёл к Парню и, потрепав его за уши, заставил выйти в приёмную.

— Похоже, что здесь я единственный, кто знает хронологию событий, — сказал Адэр, вернувшись в кресло. — Перечислю по порядку: убийство наследника, поджог библиотеки, заключение советчицы в подземную тюрьму, пожар в тюрьме. Прошлым летом я был в подземелье. По-моему, тюрьму не пытались тушить, ведь она не так важна, как библиотека.

— Советчица что-то знала, и её убрали, — предположил староста Ларжетая.

Адэр покачал головой:

— Под вопросом. Затем морун обвиняют во всех грехах, и начинается охота. В Лайдару отправляется жрица, желая вывести виновников на чистую воду. Но её сжигают на костре. И вот после этого разгорается настоящая война, в результате которой погибают сотни тысяч невинных женщин, их детей и мужей.

— Они виновны, пока не будет доказано обратное, — возразил преподаватель университета.

Адэр подтолкнул к нему стопку бумаг:

— Раздайте.

Пока заседатели изучали документы, Адэр исподлобья смотрел на Кангушара. Полтора года назад он был рядовым защитником и служил под командованием Эша. Немыслимое дело: герцог подчинялся выходцу из простого люда. В то время Кангушар казался искренним человеком без претензий на славу, но, когда занял место командира защитников, словно переродился. Власть преображает людей. Сейчас герцог — высокомерный и нетерпимый к чужому мнению — заметно нервничал. На лбу выступил пот, лист в руках подрагивал.

Вынырнув из раздумий, Адэр поймал на себе встревоженные взгляды мужей.

— Что вы намерены с этим делать? — спросил староста Зурбуна, потрясая документом.

— В ваши обязанности входит установление истины. Вот и скажите, что с этим делать.

— Здесь написано: «Мы, нижеподписавшиеся…», а подписей нет, — подал голос Крикс.

— Это копия, — ответил Адэр.

— Понятно, что копия. Можно узнать имена заговорщиков?

— Нет.

— Кто может подтвердить достоверность этого документа? — спросил преподаватель университета.

— Потомки заговорщиков, — ответил Адэр. — Десять человек. Точнее, девять. Десятый находится в психлечебнице. Я не назову их имён, вам придётся поверить мне на слово.

— Получается, что заговорщики подожгли библиотеку, обвинили в этом моруну, а потом сожгли её в тюрьме? — произнёс старейшина одной из общин.

— Вам неясно, что там написано? — проворчал преподаватель.

— Ясно! — огрызнулся старейшина. — Ясно одно, что не сносить нам головы. Ведьмы, убийцы, поджигатели… А люди, как телята, повелись.

— Она не поджигала, да. Но вину за убийство племянника Зервана заговорщики на себя не взяли.

— Этот документ не должен попасть морунам в руки, — отозвался Кебади. — Они потребуют возмездия. И если мы его не свершим, они свершат его сами.

— Им даже ходить никуда не надо. Натравят на нас своих зверей, и всё, — сказал Валиан и окинул мужей взглядом. — Вы знаете, что моранды — это неупокоенные души морун — убитых, изнасилованных и тех, кто наложил на себя руки.

— Не мелите ерунду, — прошептал преподаватель, косясь на Адэра.

— Мой сын женат на моруне и живёт за Долиной Печали. Мы с женой хотели его навестить. Не вышло. Долина кишит тысячами моранд. Мы еле ноги унесли.