Звезды взаймы - Олег Кулагин

Я чуть перевожу взгляд и понимаю, что ошибся. Вот дерево и каменная скамья – ничтожно малые, по сравнению с аркой. А она… Внутри свободно поместится пятиэтажное здание!

Я утираю лоб.

Тьфу ты, даже дух захватывает…

Светло-коричневое кубическое сооружение рядом с пирамидой – вероятно, Храм – вначале показалось игрушечным. А теперь ясно – оно выше манхэттенских небоскребов.

Каких же размеров сама Гробница?!

– Ну, что там? – бормочет Капустин.

Я снимаю и отдаю ему очки.

– Дом без окон, без дверей… – шепчет Дима. – Надёжно, но аскетично. И охраны не заметно…

Как будто он ожидал увидеть фасадное остекление и у входа – мордоворотов с резиновыми дубинками.

– Большая, – выдавил Капустин.

Я криво усмехнулся.

«Большая» – не то слово.

Исполинская, чудовищная, невероятная!

Я закрыл глаза и представил там, внизу, нас – крохотных, меньше муравьёв. Перед темнеющей, как огромная раскрытая пасть, аркой входа…

Зябко передёрнул плечами.

Обернулся к Фэй-Туну, ждавшему нас на площадке у «колесницы»:

– Скажи… Что ты знаешь о Гробнице Светозарного?

Кентаврообразный растерянно моргнул. Думаю, какой-то подвох почудился ему в вопросе – уж больно простой.

Фэй-Тун легонько шевельнул ухом и медленно озвучил:

– Гробницу создали Предтечи. Когда первые люди и хахиры явились на планету – она уже была…

– Опять легенда? – уточнил Дима.

– Нет, это сохранилось во всех анналах. И главное, до сих пор неизвестны технологии её создания.

– А почему эту хрень называют Гробницей Светозарного?

Фэй-Тун замолчал, переваривая слово «хрень». Наверное, решил, что это форма крайнего почтения. И торжественно ответил:

– Когда Иб-Хебу простился с учениками, три раза обошёл он вокруг «хрени». И скрылся внутри. Он и раньше так делал. Никто, кроме него, не осмеливался входить в Гробницу. А Светозарный входил и возвращался. Но в тот раз – всё было иначе. Три месяца и три дня ждали Иб-Хебу ученики. Лишь тогда снизошло на них Озарение. И поняли, что больше не надо ждать. И нарекли «хрень» – Гробницей Светозарного.

Дима присвистнул. Торопливо сдернул очки.

Мы переглянулись.

Оба подумали об одном и том же. Войти и не вернуться… Нет, конечно, приятно, когда вокруг тебя – толпы восторженных учеников. Но как-то не очень здорово, если в твою честь называют гробницы…

Я осторожно уточнил:

– С тех пор больше никто не входил внутрь?

Фэй-Тун удивленно приоткрыл рот, обнажая крупные, нечеловеческие зубы. Видимо, решил, что его считают круглым дураком, и озвучил с нотками обиды в голосе:

– Раз в пять лет Главный Страж, именуемый Хранителем, входит в Гробницу, чтобы оставить послание для Светозарного.

– И как… всё гладко проходит?

Фэй-Тун пожал плечами:

– Иногда наступает срок.

– В каком смысле? – нахмурился Дима. – Типа, Главный Страж слагает полномочия? Переходит на другую работу?

– Да, – бесхитростно кивнул хахир, – куда более важную работу. Потому что Иб-Хебу призывает его к себе.

Воцарилась тишина. Не абсолютная. Ветерок шевелил зелёную травку, торчавшую между камнями. А ещё где-то в вышине можно было различить щебет неведомой пичужки…

Капустин шмыгнул носом:

– И часто… этот срок наступает?

– Раньше – почти каждые пять лет у нас был новый Главный Страж. Но теперь с нами Хранитель, знаменитый святым усердием и благочестивым рвением. Уже два раза входил он в Гробницу и передавал послание для Светозарного!

– Два раза? – я мрачно усмехнулся. Дима кашлянул и выдавил с неподдельной грустью:

– Кэй-Ми – сучка!

Сказано было кратко, но удивительно верно.

«Командирша» подписала нас не просто на рискованное, а фактически безнадёжное дело.

Смазливая, хладнокровная стерва!

И ведь не заикнулась о том, что Стража ничего не охраняет. Разве что отпугивает всяких болванов…

Я опять глянул на торчавший, как исполинское надгробие, монолит.

Тот, кто спрятал Око Зари, – выбрал для этого лучшее место. В миллион раз круче любого банка.

«Святое усердие и благочестивое рвение…» Нет, конечно, если мы поживём в пещере отшельника, будем пить одну воду и есть толчёных тараканов – возможно, шансы у нас вырастут. Лет этак через пятнадцать!

– Знаешь, – вздохнул Дима, – когда мой родной братан взял ипотечный кредит – я думал, ничего страшнее уже не будет…

Вот так. Человек расслабляется, а мироздание преподносит сюрпризы.

Раньше мы гадали, как войти в Гробницу. Но, оказывается, намного сложнее оттуда выбраться…

– Вас огорчили мои знания? – пролепетал Фэй-Тун.

– Нет, – успокоил я, – это мы о своём… о высоком. А ты – молодец, эрудированный… Кстати, ничего не слыхал об Оке Зари?

– О ком? – округлил карие глаза хахир.

– Проехали. Не имеет значения.

Конечно, заурядный послушник и не должен догадываться. Главный Страж прекрасно обошёлся без ассистентов. Способ хороший, только одно неясно…

Я слегка хлопнул по плечу Капустина:

– Тебе ничего не кажется странным?

– Угу, – шмыгнул он носом, – странно, что мы с тобой – такие дебилы. Ладно, Васька – у него вообще нетрадиционная интеллектуальная ориентация…

– Погоди! Допустим, кто-то спрятал Око в пирамиде…

– Знаем кто.

– И вроде лучше места не придумаешь?

– Ясен пень, – кивнул Дима.

– Не сходится, – качнул я головой.

– Что?

– Как он потом собирался доставать это чёртово Око, если заранее неизвестно, выйдет он из Гробницы или навсегда там упокоится?!

Капустин заморгал. Почесал нос:

– Хм-м… Вдруг Хранитель и не думал его забирать?

– А смысл? Он же не бурундук, чтоб всё подряд тащить к себе в дупло.

– Сами мы бурундуки… А он – человек просветлённый. Фиг его знает, какая глупость могла прийти ему в голову. Вдруг он решил поднести Иб-Хебу милый сувенирчик?

– Тогда вряд ли он стал бы скрывать это от прочих стражей.

– Много ты смыслишь в религии.

– Давай исходить из психологии.

– Ты думаешь… – зрачки Капустина осветились интересом, – он уверен, что сможет без проблем забрать вещицу?