Атака по правилам - Вадим Панов

— Деньги и работа в одни руки не идут, — хихикнул Биджар. — А потом, в карты ты проигрался по своей инициативе, я тебя за стол не тащил.

— Какая разница, кто меня за стол притащил, — горько вздохнул Кортес.

— Никогда не поверю, что семьдесят пять тысяч для тебя большие деньги, — Биджар дружески похлопал по плечу наемника. — Вы ведь с Бесяевым оплатили проигрыш пополам?

— Пополам, — согласился наемник.

— Вот и не вешай мне лапшу на уши, а глотни-ка лучше хорошего коньяка.

Бурный диалог происходил в подземном гараже супермаркета, среди выставленных на продажу автомобилей. Услышав предложение Биджара, вышколенный официант подкатил к собеседникам сервированный столик, вскрыл бутылочку «Хенесси» и разлил ароматную жидкость в бокалы.

— Итак, — Биджар хитро посмотрел на наемника, — ты готов говорить серьезно?

— Семьдесят пять тысяч, конечно, не самая большая сумма в мире, — признал подобревший Кортес, грея бокал в руке, — но это были все мои свободные деньги. Остальные либо крутятся, либо нужны для операции.

— За тебя всегда платит заказчик, — прищурился Биджар.

— Сейчас я работаю на себя, — Кортес сделал маленький глоток коньяка. — Поэтому я не могу потратить на машину слишком много.

— А где твой старый джип?

— Артему отдал.

— Так забери обратно.

— Я его совсем отдал, — грустно улыбнулся Кортес, — за долги.

— Напарнику? — недоверчиво покосился на наемника шас.

— Я же сказал, что проиграл всю свободную наличность, — Кортес сделал еще один глоток коньяка, — в том числе и его долю за одно мероприятие. Пришлось отдать машину.

— Возьми у меня в долг.

— Биджар, — покачал головой наемник, — я рисковый и азартный человек, но не сумасшедший. Идти в кабалу к шасам ради новой машины я не хочу.

— Все грустные истории о диких процентах по кредитам не более чем происки конкурентов, — заметил Биджар, — хотя тебе об этом рассказывать бесполезно.

— Это точно.

Мужчины налили себе еще коньяка и помолчали, разглядывая сверкающие под мощными электрическими лампами автомобили.

— Кортес, — снова начал Биджар, — пойми меня правильно. Если кто-нибудь, я подчеркиваю, хоть кто-нибудь узнает, что я продал лучшему наемнику Тайного Города подержанную машину и эта машина нужна ему не для того, чтобы ее взорвать, разбить или сбросить с моста, а для личного пользования, надо мной будут смеяться все, включая собак и грудных детей. А когда слух об этом дойдет до руководства Торговой Гильдии, они смеяться не будут, а всерьез задумаются о моем профессиональном уровне.

— Ты сам — руководство Торговой Гильдии, — буркнул Кортес.

— Я лишь один из многих.

— Из семи.

— Из девяти, — поправил наемника Биджар, — но это неважно. Подержанную машину я тебе не продам. Точка.

— На новую у меня нет денег, — отрезал Кортес. — Это тоже точка.

— Возьми у меня в долг, — зарычал шас.

— Не возьму, — наемник налил себе еще коньяк. — Лучше я куплю тачку у челов.

— Проклятый скупердяй, — выругался Биджар.

Услышать подобные слова из уст шаса могли немногие. Это звучало комплиментом.

— Деловые предложения есть? — холодно осведомился Кортес. — Кстати, я уже опаздываю.

— Думаешь, взял меня за горло?

— А ты думаешь иначе?

Биджар снова зарычал, на этот раз тише и как-то невнятно, затем поставил свой бокал на столик и проделал несколько резких шагов взад-вперед. В душе шаса шла напряженная борьба.

— Что ты скажешь насчет небольшой рассрочки? — повернулся он наконец к наемнику.

— Насколько небольшой?

— Два дня хватит?

— Ты смеешься? Две недели минимум.

