Жена для Полоза - Екатерина Кариди

Неприятно. Затекла поясница и во рту был странный привкус. Оля поморщилась, пытаясь сглотнуть эту… Эту гадость. Зареклась больше пить местную самогонку. Вроде и слабенькая, и выпила меньше кружки, а чувство такое, как будто ее напичкали дрянью и протащили по асфальту.

Шевельнулась, с трудом сгибая онемевшие пальцы, и наконец заставила себя немного разлепить глаза. В первый момент, пока наводила резкость, все не могла понять, что не так. А потом дошло.

Место.

Она НЕ ЗНАЛА этого места. Оля лежала на голой земле, и, судя по тому, что у нее занемело все, пролежала тут неподвижно не меньше часа, а то и больше. Стала оглядываться.

Никакого костра на опушке у окраины деревни тут не было. Тут вообще деревни не было! Ночь, вечер, утро, не поймешь, какой-то черно-зеленый полумрак, подсвеченный рассеянным светом, шедшим ниоткуда и отовсюду. И растения!

Вокруг был лес, куда больше похожий на тропический, чем на…

— Мама дорогая, — тихо прошептала Оля, прикрывая рот ладонью и попыталась привстать.

Обнаружить, что она голая, было ужаснее всего.

Крик застрял в горле, а рука судорожно сжалась.

— Что со мной? — панически заметались мысли. — Где я?

Как вообще сюда попала? Час который?

Что произошло? Она перебрала этого дурацкого алкоголя, и ее невменяемую притащили сюда, изнасиловали и бросили? Стало дурно и так кошмарно обидно. Кто это с ней сделал, неужели свои? Или местные? Ольга мысленно содрогнулась и чуть не разревелась позорно. Правда, прислушиваясь к ощущениям, она вроде бы не чувствовала себя растерзанной. Но все же.

За что с ней так? А главное, голую бросили!

Резко села, игнорируя внезапно наплывшее головокружение, стала шарить вокруг себя, загребая пальцами опавшую листву. Где-то здесь же должна быть ее одежда. Надо найти, как-то привести себя в порядок и выбраться.

Случайно взгляд упал на поваленное дерево напротив. Рядом с ним свернулась огромная черная змея. Ольга замерла, ее мгновенно сковало ужасом, как будто в лед вморозило. Нельзя делать резких движений. Шевелиться нельзя! Затаиться, может, не заметит.

Однако змея, словно услышав ее мысли, подняла голову и уставилась на нее немигающим взглядом. А потом медленно подползла, поднялась на уровень лица. Раздвоенный язык высунулся, большая треугольная голова чуть не ткнулась в нее…

И тут Ольгу накрыл спасительный обморок.

***

Следующее пробуждение было, еще менее приятным, чем прежнее.

Змеи уже не было, но против нее сидел тот мужчина, сказитель У-Лэн. Смотрел на нее своими темными глазами.

Как только Ольга осознала это, тут же дернулась, сжимаясь в комочек и закрываясь руками. А весь кошмар положения обозначался все больше. Однако она попыталась успокоиться и попробовать договориться. Паника тут не поможет.

— Вы… не знаете, где моя одежда?

Он только насмешливо хмыкнул, окинув долгим взглядом ее тело. Оля невольно покрылась мурашками. Какое тут к черту спокойствие!

— Меня будут искать. Уже ищут! — вырвалось у нее.

— Будут. Найдут что-то из твоих вещей. А тебя — он цыкнул. — Нет, не найдут.

Боже… Она попала в лапы маньяка.

— Но зачем я вам? Зачем вы это сделали?

Мужчина взглянул на нее и выдал снисходительно:

— Потому что ты просватана.

— Что? — у нее челюсть отвисла.

Сразу потоком пронеслись мысли. Все эти взгляды, предупреждения не выходить из дома… Проклятые суеверия! Они опоили ее и принесли в жертву? Но это же вообще за гранью понимания.

Надо было что-то делать.

— У-Лэн, послушайте… Отпустите меня, пожалуйста. Мне обязательно надо вернуться, меня будут искать. Зачем вам проблемы? Я никому ничего не скажу, клянусь вам, — проговорила Оля, стараясь не дрожать и держаться ровно.

У-Лэн неожиданно подался к ней.

— Не поймешь никак, да?

И ловко схватил ее за руку, вызвав просто прилив ужаса. Нащупал кольцо на пальце, показал ей его.

— Ты приняла подарок.

— Боже, ну какой подарок, о чем вы… — зубы уже громко стучали.

Перед глазами замелькали картинки. Вот она у ручья, ужик, свернувшийся колечком на другом берегу. Маленький, безобидный. Кольцо, которое она нашла в грязи.

— Нет! Не может быть! — Оля затрясла головой.

Он смотрел на нее молча, а у нее опять перед глазами, как утром шла на речку, и все на нее пялились. В ушах зазвенело:

Выходила к воде одна…

— Нет, — пробормотала она.

Почему никто не остановил, не сказал ей? Степановна. Она говорила…

Шок. Оля отказывалась понимать, отказывалась мириться. Этого не могло случиться с ней! Но это случилось. Неожиданно для себя девушка успокоилась.

— Где я? Что со мной будет? — спросила. — Почему вы говорите, что меня не найдут?

Далеко унести он ее все равно не мог, у него же транспорта нет. Ее найдут с вертолета, да просто прочешут там все.

— Потому что твоим людям не попасть в наш мир. Сто раз мимо пройдут, не найдут, не увидят. И ты никогда не увидишь никого из них.

— Я что теперь, — Оля скривилась, отказываясь мириться с реальностью. — Невеста Полоза? Но это же бред! Сказки! Вы…

И тут этот мужчина стал медленно трансформироваться. А у нее пропал дар речи.

Наполовину человек, наполовину змей. Черное туловище, покрытое чешуей, коренастое и широкое, переходило в толстый черной хвост. Треугольное лицо в обрамлении прямых и жестких черных волос, чешуя на скулах, лягушечий рот, в котором тонкой змейкой метался раздвоенный язык. А глаза с вертикальным зрачком — змеиные.