Кровь фей - Дамина Райт (Вера Дельвейс)

– Если бы я хотел кого-то прикончить, то начал бы с самого себя, – заговорил, наконец, Лэннери.

– Почему? – Беатия подняла встрёпанную светловолосую голову, и он встретился с ней глазами.

– Ты слышала, что он сказал.

– Ах, да, – она сделала паузу. – Обвинил тебя в том, что вы вместе искали приключений по ночам, и ему не повезло попасться в лапы к черномагу, а тебе – повезло не попасться.

Лэннери невесело усмехнулся:

– Повезло…

– Ну что ж, получается, мы оба виноваты, – заключила Беатия, и это, кажется, удивительным образом подняло ей настроение. Вот и думай после этого, сумасшедшая она или нет!

– Все виноваты, – Лэннери повернулся и зашагал прочь из переулка, слыша лёгкие шаги Беатии позади. – Хранительница – в том, что вовремя не увидела и не предупредила нас о нападении черномага и его слуг. Наставница – в том, что пряталась от реальности и позволяла ученикам слишком многое… Я виноват в том, что думал только о себе и своём особенном таланте, а ты – в том, что думала только о Саймене.

– Странно, что Наставница не разглядела проклятье на Саймене – видать, совсем упилась настоем белокорня, – пробурчала Беатия ему в спину. – Знаешь что? Наверное, нам следовало бы полететь за хибри. Её след мог привести нас к черномагу, если он всё ещё тут, в Дерейяле.

Лэннери решительно покачал головой:

– Не настолько он глуп, чтобы сидеть и ждать, пока до него доберутся… О, смотри-ка, кто навстречу идёт!

Небольшой отряд городской стражи, вооружённый мечами, с горящими факелами в руках, направлялся к феям.

– Светлейшие служители Кэаль! Мы уже опасались, что с вами что-то случилось, – во главе отряда был тот стражник, который пожелал Беатии хорошей прогулки. Казалось, он искренне беспокоился за фей, и Лэннери невольно улыбнулся:

– Мы всего лишь… прошлись под Алой Звездой туда и обратно.

Хозяину дома Лэннери всё объяснил, а вот Ирлани и Аргален, мирно спавшие в своих постелях, узнали правду только утром.

Феи собрались в одной комнате за большим столом; сайкумы и кувшинчики с росой стояли нетронутыми, поскольку всем стало не до утренней трапезы. Узнав историю с Сайменом, Ирлани едва не расплакалась, а Аргален забыл о человеческой еде, которую хотел потребовать у слуг.

– Как же он мог так поступить?! – воскликнула Ирлани. – Как глупо, подло, и… непохоже на Саймена!

Лэннери промолчал. Он рассказывал обо всём так спокойно, что эти двое уверились в его бесчувственности. Кто бы поверил, что ночью, после долгого отупения, к нему наконец пришла боль? И резала воспоминаниями, как ножом?

– Я знал, что среди нас есть предатель, – сказал Лэннери, когда Ирлани немного успокоилась и вытерла глаза рукавом. – Наставница упоминала при мне, что защиту Школы можно пробить только изнутри. Саймен сделал брешь – вероятно, ночью, позади Школы, в самом неприметном месте. Наставница стареет и должным образом не проверила купол – вот и всё…

– Жива ли она? – тихо, задумчиво произнесла Беатия.

Ирлани прищурилась:

– Да, признаться, и у меня были подозрения, хотя при мне Наставница ничего не говорила… Но я подумала про неё, – и кивнула на Беатию. – С такой любовью к жестокой расправе над врагами, с таким скверным нравом… а предателем оказался наш добрый, хороший Саймен!

Беатия процедила сквозь зубы:

– Всё не то, чем кажется, верно?

– Верно, – нехотя согласилась Ирлани. – Но если б я стала Наставницей, я бы лишила тебя крыльев.

– Хорошо, что ты ею не станешь, – злорадная ухмылка на лице Беатии, по мнению Лэннери, была достойна кисти художника. Вот только человек бы ни за что не поверил, что феи способны на злорадство!

– Давайте без лишних ссор, – устало произнёс Лэннери. У него не было желания разнимать дерущихся фей, да и слуги, что прибегут на крики, окажутся не в восторге от такого. – Тем более что мы всё равно разделимся. Ирлани, тебе и Аргалену лучше полететь сразу к правителям в Кейверран. А мы с Беатией направимся на Флавастрию.

Аргален испытал явное облегчение при этих словах, схватил свой сайкум со стола и жадно принялся есть. Лэннери казалось, что он угадал ход его мыслей: у правителей Альбастрии можно отсидеться, если черномаг нападёт и на Школу Золотой Звезды.

Ирлани с равнодушным видом пожала плечами:

– Пусть будет так. Но пока мы здесь, скажи, Аргален, в тех свитках было ещё что-то интересное?

Аргален ответил с набитым ртом:

– Ммм… да.

– Подождём, пока ты доешь, – скривилась Ирлани и придвинула к себе сайкум на деревянной тарелочке. Когда с едой было покончено, и наступил черёд кувшинчиков с росой, Аргален стал рассказывать:

– Я изучил все свитки целиком. Про Лучезарных я вам говорил, а в следующем свитке я наткнулся на описание старых обычаев Альбастрии. Вы же помните, что решение объединить все обычаи, языки и следовать общим для Благословенных Островов законам было принято больше пятисот лет тому назад?

Ирлани закивала:

– Да, во имя Великого Равновесия! И в Школах фей ввели одни и те же правила, установили список заклинаний, который мы используем и по сей день, и одежда у нас одинаковая, только цвет разнится…

– Чем меньше различий между людьми или феями разных Школ, тем меньше поводов для стычек, – прибавил Аргален. – Так вот, в том свитке написано о старых временах, когда ещё не было правителей, и каждый рейгел правил, как хотел, а люди верили в злых и добрых духов и приносили им жертвы. Интересно, но в борьбе с черномагом это нам не поможет…

– Что ещё ты вычитал? – перебил его Лэннери, которому не терпелось покинуть этот дом и улететь из Дерейяла – городка, с которым отныне будут связаны прескверные воспоминания.

Аргален нахмурился, но возмущаться приказным тоном Лэннери не стал, а продолжал дальше:

– Третий свиток посвящён прыжкам во времени. Тоже сведения, которые нам не помогут; вряд ли Хранительница согласится перекинуть нас всех в то время, когда мы могли бы предупредить Наставницу. Я читал, что игры со временем опасны и могут закончиться плохо.

Беатия вдруг встрепенулась:

– Подожди. А если бы Хранительница нас перекинула… мы что, встретились бы с самими собой?

– Да, но там всё сложнее! – возразил