Железная принцесса - Джули Кагава

— Ты и так много сделала, принцесса, и столько пережила.Думаю, возвращение домой ты заслужила. Черт побери, с одним королем ты ужерасправилась. А с Небывалым все будет хорошо, уж ты мне поверь.

— А как же скипетр? — не унималась я — А война? Оберондолжен знать, что Маб хочет на него напасть.

Робин пожал плечами с таким видом, будто ему стало не посебе.

— Я все расскажу ему, принцесса, если он меня сразу в крысуне превратит. Что до скипетра, то его ищет Зимний принц. Все и без наспрекрасно обходятся.

Я запротестовала, но он беспечно махнул рукой.

— Война все равно начнется, принцесса. Это старая история.Зима и Лето всегда враждовали. И века не проходит, чтобы не вспыхнула ссора.Скипетр как-нибудь вернут, и все пойдет своим чередом.

Я нахмурилась, вспомнив, что сказала Маб Лесному владыке вовремя церемонии.

— Но как же мой мир? Маб говорила, что Лету нельзя владетьскипетром дольше положенного, иначе произойдет катастрофа. А что, если Железныйкороль его получит? Тогда вообще всему конец?

Пак почесал затылок.

— Э-э... возможно.

— И что же нас тогда ждет?

— Будем по пустыне Мохаве на санках кататься.

Я ошеломленно уставилась на него.

— Такого нельзя допустить! Да что это с тобой? Неужели тыдумал, что я в стороне останусь?

Робин пожал плечами.

Его невозмутимость меня бесила, и я решила ударить побольному.

— Да ты же просто боишься. Испугался железных фейри, вот ине хочешь с ними больше встречаться. Вот уж не знала, что ты такой трус.

— Я тебя оберегаю! — не выдержал Пак и развернулся ко мне.

Его глаза лихорадочно сверкали. Я попятилась.

— Это не игрушки, Меган! Дерьмо вот-вот на вентиляторналетит, а ты стоишь и даже не знаешь, когда лучше пригнуться!

Во мне вскипело праведное негодование. Хватит мне указыватьи хватит меня запугивать!

— Я сумею за себя постоять, Пак! Я вовсе не какая-то тампискушка из группы поддержки, с которой надо нянчиться. У меня тоже руки вкрови. Я прикончила Железного короля, и мне до сих пор об этом кошмары снятся.Я убила живое существо! И если надо, снова это сделаю!

— Знаю! — воскликнул он, всплеснув руками, — Я знаю, тыжизнью будешь рисковать, чтобы спасти нас. Это меня и беспокоит. Ты еще малознаешь Небывалое, вот и не боишься ничего. Тут скоро будет настоящий ад, а ты сврагом шуры-муры затеяла! Я слышал, что произошло в Железном королевстве, и да,я чуть в штаны не наложил, когда узнал. Я люблю тебя, черт побери. И не хочусмотреть, как тебя на кусочки разорвут.

Я вздрогнула и от этого неожиданного признания, и от того,что он сказал обо мне и Ясене.

— Ты... ты знал? — спросила я, запинаясь.

Он бросил на меня насмешливый взгляд.

— Я не первый день живу, принцесса. Не стоит считать менядурачком. Даже слепой заметил бы, как ты смотришь на принца. Наверное, вкоролевстве Машины между вами что-то произошло, но как только вы вернулись, нашмальчик вспомнил, что влюбляться в летнюю фейри нельзя.

Я покраснела, и Робин покачал головой.

— Я молчал только потому, что он уже решил с тобойрасстаться. Ты-то и не подозреваешь о последствиях, а Ясень о них прекраснознает. Хоть мне и противно его хвалить, но он правильно сделал.

У меня задрожал подбородок. Пак фыркнул, но когда увидел,что я вот-вот заплачу, смягчился.

— Забудь его, Меган, — ласково сказал он, — Ясень такойлюбви не стоит. Даже если бы закона не было, он бы все равно тебя бросил. Ужя-то его знаю.

Я все-таки разревелась.

— Нет, — прошептала я, не в силах больше сопротивлятьсятоске, которая грызла меня все утро.

Бедный Пак! Он только что признался мне в любви, но я ничегоне могла поделать со слезами. Я не могла жить без Ясеня. Он был таким смелым ирешительным. Когда он смотрел на меня, его взгляд переполняла нежность, будто ядля него — единственная на свете. За его холодной надменностью скрываласьпрекрасная, израненная душа!

— Не могу я его забыть! Он мне нужен. Я знаю, что он мойвраг и мы нарушили все возможные правила. Ну и пусть. Мне так его не хватает,Пак.

Он вздохнул то ли сочувственно, то ли горько и притянул меняк себе. Я рыдала у него на груди, выпуская со слезами все, что копилось всердце с того самого дня, когда я встретила Ясеня в тронном зале. Пак молчагладил меня по голове, как в старые времена. Наконец я выплакалась и зашмыгаланосом, уткнувшись ему в рубашку.

— Лучше? — спросил он.

Я кивнула и отстранилась, вытирая слезы. Боль не ушла, ностала не такой мучительной. Пройдет много лет, прежде чем она утихнет, еслиутихнет вообще, но я сердцем чувствовала — мы с Ясенем простились навсегда. Может,теперь я смогу его отпустить?

Робин подошел сзади и приобнял меня за плечи.

— Знаю, что слишком тороплю события, — прошептал он мне наухо. — Просто хочу, чтобы ты знала. Я подожду, и, когда твоя боль уляжется, ябуду рядом. Помни об этом, принцесса.

Я лишь кивнула в ответ. Он сжал мои плечи, потом отошел,давая мне время успокоиться. Когда я обернулась, Робин стоял, прислонившись кдереву. Передо мной снова был прежний Пак с улыбкой до ушей.

— Ну что? — вздохнул он, — Тебя ведь не переубедить?

— Нет.

— Этого я и боялся, — Он запрыгнул на старый пень, скрестилруки и гордо вскинул голову, — Каков же наш план, моя хитрая принцесса?

Я хотела улыбнутся, но вдруг почувствовала что-топодозрительное. Ноги начало покалывать, в груди шевельнулось непонятноебеспокойство. Все тело зудело, будто под кожей ползали муравьи. Стоять на местебыло выше моих сил. Я против собственной воли начала пятиться к лесу.

— Что с тобой, принцесса? — Пак соскочил на землю. — Какаямуха тебя укусила?

Я открыла рот, но вдруг неведомая сила дернула меня, чуть несвалив с ног, и вместо ответа я только взвизгнула. Плут протянул мне руку, но яневольно отпрыгнула.

— Что со мной? — воскликнула я.

Загадочная сила все тянула в лес.

— Я не могу остановиться. Что происходит?

Пак схватил меня за руку, и мне показалось, что меня сейчасразорвет на две половинки. Я закричала. Он побледнел, разжал пальцы, и я пошладальше.

— Это Зов, — объяснил Плут, шагая следом, — Кто-то хочеттебя видеть. Ты не заключала ни с кем договора? Не обещала отдать что-нибудьличное? Волосы, кровь, клочок одежды?

— Нет! — всхлипнула я, хватаясь за лиану, но рукипрострелила боль, и ветку пришлось отпустить, — Ничего я не отдавала! Как мнеостановиться?