Моя капризная леди - Яна Мелевич

Ответил Грант двумя потоками ветра подряд, скашивая под корень высокие травинки у моих ног.

Рассеченная щека заныла, но я вовремя сконцентрировал энергию внутри себя. Позволил телу стать частью вихря. Выпуская огромную энергическую волну, я сбил Дункана с ног, он откатился к самому краю обрыва.

Кровь кипела, мысли занимало одно желание: набить морду этому дрыглову крыздюку.

— Закрой свой поганый рот и не смей упоминать имя моей будущей жены, — рявкнул я, заставляя себя двигаться быстрее благодаря силе ветра. В несколько шагов я преодолел расстояние между нами и поднял Г ранта за лацканы щегольского наряда.

— Пошел ты, урод! — заорал Дункан. Он ударил меня лбом и отбрасил мощной сферой, поднеся ту прямо к солнечному сплетению

Внутренности будто перекрутило в кровавое месиво. Сознание пропало, мир погас, и я потерял драгоценные секунды. Очнулся, когда Грант воспользовался быстрым перемещением. Его удар в челюсть чуть не лишил меня зубов. Но я увернулся, перехватил запястье и вывернул руку противника до хриплого крика.

— Лучше бы я свернул тебе шею в нашу последнюю встречу, а не слушал Мэган, — прошипел я, удерживая взбешенного соседа.

— Не смей упоминать мою сестру, лысый соплежук, — выдавил Грант. Его затылок встретился с моим носом. Противный хруст с адской болью ударили по вискам, и кровь побежала по лицу.

Мой кулак рассек Дункану губу.

— Я поступил так, как считал правильным!

— И теперь все соседи называют Меган порченной! — мы набросились друг на друга.

Помешали чьи-то руки, схватившие меня и Дункана за загривки. Столкнув лбами до темноты в глазах, Дугал бесцеремонно разбросал нас в разные стороны. Точно нерадивых мальчишек в песочнице. Ветер прекратил свистеть, магия мгновенно утихла.

Я со стоном сел на траву и стер кровь. Металлический привкус на языке немного отрезвил затуманенный разум.

— Моя голова, — невнятно простонал Дункан, раскачиваясь из стороны в сторону. Его волосы растрепались, а сорочка и рединготы превратились в лохмотья.

— Что, огнезадые склизглюки из лона лысой курвии, оклемались? — добродушно поинтересовался капитан стражи и спокойно выдержал мой взбешенный взор. — Нечего скалиться, Терлак. Папаши вас не видят. Тьфу, удумали детские разборки устраивать, как плюгавые малолетние...

Какое ругательство хотел сказать старый друг отца я не узнал Две маленькие и стремительные рыжие молнии проскочили мимо меня. Темные искры на пальцах близняшек угрожающе сверкнули на солнце. Спустя несколько секунд Грант заорал и подскочил с места.

Я с удивлением уставился на соседа, сначала не понимая, почему тот выписывает пируэты и пытается содрать одежду. А потом увидел, как с него посыпались многочисленные жуки, червяки — все то, что девочки призвали из мертвых.

— Убери руки от нашего папы, лысый бормошмыгл! — взвилась Маргарет, кидая в атаку дохлую жабу. Та в полете квакнула и приземлилась на перекошенное лицо покрасневшего Гранта.

— Да! Пошел вон! — вторила сестре Джинни. Пара разлагающихся голубок летали вокруг, стремясь вцепиться Дункану в волосы.

Конечно, две семилетние девочки против взрослого и опытного мага мало чем могли противостоять. Вихрь ударил вокруг Дункана и разогнал всю падаль, угрожая перекинуться на близняшек. Грант оскалился, а взгляд у него стал поистине безумным.

Я поднялся и встал перед дочерями. Благо девочки оценили положение, после чего быстро спрятались за мою спину.

— Это не конец, МакГиннес, — ткнул в меня пальцем Грант. На землю упала красная слюна, а взгляд Дункана переместился на орка. — Слышали? По миру вас пущу, когда получу землю!

— Так ты отбери ее сначала, а потом бахвалься, — пожал могучими плечами Дугал.

— Еще раз полезете на нашу территорию, приведу сюда гвардейцев для ареста твоих дрыгловых родственничков, Терлак! — продолжал сыпать угрозами Дункан.

— Лучше обернись, — хором произнесли мы.

Огромная тень нависла над обрывом. Почуяв неладное, Дункан замер и медленно повернулся. Лося же, увидев новое лицо, заинтересованно наклонила морду набок. Несколько минут она внимательно изучала потенциальную добычу, а потом выпустила из ноздрей пар и плепнула по воде хвостом. Издав привычное «э-у-у», драконица облизала Гранта с ног до головы, оставляя после себя липкую слюну на дорогой одежде.

— Фу-у, — скривились близняшки и прижались ко мне с двух сторон.

— Приятного пути домой, соседушка, — хохотнул я, прощаясь с опозоренным Дунканом и морщась от порезов.

На неприличные жесты или угрозы Грант больше не разменивался. Он принял невозмутимый вид, оправил ворот изорванного редингота, одернул рукава и задрал подбородок. Ехидно ухмыльнувшись на мое фырканье, он разбежался и прыгнул со скалы под испуганный вздох девочек. А спустя мгновение поднялся над озером, чтобы последовать в сторону противоположного берега на воздушной волне.

— Теперь ты официально дома, Терлак, — хмыкнул Дугал и похлопал меня по плечу.

На недовольное шипение орк не обратил никакого внимания, просто потрепал по макушкам близняшек и широко улыбнулся.

— Боевые козявки.

— Мы не козявки, — выпятила губу Джинни.

— Взрослые женщины, — надула щеки Маргарет и посмотрела на меня. — Пап?

— Я промолчу, — примирительно поднял руки, шагая вперед и подбирая раскиданную одежду, которая чудом осталась целой. Правда, после Лоси она годилась только на тряпки.

— Догоняйте, — кивнул нам Дугал, заметив мое желание остаться с девочками наедине. — Терлак, я вечером зайду в кабинет для разговора.

— Хорошо.

Близняшки смиренно молчали.

Много раз я просил их не использовать магию смерти. У людей она вызывала страх. Общество боялось некромантов, черных ведьм, колдунов. Такие дети, как Джинни и Маргарет совершенно не вписывались в нынешние устои. Мало того что бастарды, так еще с опасным даром.

— Ты злишься? — первой подала голос Маргарет.

Подняв голову, старшая дочь внимательно наблюдала за моими движениями, читала настроение. Короткие волосы растрепались, несколько отросших прядей упали на глаза, и ей приходилось постоянно поправлять их. А ведь когда я уезжал, у Марго была роскошная рыжая грива.

— Нет, — улыбнулся я. Сюртук перебросил через плечо, оставаясь в одной сорочке, и повернулся к сестричкам. — Но не стоило нападать на противника в несколько раз опытнее вас.

Для острастки пришлось нахмурить брови и поймать на круглых личиках виноватое выражение.

— Мы хотели помочь, — пробубнили девочки одновременно, как делали в минуты обиды или недовольства. Пальцы Маргарет нашли руку Джинни и крепко сжали — признак поддержки друг друга.

— И я вами очень горжусь, — эта фраза разрушила атмосферу напускной строгости.