Портал - Екатерина Гуреева

Я незаметно положил наличные Ризу на стол, когда тот жадно пил воду. Надеюсь, старик успел заметить их первым и убрать куда положено.

Я уже скучал по ее ирисовым духам – их запах я успел почувствовать, когда жадно целовал девушку у себя дома.

– Сколько собираетесь тут ее прождать? – ворчливый голос Виктории застает меня врасплох.

– Откуда вы знаете? – задумчиво разглядываю улицу через окно.

– Я вас хорошо помню. И я не слепая. Клиника, вон, через дорогу стоит. А вы глаз от окон отвести не можете.

– Вы знаете молодого неуравновешенного парня по имени Стив? – я наклоняюсь над столом, как будто хочу говорить тише, но так, чтобы она меня могла хорошо слышать, и пристально смотрю в ее карие глаза.

– Стива Риза все знают, а что, насолил вам паренек? Вы уж зла на него не держите. Он немного не в себе, – Виктория крутит указательным пальцем у виска. – Это все знают. И да, он безумно влюблен в нашу малышку Миру.

Я думаю, у него крышу из-за этого снесло, из-за любви. Ну, понимаете, всякое бывает. Чего она от него только не натерпелась. Страшно было смотреть на него… Не знаешь ведь, что у него на уме.

– Все на ваших глазах происходило?

– Конечно же, нет. Кое-что Мира сама мне по секрету рассказывала. Подруги ее почти все уехали из нашего города. Бежали в большие города, а то и в другие страны! А что, и правильно сделали. Только наша красавица здесь пересидела. Не может она, видите ли, бедное зверье бросить. Вдруг что приключится, а ее и нет.

– Не одна же она в городе ветеринаром работает?

– Не одна, но и те сбегут скоро, она это понимает. Вот и пытается ухватиться за любое оправдание, хотя знает, что и ее срок здесь скоро окончится.

– Что я могу для нее сделать в таком случае?

– Влюбить в себя. Я вижу, как вы смотрели друг на друга. Так мило, чисто, не то, что этот упыренок, только об одном и помышляет, чтоб его… – в сердцах бросает Виктория, разглядывая только что зашедшего посетителя. Он весь в черном, на голову натянут капюшон.

Мужчина усаживается напротив входа, в углу, глубоко вжимается в мягкую обивку кресла и терпеливо, никого не подзывая, ждет.

– Пойду обслужу парня…

Я выдавливаю наигранную улыбку и снова принимаюсь ждать заветного часа нашей неминуемой встречи. Задумчиво перебираю пальцами зеленый камень.

– Скорей бы уже… – шепчу и не замечаю, как сознание отключается. Все-таки сказывается почти бессонная ночь.

Кто-то настырно рвет мое плечо. Нет, просто чья-то крепкая рука сжимает, словно тисками, и остервенело трясет, требует, будит. Я открываю ошеломленные глаза и вижу, что над моей головой нависает силуэт полной женщины. Виктория что-то неразборчиво бурчит и вдруг уходит в противоположную сторону – обслуживать пожилую пару через два столика от меня.

Пять тридцать, на улице довольно темно, на столбах загораются фонари.

На улице лают собаки. Я лениво потягиваюсь, зеваю, стряхиваю с себя остатки дремоты и опять подзываю Викторию, которая на ходу дописывает заказ:

– Простите, во сколько она заканчивает?

– Обычно засиживается допоздна. Бывает, уходит, когда еще шести нет. А что, боитесь, что проглядели?

– Да, и это тоже, – я резко оборачиваюсь, чтобы посмотреть на человека в черной одежде, но за тем столиком уже никого нет. Возможно, это был Стив. С него вполне станется устроить слежку за мной. В темноте лучше всего караулить, но я опасаюсь встречи с ним, потому что уверен: украденное у отца оружие до сих пор при нем.

– Вы не узнали посетителя в черной куртке с капюшоном?

– Я? – удивляется та. – Я нет. Если со всех глаз не спускать, то когда же тогда еду разносить?

– Может быть, голос вам показался знакомым? – я продолжаю настаивать.

– Голос… – задумывается на минуту Виктория. – Нет, не узнала. Подумаешь, столько одинаковых голосов к нам заходит – уйма. Часто туристы бывают, а так – нет, не скажу наверняка. Может, и Стив, а может, и не он. Вы уж простите. Не обратила внимания.

– Ничего страшного, – я гляжу на ручные часы, встаю и выхожу на улицу.

Снаружи холоднее, чем обычно. Температура неумолимо опускается ниже десяти. Изо рта я выпускаю белый пар и разглядываю снежинки, лениво описывающие спиралевидные траектории. На асфальте быстро образуется гололедица. Мороз пробирает до мурашек. Джек стоит рядом и тоже смотрит на дом, в котором он испытал сразу и боль, и избавление от нее.

Мы быстро переходим на противоположную сторону улицы. Периферическим зрением улавливаю темный силуэт за углом соседнего дома, но я настолько озабочен тем, чтобы перехватить девушку в дверях, что не придаю этому никакого значения. Подумаешь, кто-то стоит. Город со странностями – мрачное название Темный Бор говорит, в первую очередь, о самих его жителях. Это факт! Его подтвердила Мира, да и я на себе испытал кулаки одного ненормального.

Люди, издалека видевшие волка, заблаговременно переходили улицу, шли не привычным путем, а срезая его через проулок, чтобы не испытывать судьбу. Хотя я уверен: Джек ни за что на свете не стал бы причинять никому из людей вред, но запах страха, который витает где-то между узкими домами, выводит его из себя. Мужчина лет пятидесяти вжимается в кирпичную стену, пытается слиться с ней. Потом резко разворачивается и бежит от нас прочь. Думаю, он доберется до дома раньше положенного срока.

Мы стоим совсем одни: я тщетно пытаюсь увидеть свет в окне, а Джек старается почуять запах. Неужели опоздали? Неужели ты ушла, Мира?

Я напряженно вглядываюсь сквозь неосвещенное окно внутрь. Жаль, я не знаю, где она живет.

Через минуту дверь открывается, и я подскакиваю к девушке сбоку. Мира хочет закричать, но потом приглядывается и узнает меня, хотя ключи от входной двери все равно плюхаются на землю.

– Ты меня напугал, Майкл! Зачем ты так делаешь?

– Прости, как делаю?

– Резко. Так может и сердце остановиться.

– Прости, – я виновато улыбаюсь. – Хотел сделать тебе сюрприз. Ты ведь не думала, что мы так скоро увидимся, верно?

– Верно, – выдыхает облегченно она. – Как Джек?

– С ним все отлично – как новенький, и все благодаря тебе!

И тут понеслось; похлопывания, поглаживания, взаимные обнимания. Нет-нет, я не ревную к волку, просто надоело ждать своей очереди.

– Я могу проводить тебя до дома? Он ведь недалеко?

– Нет, недалеко. Пешком минут двадцать, – она ненадолго умолкает. – Спасибо тебе, Майк, за заботу. Сегодня в обед я как раз видела Стива. Теперь даже не знаю, чего от него ожидать. Лицо ты ему, конечно, попортил.

– От него так просто не избавиться?

– Нет, к сожалению.

– Придется, значит, опять проучить.