Кортик: За честь и верность 2 - Сергей Благонравов

Профессор усмехнулся, доставая из кармана небольшой кристаллический предмет, переливающийся всеми оттенками синего.

— Ах, юный друг, — его голос звучал почти отечески снисходительно, — когда тебе перевалит за шестьдесят, ты поймешь, что старые лисы всегда знают короткие пути.

Он подбросил артефакт в воздух, и тот завис, между нами, пульсируя мягким светом.

— Этот малыш — моя "лестница Якова". Позволяет перемещаться между этажами Академии... скажем так, минуя общепринятые маршруты.

Я уставился на кристалл, чувствуя, как во мне просыпается жгучее любопытство.

— И сколько таких... "лестниц" разбросано по зданию?

— О-о, — Беркоф лукаво прищурился, — это было бы слишком простым ответом. Настоящий вопрос — не "сколько", а "когда". Некоторые из них работают только в полнолуние, другие — исключительно, когда декан читает лекции по квантовой теургии...

Он ловко поймал падающий кристалл и спрятал его в складках мантии.

Я быстро изложил суть: прогресс в развитии ядра тьмы, оценка Шуппе (немного приукрашенная — "Пётр, я пока не могу уделить тебе внимание на развитие телепортации"), и моя уверенность, что ядро жизни поможет выдержать нагрузки.

— Боже, какой прогресс! — воскликнул профессор. — За три месяца — от зародыша умений до телепортации! Правда, можно надорваться... Но зато мы нащупаем границы твоего потенциала.

Я кивнул, стараясь выглядеть уверенным.

— Так, в столице с разрешениями на телепортацию — бюрократия на месяцы. А Шуппе, как ты говоришь, не до тебя... — Он задумался, потирая подбородок. — Значит, нужно место с сильным магическим фоном, где твои выбросы энергии останутся незамеченными.

— И где это?

— Как где? Тамань! Грязевые вулканы. — Его глаза загорелись. — И полезно для здоровья, и твои эксперименты никто не заметит... если, конечно, не будешь прыгать на километры.

— Замечательно! А кто объяснит принципы работы?

— Тут сложнее... — Он нахмурился. — У тебя нет знакомых бездельников, которые разбираются в пространственных искажениях?

— Увы.

— Ну тогда... — Беркоф вздохнул. — Как у тебя с историей?

Я насторожился.

— Ну... как у всех?

— Ясно. Современной молодежи древности не интересны, — усмехнулся он. — Ладно. Третьекурсники едут на практику в Тмутаракань — древний город на Тамани. Дипломные исследования. Можешь присоединиться к группе профессора фон Винтерсхагена.

— Чего?! Какой таракани?!

— Гермонасса-Тмутаракань! — взорвался Беркоф. — Античный город, тысячелетняя история! Студенты туда каждый ноябрь ездят, когда курортники разъезжаются.

— А... понятно.

— Но Винтерсхаген — историк. Так что тебе нужно решить два вопроса: методичка по телепортации и наставник, который объяснит основы.

Я задумался. Где бы найти такого...

И тут меня черт дернул за язык.

— Профессор... а эта девушка, которая меня выгнала... она случайно не...

Беркоф хитро прищурился.

— Алиса Витальевна? Да, она как раз специалист по пространственным манипуляциям. Но после твоего "визита" вряд ли захочет с тобой работать.

— А теперь, — профессор перевел взгляд на мои все еще раскрасневшиеся щеки, — давай обсудим твою маленькую... неловкость с Алисой Витальевной. Хотя, — он хитро улыбнулся, — судя по твоему виду, ты уже получил достаточно наглядный урок о важности стука в дверь.

В этот момент где-то внизу раздался яростный женский крик:

— Беркоффф!!! Где этот бесстыжий первокурсник?!

Профессор вздохнул театрально глубоко.

— Кажется, у нас осталось ровно три секунды, прежде чем гнев пространственного аналитика достигнет критической массы. Предлагаю использовать это время с умом.

Глава 2

— А сколько ей лет? — спросил я, вытирая ладонью пот со лба.

— Двадцать пять, — ответил Беркоф, поправляя очки.

— Старовата... — не подумав, вырвалось у меня.

Профессор резко замер. Его взгляд, обычно полный снисходительного юмора, вдруг стал таким, каким смотрят на особенно туповатого первокурсника, перепутавшего компоненты для зелья. В воздухе повисла тягостная пауза.

В этот момент раздался оглушительный треск — дверь на крышу буквально вырвало с петель.

— Ну, удачи тебе, студент, — процедил Беркоф и буквально растворился в воздухе, оставив после себя лишь легкую дымку и запах ментолового табака.

Я обернулся к новой угрозе.

Алиса Витальевна стояла в проеме, вся дрожа от ярости. Её каштановые волосы, обычно собранные в строгий пучок, теперь рассыпались по плечам. Грудь вздымалась так, что мой взгляд упорно норовил соскользнуть вниз, несмотря на смертельную опасность ситуации.

— Студент! — её голос звенел, как лопнувшая струна. — Как вы смели ворваться в процедурную, где... где девушка... — она запнулась, щеки вспыхнули ярким румянцем, — и потом просто сбежать?!

Я сделал шаг назад, нащупывая рукой парапет.

— Алиса Витальевна, — начал я максимально нейтрально, — а вы не планируете поехать на раскопки в Тамань?

— Что?! — её брови полезли к волосам. — Что я там забыла? У меня занятия в Академии!

— Как что? — я расправил плечи, стараясь выглядеть убедительным. — Перед вами маг пространства, первоиспытатель! Я пробью границы реальности и...

— Вы точно самоубийца! — перебила она. — Знаете ли вы, что только каждый десятый может войти в подпространство, а выйти — только каждый сотый?!

Я театрально приложил руку к груди:

— Нет, не знал. Но откуда мне знать? Я же не просто первокурсник — я вольнослушатель!

Её глаза сузились до опасных щелочек.

— А-а, так это вы тот самый прогульщик! Нас предупреждали — не ругать за пропуски, но спрашивать вдвойне на экзаменах.

— Как вдвойне?! — возмутился я искренне. — Это что за дискриминация?

— А вы что думали? — Алиса скрестила руки на груди. — Прохалявить три года, учиться только по учебникам? Только преподаватель может направить развитие мага в нужное русло!

В её глазах читалась такая уверенность, что я невольно сник.

— Понял... — я сделал паузу для эффекта. — Тогда будьте моим гуру. Личным наставником.

Она отшатнулась, будто я предложил ей что-то неприличное.

— С чего такая честь?!

— После всего, что между нами было... — я многозначительно опустил взгляд, — между нами не может быть секретов.

Алиса вспыхнула, как маков цвет.

— Хам! Подлец! Как вы смеете!

— Я лишь хочу защитить вашу честь, — торжественно заявил я. — Ваш прекрасный образ навеки запечатлен в моей памяти.

Она закрыла лицо руками, но через пальцы я видел, как краснеют даже уши.

— Ладно... — наконец выдохнула она. — Я согласна быть вашим наставником. Но для практики нужно разрешение...

— Я уже в