Застывший огонь - Алекс Орлов

Фрэнка развязали и помогли подняться со стула, поскольку его ноги затекли и почти не двигались.

Поддерживая пленника под руки, солдаты вывели Горовца в коридор и потащили к небольшой двери, находившейся в конце коридора. Фрэнка завели внутрь лабораторного помещения и посадили в небольшую кабинку вроде тех, что бывают у маленьких молочных фургончиков. Только вместо рычагов управления в кабинке находились всякие сложные приборы.

Охранники покинули помещение и заняли свой пост с обратной стороны двери, а лейтенант Пинкстоун принес Фрэнку салфетки и приказал:

— Вытри морду, сейчас я тебя фотографировать буду… И руки тоже вытри.

— Спасибо, сэр, — вежливо поблагодарил Фрэнк.

— Кушай, не обляпайся, — усмехнулся лейтенант.

Затем он скрылся за небольшой перегородкой, и Горовиц услышал щелканье тумблеров и жужжание реостатов.

Наконец Пинкстоун появился из-за перегородки и, подойдя к кабинке, в которой сидел Фрэнк, начал объяснять:

— Смотри сюда, придурок. Это «линки» — на них положишь руки. Они нужны, чтобы снять отпечатки пальцев и прочие дела… А вот это бициклер, к нему харю свою прижмешь, когда я скомандую. Понял, урод?..

— Да, сэр. Понял.

В этот момент дверь приоткрылась, и появился Турмае Рорди.

— Чего тебе? — спросил лейтенант.

— Сержант Биттнер просил ключ от склада радиодеталей, сэр.

— Ну конечно; так я и дал ему ключ от склада!.. Ищи дураков!.. — усмехнулся Дуайт. — Подожди, сейчас сниму показания, и тогда пойдем вместе.

— Ну ладно, — пожал плечами Рорди.

— Не «ладно», а «есть, сэр»!.. — взбеленился лейтенант.

— Есть, сэр! — исправился напуганный Рорди.

— То-то же, — кивнул Пинкстоун и отправился за загородку.

Едва он ушел, Фрэнк выглянул из кабинки и поманил Рорди пальцем.

— Вы меня? — удивился тот.

— Да, подойди, пожалуйста.

Пленник не выглядел страшным. Даже наоборот, его разбитое лицо вызывало у Турмаса Рорди сочувствие. Он подошел ближе и, просунув голову в кабинку, спросил:

— Ну что?..

Однако вместо ответа он получил тяжелейший апперкот и без чувств повалился внутрь кабины.

Не теряя ни секунды, Фрэнк перебрался через Рорди и начал усаживать толстяка на свое место. Это было не так просто, поскольку Рорди весил довольно много.

Наконец это удалось сделать, и тотчас из-за перегородки послышался голос Пинкстоуна:

— Руки к «линкам» прижал?

— Да, сэр! — отозвался Фрэнк, изо всех сил прижимая к экранам кисти Рорди.

За перегородкой послышалось жужжание, а потом снова голос лейтенанта:

— Отлично… Теперь морду…

— Да, сэр, — подтвердил Горовиц, придерживая болтавшуюся голову своего дублера.

— Готово… — известил лейтенант, и Фрэнк тотчас начал вытаскивать Рорди из кабины. Напрягаясь изо всех сил, Горовиц перетащил бесчувственное тело к двери. В этот момент Рорди приоткрыл глаза и слабо спросил:

— Что это было?.. За… зачем вы меня ударили… сэр?..

— Тихо, потом объясню, — шепотом приказал Фрэнк. Он помог Рорди привалиться к стене, а сам спешно занял место в кабинке.

Фрэнк прождал на месте не более полуминуты, когда наконец появился лейтенант Пинкстоун. Он удивленно посмотрел на сидевшего на полу солдата и спросил:

— Это что еще за штучки, рядовой?

— Он упал в обморок, сэр… — подал голос Фрэнк.

— А ты заткнись! Тебя не спрашивают, — разъяснил лейтенант пленнику его права. Затем подошел ближе к Рорди и, ткнув его носком сапога, приказал:

— Встань немедленно!

— Я не могу, сэр. Мне плохо…

— Ему плохо! — зло передразнил Рорди Дуайт Пинкстоун. — А мне, по-твоему, хорошо? Где сержант Биттнер?