Питомица дракона - Катерина Тумас

Поверженного доставили к его горе и уложили на посадочную площадку. Ему будет полезно побыть на солнце, быстрее очухается. А пребывать ему без сознания ещё день-два после столь серьёзных травм. Сами же отправились в гости к Изумрудному, потому как и близко, и место на всех найдётся. Его логово представляет собой совсем не большой (по моим, естественно, меркам) кратер очень давно потухшего и обвалившегося вулкана. Внутри по периметру аккуратные загоны для животных, снаружи плодовый сад и открытое пастбище с озером.

Мы устроились в центре кратера на свободной площадке и рассказывали Медному о плюсах победителя. У него аж морда вытянулась, когда узнал, что теперь может затребовать с Холодного всё, что пожелает. И тот не сможет отказать или схитрить, потому что его к выполнению обязует магия.

Не так уж много у драконов магии. По сути, кроме дыхания огнём с разными свойствами, всего две подобных возможности: награда победителя и оборот в питомца. Но об этом мне ещё предстоит разговор с моей малышкой. Так что вернёмся к первому.

– Вот прямо совершенно всё? – уже третий уточняющий вопрос задал Медный.

– Да, друг мой, даже самоубиться, – устало ответил Морок. – Ты давай, придумывай, чего хочешь. Сам убедишься в наших словах.

– ХРЯСЬ!

Все повернули головы на звук, что раздался рядом с моей лапой. Это питомица решила перекусить и сломала жареному кролику шею. Под всеобщим вниманием она стушевалась и, невинно улыбнувшись, пожала плечами, мол “извиняюсь, что прервала”.

– Забавная она, – сказал Медный. – Эмоции яркие и понятные…

– Правда? – это Изумрудный заинтересовался.

Я посмотрел на неё, словил такой милый, наивный взгляд и решился-таки рассказать друзьям. Эти три дракона – самые близкие для меня за всю жизнь. И пускай Медный совсем ещё молод, но я в нём уже полностью уверен.

– Она очень умная, – поднял я на них голову. – Прекрасно владеет мысле-образами.

– Имеешь ввиду мысле-образной речью? – уточнил Морок.

– Нет. Не путай с людьми Холодного. Вот смотри, – и я обратился к питомице, держа общий канал открытым: – Может быть кролика подогреть?

– Было бы неплохо, – ответила она. – А… Он вообще хоть съедобный? Ничего, что у кролика, ну… рога? И копытца? Я их немного иначе представляла… – и показала образ белого пушистика, у которого вместо нормальных лап были почти кошачьи, с мягкими пальчиками.

– Конечно, ешь, не волнуйся, – успокоил её.

Демонстрация прошла успешно, Морок вытаращил глаза, резко отстранился и удивленно замотал головой. Изумрудный сощурился:

– Я так и знал, что если ты и заведёшь себе человека, то это будет нечто как минимум необычное.

Малышка услышала его и недоуменно подняла взгляд, безошибочно определив говорящего. Это, кстати, тоже не просто по началу.

– Сочту за комплимент, – сказала она и, подмигнув, улыбнулась.

Морока это совсем выбило из колеи, он развернулся и пошёл вдоль границы кратера, пофыркивая. Раньше он людей только у Холодного видел. А те явно до моей малышки не дотягивают.

– А ты в душе дракон, – заметил Изумрудный.

– Я? – удивилась она. – Что вы! Если только кошечка… – кокетливо добавила она вместе с образом большого белого в серые яблоки барса.

Такие у нас встречаются редко, если не сказать – совсем не никогда. Зато водятся на северном континенте, где почти круглый год зима и снег. Там и драконы необычные появляются: длинные гибкие тела, порой больше одной пары крыльев, усатая морда. Их не много, на сколько я знаю, основная масса всё равно крылатых, как я. Но это на всех континентах так. Хотя, на песчаном больше, пожалуй, рукокрылых.