— Что, по твоему мнению, ты делаешь, а? — прищурился шас. — Ты пьешь мою кровь, а еще называется друг. Пятьдесят процентов аванс, остальное в течение недели.

— Никакого аванса, Биджар, — усмехнулся Кортес, — максимум, что я могу, это пара тысяч. Остальное… ладно, остальное соберу в течение недели.

— Какая пара тысяч? — возмутился управляющий. — Тебя завтра пристрелят, машину взорвут, что я буду делать?

— Биджар, Биджар, — примирительно поднял руки Кортес, — ты же знаешь, что мои дела в полном порядке. Я напишу тебе расписку, и в случае моей смерти ты получишь деньги сполна. Сейчас же я готов заплатить тебе только две тысячи. Идет?

— Идет, — хмуро согласился управляющий и пожал наемнику руку. — Слушай, Кортес, ты уверен, что у тебя в роду не было никого из наших?

— Это у вас в роду кто-то путался с моими предками, — улыбнулся наемник. — Кстати, ты не забыл о матче-реванше? Мне звонил Карим Томба и очень настаивал на его проведении.

— У тебя же нет денег.

— Бесяев даст, — пожал плечами Кортес.

Черные глаза шаса внимательно ощупали наемника, и управляющий медленно кивнул.

— Карим мне тоже звонил, я думаю, через пару дней можно будет сыграть.

— Вот и хорошо, — Кортес поставил бокал на столик и оглядел паркинг. — Какую машину я могу взять?

— Бери любую, — махнул рукой шас.

— Тогда «Навигатор», — наемник кивнул на объемистый джип. — Распорядись насчет документов.

* * *

Замок, штаб-квартира Великого Дома Чудь.

Москва, проспект Вернадского,

28 сентября четверг, 16:15

Заседания высшего совещательного органа Великого Дома Чудь — Совета Ордена — всегда проводились в тронном зале Замка — штаб-квартиры чудов. Да и как могло быть по-другому, если согласно древнему закону Совет составляли исключительно лидеры Великого Дома? Их было немного, вождей, наделенных реальной властью, от решений которых зависели судьбы Ордена и всего Тайного Города, поэтому огромный зал, украшенный мраморными барельефами и массивными щитами с гербами лож Ордена, казался пустым.

Возглавляющий Совет великий магистр Ордена Леонард де Сент-Каре, седовласый бородач, закутанный в пурпурную, подбитую горностаем мантию, занимал массивный золотой трон. Правой рукой повелитель Чуди опирался на тяжелый двуручный меч, а над его головой был укреплен громадный щит с гербом Великого Дома — вставшим на дыбы единорогом. Все остальные члены Совета стояли.

По правую руку от де Сент-Каре расположился Франц де Гир, мастер войны, капитан гвардии великого магистра, высший боевой маг Ордена. Широкоплечий мужчина с короткой рыцарской бородкой, одетый в черный с золотом камзол, безмятежно поигрывал украшавшей его грудь цепью, поглядывая на противоположную сторону, где выстроились светские властители чудов: магистр ложи Драконов Антуан де Кулье, его массивное тело было затянуто в красно-черный камзол, невысокий подвижный Нельсон Бард, лидер ложи Мечей, в традиционных красно-синих цветах, мрачноватый Вальдемар Балота, магистр ложи Саламандры, который отчего-то нервничал и непрестанно одергивал роскошный красно-желтый плащ, зато Себастьян де Лок, глава красно-зеленой ложи Горностаев, был, напротив, подчеркнуто спокоен. Горностаи считались самыми хитрыми из прямолинейных рыцарей, и не случайно среди остальных членов Совета — высших магов — большинство было выходцами именно из этой ложи. Одетые в одинаковые бордовые плащи, расшитые гербами мастерских, маги составляли молчаливую группу, держащуюся позади Франца де Гира: мастер предсказаний, мастер иллюзий, мастер стихий, мастер превращений, мастер исцелений и мастер-хранитель знаний.