Ай-тере. Бракованный подарок - Ольга Валентеева

– А вот и наш именинник! – Хайди оживилась, оставила очередного дружка-толстосума и подошла к Максу. – Дорогие гости, прошу минуточку внимания. Мы сегодня собрались, чтобы отпраздновать сразу два замечательных повода: появление моего двенадцатого ай-тере и его восемнадцатый день рождения.

Получается, сила ай-тере у Макса проявилась на месяц раньше совершеннолетия. Я как-то упустил из внимания этот факт. Впрочем, какая разница? В последнее время подобное случается все чаще.

– Рада вам представить Максимилиана. – Хайди подтолкнула виновника торжества к гостям. – Он стал настоящей жемчужиной моей коллекции.

«Моей коллекции». Набора живых существ, которыми можно похвастаться перед гостями, выпятить вперед, как бриллиантовое ожерелье, продемонстрировать всем – и спрятать за стенами особняка. Но Максу нравилось чужое внимание. Он держался рядом с Хайди и бросал на нее красноречивые взгляды. Кажется, дело плохо. Нет ничего хуже, чем влюбиться в свою иль-тере, потому что эта любовь изначально обречена на провал. Всем известно, что ай-тере и иль-тере не могут составить семью. Это не принято. Для общества такой брак равен браку с любимой собакой или еще хуже. Так что я сочувствовал Максу. Хайди умеет пустить пыль в глаза. И если мальчишка на самом деле влюбится в нее, тут ему и конец.

Заиграла музыка. Макс протянул руку Хайди, и они открыли танцевальную часть вечера. Я же вышел на балкон, потому что в зале было душно и неуютно. А еще меня раздражало такое количество людей. Конечно, в колледже было не меньше, но колледж – это нечто другое. Это дом, а не камера пыток.

– Что, опять не в настроении? – Арчи вышел следом за мной. Бедняга Арчи прошел мучение под названием «любовь к иль-тере», но быстро выздоровел и утешился.

– А есть повод для иного? – обернулся я к нему.

– Ну… У Хайди новая игрушка. В особняке тишь и благодать, – усмехнулся он. – Закуришь?

Вообще я не курил, но настроение действительно было паршивым, и наказание Деи никак не шло из головы. Поэтому протянул руку за сигаретой. Арчи удивленно вскинул брови, а я затянулся, закашлялся, но горьковатый запах дыма сегодня не раздражал, а успокаивал.

– Знаешь, не нравится мне этот Макс, – неожиданно разоткровенничался Арчи. – Помнишь, как вел себя Рон в первые дни? Да и не только в первые. Он боялся высунуть нос из комнаты, а этот делает вид, что как минимум хозяин дома. Ходит фанфароном, выставляет напоказ свой куцый куриный хвост. Слишком много показухи.

– Да, заметил, – кивнул я задумчиво. – А еще мне кажется, он неровно дышит к Хайди.

– Он притворяется.

– Нет, Арчи. Нет.

– Тогда я ему сочувствую, – рассмеялся собеседник, откинувшись на перила балкона. – Бедняга-бедняга. Хайди никогда в него не влюбится. И вообще, я думаю, что единственная ее симпатия – это ты.

– Глупости.

– Нет, дружище. Присмотрись и поймешь. Ты не отпускаешь ее, не выходишь из головы, вот она и треплет тебе нервы. Дай ей, что она хочет. Вот увидишь, она отстанет.

– Что именно?

– Покорность, – ответил Арчи. – Стань таким, как все.

– Нет.

Тот покачал головой, запрыгнул на перила и принялся раскачиваться на них. Как бы не упал! Не погибнет, но сломает что-нибудь запросто. Впрочем, ай-тере быстро восстанавливаются.

– Нэйт, тебя зовет Хайди, – появился в дверях Рон.

– Вот видишь, – шепнул Арчи, а я отмахнулся. Хайди просто не в состоянии представить, как может мир вращаться вокруг кого-то, кроме нее.

