На старт, ведьмы! - Марина Данилова

— Откуда я знаю? Это ты мне сейчас про него рассказываешь.

На самом деле дядька у меня в глазах уже двоился. Мне было хорошо и спокойно и как-то не хотелось лезть ни в чьи ауры. Разве что только платье такого цвета… И я еще раз посмотрела на мужика.

— Добрый день, — в ту же секунду раздалось у меня над головой. — Какие красивые девушки! Можно с вами познакомиться?

Да, резвый мужик. И совсем не выглядит пьяным. Ах да, он же на охоте. Блин, работе. Но для работников Канцелярии это одно и то же.

— Марина. — Я протянула ему руку. — А за кем вы охотитесь?

Анютка поперхнулась чаем, а у мужика вытянулось лицо. Дима сидел ко мне вполоборота, поэтому его реакцию я не видела. Но почувствовала, как мне мощно придавили ногу. А поздно, я уже пьяная!

— С чего вы взяли, что я охочусь? — с подозрением спросил он.

— А с чего вы у всех энергию ауры блокируете? Работать, между прочим, мешаете! Я тут, может быть, пытаюсь человека вылечить, а вы…

— А я Дмитрий, — представился он и присел за наш столик. — И с чего это я блокирую ауры?

— Не знаю, этот вопрос к вам. — Я откинулась чуть влево и прислонилась к плечу Димы. — А Дмитрий у нас уже один есть. Так что вы нам не интересны.

— Она пьяная, — попыталась спасти ситуацию Анька. — Как напьется, такую чушь городит!

— Подождите, мне интересно, — отмахнулся от нее второй Дима. — И как вы меня увидели?

— У вас синий цвет по позвоночнику ползает. Только у вас.

— Это все?

— А надо что-то еще?

— Извините, сами мы не местные, — вдруг выдала Анютка, — кушать хочется, поэтому подрабатываем, как можем.

— Девушка, посидите молча, — рявкнул мужчина. — Я впервые встречаю женщину, которая полностью лишена ведьминской ауры, но которая видит меня!

— Да ладно? — удивилась Анька. — А как она тогда в Академии волшебных наук три года отучилась?

Мужчина еще раз поменялся в лице. Из смуглого стал белым, потом снова вернул свой естественный цвет и опять попытался сбледнуть. Бедолага! Не зря нас Анфиса Петровна недолюбливала.

— У нее нет ведьминских способностей, — по слогам произнес он.

— А у меня? — заинтересовалась вдруг подруга.

— У вас тоже!

— Анька, нас отчислят! — заявила я и выпила непонятно как оказавшуюся на столе еще одну порцию коньяка. — И Ольку тоже! За профнепригодность! Но ваш синий гребешок я хорошо вижу!

— То есть, — осторожно начал он, — вы ведьмы, которых невозможно определить?

— Мы не ведьмы, мы сами не знаем, кто мы. И ректорша наша не знает, и Алена не знает, и… — Меня откровенно понесло. — В общем, уберите свою защиту, вы мне работать мешаете!

И в ту же секунду на меня нахлынул целый водопад звуков и красок. И чтобы не рухнуть под этим напором, мне пришлось закрыть уши и глаза. Постепенно боль, вызванная резкой сменой тишины на какофонию, стала утихать, и я даже рискнула открыть один глаз. На меня пристально смотрели уже три пары глаз.

— Я не буду больше пить, — жалобно сказала я. — Никогда.

— Девочка, дело не в том, будешь ты пить в дальнейшем или нет, дело в том, что слуг высших сил вычислить невозможно, а ты вычислила, — зловещим шепотом произнес новый Дмитрий.

— А вы в этом так сразу и признались! И вы слуга не высших сил, а всего лишь Канцелярии, — фыркнула я.

— Не стоит орать об этом на весь кабак!

— Мужчина, вы бы сбавили обороты. — Мой Дима поиграл нехилыми мускулами. Хотя с каких это пор он стал моим? — Я не знаю всей вашей иерархии и кто вы там есть на самом деле, но вот Маринку обижать я вам не позволю. Эта пусть и странная девочка, но находится под моей защитой, и не вам сюда лезть.

— Я уточняю детали, — вкрадчиво произнес тот.

— В деталях вы не на того охотитесь. — Я еще теснее прижалась к Диме и едва не рухнула со своего стула. — Вас зачем-то сбагрили из дому. Ну чтобы под ногами не путались. А тот дядька-алкаш обыкновенный и никакой не земноводный оборотень. Оборотень здесь вы. Самый настоящий!

— Ух ты! — подскочила Анютка. — Процесс пошел! Маринка, не вздумай трезветь! Что еще видишь?

— Ольку вижу, она Русский музей штурмует. Ищет на полотнах новые подсказки к сокровищам. О, и ауру твою вижу… Анютка, не обижайся, но она у тебя тоже синяя… Блин, я хочу платье такого цвета! Дима, в Питере продают такие платья?

— Какие? — в один голос спросили оба Дмитрия.

— Ну такие, какой за ними гребешок колышется! — Я махнула в сторону подруги и нового знакомого. — Ребята, если вы не родственники, то верняк поженитесь!

Подруга искоса посмотрела на работника Канцелярии. Я бы не сказала, что он ей понравился, но мои слова заставили ее задуматься.

— Я сейчас одет не очень, — попытался оправдаться тот. — Блин, я вообще-то женат!

— Когда это нас останавливало? Тем более что он врет. Невеста Наденька сбежала от него, как только увидела его первую линьку, — с презрением парировала я. — Анька, бери его, он твой!

Действительно, несмотря на крайнюю степень опьянения, я отчетливо видела их идентичные ауры. Они одинаково переливались и даже тянулись друг к другу. Это так романтично, когда так совпадает энергетика! А вот у нас с моим Димой… Да, что там с ним?

— Димка, вот висит на тебе этот сглаз. Случайный. И не тебя сглазили, а еще прадеда твоего. Далекого. Вот чего он с огненной феей не поделил?

— О, да тут все свои? — удивленно протянул Дмитрий-второй. — Как удачно я зашел сегодня коньячку хлебнуть. Мужчина, вы можете расслабиться. У меня, кстати, очень серьезный магический опыт и непростая должность. Могу вас уверить, что никакого проклятия на вас не висит. Я это вижу очень четко.

— Мужчина, вы бы не ерничали! — отбрила его Анька. — Ваш протеже, между прочим, сидит и сам с собой чокается. Сняли бы вы заклятие с него.

Бывший собутыльник так нагло рассекреченного оборотня действительно сидел один, но как будто этого не замечал. Он что-то внимательно втолковывал пустому стулу напротив и поднимал рюмку за рюмкой, чокаясь с пустотой. Да, нехилое на нем заклятие.

— Да черт с ним, — отмахнулся Дмитрий-второй. — Я и так жал его слишком долго. Чуял, что-то не то, но жал. А этот мужчина чистый, я настаиваю.

— А так?

Я сделала пасс рукой, отгоняя все лишние цвета из теплового излучения Димы, и с удовольствием стала наблюдать, как у Дмитрия-второго, так я решила называть оборотня, вытягивается лицо.

— А так у вас родовое проклятие, молодой человек, — протянул оборотень. — И она все это видит? — обратился он к Анютке.

— Пока только тогда, когда напьется. Думаете, почему мы трезвые, а она нет?