Оборотный город - Андрей Белянин

– Парни, куда аптекарь ушёл?

– Удрал на всех четырёх в образе человечьем! – отдышавшись, доложили упыри. – Видать, наверх ломанулся, в Оборотном городе ему теперя жизни нет!

– Его надо догнать! Где моя метла, не видели? – в порыве охотничьего азарта вскричал я.

– Ретивый у нас казачок, – подумав, заявил Шлёма. – Один раз у ведьмы метёлку одолжил, не познакомившись даже, и уже его она! Метёлка в смысле. Хотя, может, ведьмочка тоже, да тока Хозяйка заревнует…

– Кто? – не поверил я и тут же словил по башке выброшенным из окна помелом.

– Благодарствую, – только и успел порадоваться я, как из того же окна посыпались на мою бедную голову: два тяжеленных фолианта, заварочный чайник, табурет, подушка, флакон с духами, три помидора подряд, одна тарелка и красная туфелька с острым каблуком! Только успевай отскакивать…

– Я убью тебя, Иловайски-и-ий! – За подоконником мелькали мокрые Катины волосы и обнажённое круглое плечико.

– Эта точно убьёт, – предупредили Моня и Шлёма. – Валил бы ты отсель, хорунжий. Метла вывезет, гони по той же трубе, а мы прикроем!

Я даже не успел пожелать им удачи, как выпавший маленький книжный шкаф с треском накрыл Моню по маковку. Да, такая женщина в гневе просто неуправляема. Кстати, фигура у неё обалденная, надо будет непременно жениться! При случае, если повезёт и доживу, что не факт, но вдруг, мало ли…

– Держитесь, братцы! – совершенно не к месту прокричал я, ибо какие ж они мне братцы, коли упыри и кровопийцы?! А-а, неважно, единым махом прыгнув на задрожавшую от предвкушения погони метлу, я дал шпоры. Фигурально выражаясь… – До чего же любо!

Помело, словно норовистый арабский жеребец моего дядюшки (скотина, каких поискать, но я привык), споро несло меня, не спрашивая направления и не размениваясь на указания скорости, не заботясь о моём удобстве, не задумываясь о важности всего предприятия и ничего не предпринимая для ускорения всего процесса…

А смысл? Ну влечёт меня куда-то волей рока, так надо лишь поверить, что всё это в «руце Божьей», и дело с концом! Кто я такой, чтоб спорить с Божьим провидением?! Да никто! Вот и не спорю, а скромненько иду туда, куда ведёт меня неумолимая казачья судьба, настроенная на то, чтоб всегда подбрасывать детям своим самые неожиданные испытания и искушения.

В знакомую металлическую трубу я влетел практически с разбегу, распластавшись вдоль древка, как пиявка. Не особо элегантно, согласен, зато действенно и башку ни обо что не расшиб. Мелочь, а приятно! Как я вылетел наверх, уже и сам не помню, просто свежий предрассветный воздух ударил в лицо, и метла рухнула наземь, в единый миг растеряв все свои магические способности. Но худшая неприятность была в том, что на выходе меня ждали…

* * *

– Стоять, хорунжий!

Вытянутая лапа серой гиены цапнула древко метлы, резко наклонив его вниз. Естественно, что я не удержался, кувырком вылетев в мокрую траву, не успев даже понять, как угодил в столь явную, детскую засаду. Злобный хохот аптекаря, под хруст преломляемого помела, вновь взвился к самым небесам:

– Ты меня из Оборотного города выгнал, но и тебе не жить, казачок! Вот и посчитаемся за всё…

Я вскочил на колени, шаря в мокрой траве в поисках второго пистолета. По закону подлости разряженный так и оставался за поясом. Ага! Найдя второй в ямке от коровьего копыта, я взвёл курок. В предрассветной дымке уродливая фигура зверя казалась выкованной из серебра, на правом боку гиены дымилась чёрная дыра, моя первая пуля нашла цель. А вот вторая…

– Порох отсырел… – опешил я.

Да не то что отсырел, а наверняка промок насквозь, пока меня катало по такой-то обильной росе.

Дважды раздался пустой, словно бы виноватый щелчок. Я попробовал ещё раз – увы, всё безрезультатно, а лишнего времени на перезарядку никто мне давать не собирался. Пришлось браться за бебут.

– Кинжалом меня резать будешь? – явственно кривясь от боли, но всё ещё самодовольно начал Анатоль Францевич, двигаясь по кругу. – Не выйдет, хорунжий, оборотня так легко не убьёшь…

– Я всё-таки попробую.

– Попробуй, попробуй.

Его прыжок в мою сторону был стремительным, как кавалерийская атака, и, не будь он ранен, моё повествование можно было бы здесь и закончить. А так я увернулся, хоть и не в полной мере, ещё раз рухнув в траву. Зацепить аптекаря на ответном взмахе не получилось…

– Как думаешь, кто быстрее устанет, человек или зверь? – лающе хихикнула гиена.

Вопрос чисто риторический.

– Зачем всё это? Вы ведь не оборотень по природе, иначе народ догадался бы. У вас вроде всё было – приличная работа, уважение соседей, в чём смысл всего?!

– Думаешь заговорить меня, протянуть время, а потом вдруг случится чудо и из-за леса выедут ваши казаки? Не случится ничего, я просто убью тебя. Как чумчару, пастушка и беса…

Я медленно отступал ближе к деревьям, если уж драться, так не в чистом поле, а прячась за стволами сосен и берёз.

Зверь бесшумно шёл за мной, не отставая ни на шаг.

– Но в одном ты прав, Иловайский: у меня всё – было! Именно так, было. В прошлом. Я действительно нашёл этого щенка…

– Украли?

– Украл, – охотно согласился он. – Давно хотел попробовать чего-нибудь экзотического, человечина приедается за столько-то лет. Вытащил из клетки у бродячих цыган, сунул за пазуху, а этот зверёныш укусил меня за палец. Едва не отгрыз, челюсти у гиен страшные… Я размозжил ему башку о дерево и напился свежей крови, а через несколько дней почувствовал в себе пробуждение силы. Это было страшно и завораживающе…

– Вот эта история больше похожа на правду. – Я упёрся спиной в раздвоенный ствол и понял, что отступать больше некуда.

– О, я не испытывал страха! Более того, я подошёл к своему обращению очень разумно, сам сажал себя на цепь, чуя приближение приступа, сам учился контролировать себя, не позволяя инстинкту животного захватить мой разум, пока не понял, что готов.

– К убийству Хозяйки?

– К захвату власти! – болезненно осклабился зверь. – Я вышел на поверхность и, найдя первую жертву, испробовал возможности нового тела. Пастушок умер быстро, он даже не сопротивлялся. А вот на запах его крови выполз чумчара. С ним я разделался минут за десять, поганая тварь никак не хотела умирать. Но, имея на руках два трупа, я вдруг понял, как можно посеять панику в городе…

– А мизинцы?

– Да так, мелочь, отрезал на память. Главным было избавиться от глупой девчонки и самому занять её дворец!

– Ничего не выйдет.

– Потому что ты раскрыл меня? Ха, я сумею вернуться и…

– Нет, по другой причине, – уверенно сказал я, всматриваясь за его спину. – Нельзя слишком долго гневить Бога!

Анатоль Францевич, хохоча, встал на задние лапы, и смрадное дыхание из его звериной глотки почти коснулось моего лица. Почти… Ровно за мгновение до выстрела!