Я вошел в гостиную, превратившуюся в танцевальный зал. У нас не было бального зала, но Хайди давно о нем мечтала и готовилась вот-вот взяться на перестройку дома. Двенадцать ай-тере занимали слишком много места, и надо было перепланировать дом так, чтобы и зал появился, и мы поместились, и много всяких «и».

– Нэйт! – Иль-тере заметила меня и замахала рукой. – Потанцуй со мной.

Я протянул ей руку и изобразил улыбку на лице. Понятно, покоя не будет. Мы завальсировали по залу, причем Хайди намеренно несколько раз наступила мне на ногу.

– Это тебе за «дорогую», – прошептала на ухо.

– Прошу прощения, госпожа эо Лайт, – ответил бесстрастно.

– Наглец! – процедила она. – Смотри, я ведь и наказать могу.

Я ничего не сказал. Только постарался убирать ноги раньше, чем на них кое-кто наступит. Так увлекся этим, без сомнения, полезным делом, что не заметил, когда ко мне со спины подошел Макс. Развернулся, повинуясь рисунку танца, и ударил ай-тере под локоть. У того в руках был бокал с вином. Он дернулся, расплескивая рубиновую жидкость, и на платье Хайди расцвело уродливое пятно. Алое на белом. Как символично.

Я уже ожидал, что сейчас Хайди спустит с Макса шкуру, когда она вцепилась в меня.

– Посмотри, что ты натворил! – зашипела она змеей. – Испортил мое платье. Оно стоит дороже, чем твоя никчемная голова.

– Я не выливал вино на ваше платье, госпожа эо Лайт, – От моего спокойного тона Хайди взбесилась еще сильнее.

– Ты толкнул Макса.

– Да, потому что он подошел со спины.

– В подвал! Немедленно.

Я обернулся. Все гости глазели на нас. Какое унижение! А еще вдруг понял, что Макс не случайно подошел так, чтобы вылить вино на платье Хайди. Вот только он сам это придумал или она приказала? Непростой вопрос.

– Арчи! Фред! Отведите его в подвал, – истерила иль-тере.

Мои друзья-враги появились с двух сторон. Я не собирался сопротивляться. На собственном опыте знал, насколько это бесполезно, поэтому пошел за парнями. Мы спустились по длинной лестнице, Фред зажег свет и открыл засов на одной из дверей. Всего таких дверей было шесть. Символично – по два ай-тере на комнатушку карцера.

– Хорошего времяпровождения, – пожелал Фред, а Арчи развел руками: мол, я же тебе говорил.

Дверь с грохотом закрылась, свет погас, и я остался в полумраке. На потолке светилось три тусклых огонька, заменявших здесь освещение. Да, долго я продержался – пять месяцев без карцера. До этого личным рекордом было три месяца и шесть дней. Ну, здравствуйте, стены.

Суть наказания была проще простого: я знал, что уже через пару дней почувствую магическую жажду, а моя собственная сила начнет плавить кожу. Еще через пять дней я буду кататься по полу, мечтая, чтобы мучения прекратились. Оставить меня здесь еще на неделю – и буду готов стелиться ковриком у ног Хайди, лишь бы она облегчила мою боль. Все эти стадии я проходил, включая последнюю, когда становился готов на все, лишь бы получить порцию энергии. Даже отказаться от себя, унизиться, стать пустым местом.

Наверное, все-таки Хайди приказала Максу вылить вино. Иначе сейчас он бы сидел в соседней камере, несмотря на то что праздник в его честь. Я с горечью усмехнулся. Хорошо придумано. Назначила виновного. Так что я прекрасно понимал чувства Деи, которая сейчас тоже отбывала свое наказание. Вот только магическая жажда ей не страшна. Иль-тере проще. Лишившись поддержки ай-тере, они всего лишь не могут применять силу. Тем более ай-тере может быть много, а иль-тере у меня только одна, и это Хайди, пока она не умрет или не разорвет клятву.