Темный шепот - Джена Шоуолтер

Рот Сабина наполнился слюной. Сырные шарики — его любимые. Анья будто знала, что он придет сюда, и теперь дразнила его.

— Дай мне немного, — попросил он.

— Достань себе сам, — ответила она.

Уильям подбросил палочки в воздух, поймал их и положил на барабаны.

— Не важно, сколько нот я пропустил, играю я все-таки хорошо.

— Ха! Да я всю партию вытащила на себе. — Анья доела последние шарики, насмешливо поглядывая на Сабина. Потом плюхнулась на диван, перебросив ноги через подлокотник. — А знаешь, Саби, я ведь искала тебя. Люсьен сказал, что в доме гарпия! — Она возбужденно захлопала в ладоши. — Я обожаю гарпий. Они такие восхитительно проказливые.

Сабин не стал указывать ей на то, что она играла, а совсем даже не искала его.

— Восхитительно проказливые? Ты не видела, как она вырвала у охотника трахею.

— Нет, не видела. — Анья надула губы. — Я пропустила все самое интересное, присматривая тут за Вилли.

Уильям закатил глаза:

— Большое спасибо, Энни. Я остался здесь, составил тебе компанию, помог охранять женщин, а ты еще жалеешь, что пропустила кровавое побоище. Боги, ты нанесла мне удар в самое сердце. Теперь оно разбито.

Протянув руку, Анья погладила его по голове:

— Побудь тут, собери осколки своего сердца. А мамочка пока поболтает с малышом Сомнением. Не будешь плакать?

Губы Уильяма дрогнули в ухмылке.

— А я, значит, папочка?

— Только если хочешь помереть раньше срока, — сказал Сабин.

Расхохотавшись, Уильям подошел к телевизору с семидесятитрехдюймовым экраном и опустился в плюшевое кресло. Три секунды спустя пиршество плоти было в самом разгаре, послышались стоны. Парис раньше любил эти фильмы. Но за несколько недель до их поездки в Египет что-то случилось с ним, и вся коллекция досталась Уильяму.

— Расскажи мне все о гарпии, — попросила Анья, склонившись к Сабину, ее лицо выражало живой интерес. — Я умираю от любопытства.

— У этой гарпии есть имя. — В голосе Сабина послышалось… неужели раздражение? Конечно нет. Разве ему не все равно, что ее называют просто гарпией? Ведь он и сам называл ее так про себя. — Гвендолин. Или Гвен.

— Гвендолин, Гвендолин. Гвен. — Анья постучала по подбородку пальцем с длинным острым ногтем. — Прости, не знаю такой.

— Золотые глаза, рыжие волосы. Впрочем, если быть точным, она — рыжеватая блондинка.

В ярко-голубых глазах Аньи вдруг вспыхнул огонек.

— Хм. Вот это уже интересно.

— Что? Цвет волос?

Как будто он этого не знал! Как ему хотелось запустить пальцы в эти шелковистые волосы, сжать их в кулаке, рассыпать по подушке, по своим бедрам.

— Нет. То, что ты назвал ее рыжеватой блондинкой. — С ее губ сорвался звонкий смех. — Неужели наш маленький Сабин запал на гарпию?

Он раздраженно стиснул зубы, щеки обдало огнем. Румянец? Чертов румянец?

— Ах, как мило. Посмотрите-ка, кто влюбился, обшаривая пирамиды. А что еще ты о ней знаешь?

— У нее есть три сестры, но я не знаю их имен. — Он говорил отрывисто, предупреждая дальнейшие расспросы. Он вовсе не влюблен.

— Ну так узнай, — сказала Анья, возмущаясь тем, что он до сих пор этого не сделал.

— Честно говоря, я надеялся, что ты это выяснишь. Мне нужно, чтобы ты составила ей компанию. — Часть его умоляла: «Охраняй ее, береги». Стоп! Часть его умоляла? Нет, правда? — Но Уильям останется здесь. Он не посмеет даже приблизиться к ней.

Послышался шорох, Уильям повернулся в кресле. Он был явно заинтригован.

— А почему это я не могу к ней подойти? Она симпатичная? Готов поспорить, что симпатичная.

Сабин не обратил на него внимания. Можно было или игнорировать его, или прикончить, но его смерть расстроила бы Анью. А расстроить Анью значило положить голову на гильотину.

В такие моменты Сабин особенно остро чувствовал, что скучает по обычным сражениям и тренировкам, которым посвящал все свое время до воссоединения Владык. Тогда у него было всего лишь пять товарищей и никаких женщин, кроме Камео, но она не считается.

— И постарайся сделать так, чтобы она поела, — добавил он. — Она со мной уже несколько дней, а съела лишь пару пирожных, после чего тут же рассталась с ними.

— Во-первых, я не нанималась в няньки к твоей женщине. А во-вторых, разумеется, она не ест. Она же гарпия.

По тону Аньи было понятно, что она считает его тупицей.

Наверное, он и был таким.

— О чем это ты говоришь?

— Они могут есть лишь то, что украли или заработали. Понял? И если ты предложишь ей еду, ей придется от нее отказаться, иначе ее… прошу, барабанная дробь… стошнит.

Он махнул рукой:

— Но это же смешно.

— Нет, они так живут.

Но это… разумеется, не могло быть правдой… Черт!

Да кто он такой, чтобы утверждать, что возможно, а что нет. Много лет ровно в полночь Рейесу приходилось вонзать кинжал Мэддоксу в живот, а Люсьену сопровождать душу мертвого воина в ад — и все это только для того, чтобы на следующее утро вернуть ее в исцеленное тело. И так каждую ночь.

— Значит, помоги ей украсть что-нибудь. Пожалуйста. Разве мелкие кражи не по твоей части?

Позже он проследит, чтобы в его комнате была еда, которую с легкостью можно «украсть».

Внезапно сквозь толстые стены до них донесся пронзительный, мучительный вопль, подействовавший на Сабина успокаивающе. Допрос охотников перешел на новый уровень. Он должен быть там и помогать, а вместо этого сидит тут, изнывая от любопытства и с нетерпением ожидая ответов.

— Что еще мне нужно знать о ней?

Задумавшись, Анья встала, подошла к бильярдному столу и достала из лузы один из шаров. Подбросила его, поймала, снова подбросила.

— Посмотрим, посмотрим. Гарпии умеют двигаться так быстро, что люди ничего не успевают заметить. Они любят мучить и наказывать.

Да, он сам был тому свидетелем. Скорость, с которой она убила охотника… жестокость, с которой напала на него… вот тебе и муки, и наказание. И в то же время всякий раз, когда Сабин предлагал ей наказать других охотников, повинных в ее собственных мучениях, она бледнела и дрожала от страха.

— Как и другие племена, гарпии обладают особыми способностями. Некоторые умеют предсказывать смерть человека. Некоторые могут исторгнуть душу из тела и перенести ее в загробный мир. Жаль, что не все из них это умеют, тогда моему ненаглядному не пришлось бы столько работать. Некоторые способны путешествовать во времени.

Есть ли у Гвен особенная способность?

Каждый раз, когда он узнавал что-то о ней и ей подобных, у него возникала тысяча вопросов.