Пугало гуляет в полночь - Роберт Лоуренс Стайн

— А-а! — завопила я.

— Какая гадость! — хрипло выговорил Марк.

Кукурузный початок был отвратительного коричневого цвета. И он… шевелился. Извивался. Корчился.

Стэнли поднес его к глазам, чтобы осмотреть, и тут я поняла, что это такое. Черви. Сотни извивающихся червей.

— Нет! — в ужасе закричал Стэнли и выронил початок. — Ох, плохая примета! Так в книге написано. Ох, не к добру!

Я посмотрела под ноги. Черви начали расползаться по земле.

— Ничего страшного, Стэнли, — заговорила я. — Я вскрикнула просто от удивления. Так иногда бывает — в кукурузе заводятся черви. Мне дедушка говорил.

— Нет. Плохо это. — Голос Стэнли дрожал, уши пылали, а во взгляде чувствовался страх. — Книга. Так в книге написано.

— Что еще за книга? — спросил Марк и пнул носком кроссовки червивый початок.

— Моя книга, — загадочно ответил Стэнли. — Книга о колдовстве.

«Ого! — подумала я. — Не надо бы Стэнли читать книжки про колдовство. Он и без книжки самый впечатлительный и суеверный человек на свете!»

— Так ты читаешь книжку про колдовство? — переспросил Марк, наблюдая за расползающимися по мягкому грунту червями.

— Да. — Стэнли решительно кивнул. — Хорошая книга. Я оттуда все знаю. И там все правда. Это точно! — Он стащил с головы бейсболку и поскреб макушку. — Надо в книгу посмотреть. Надо почитать, как быть с кукурузой. Со скверной кукурузой.

Он так нервничал, что и я слегка испугалась. Я знаю Стэнли, сколько живу на свете. По-моему, он работает на ферме дедушки Курта уже лет двадцать. Он всегда был странноватый. Но я никогда не видела, чтобы он волновался из-за такого пустяка, как испорченный кукурузный початок.

— Покажи нам пугала, — попросила я, чтобы отвлечь Стэнли.

— Да-да, давай посмотрим их, — поддержал меня Марк.

— Ладно. Пугала так пугала.

Стэнли кивнул и стал пробираться вперед среди высоких кукурузных рядов. Он все еще напряженно обдумывал что-то.

Стебли вокруг нас негромко шуршали. Жутковатый был звук.

Вдруг меня накрыла тень. Перед нами выросло пугало. Рваный черный пиджак, набитый соломой. Руки пугало раскинуло в стороны.

Оно было высокое — выше меня. И торчало над кукурузными рядами. Голова его была сделана из темного холщового мешка. Его тоже набили соломой и черной краской нарисовали на нем злобные глаза и нахмуренные брови. И вдобавок нахлобучили на него старую, мятую шляпу.

— Это ты сделал, Стэнли? — спросила я. Чуть дальше среди кукурузы темнели еще несколько пугал, все в такой же позе. И все тоже угрожающе хмурились.

Стэнли посмотрел на лицо пугала.

— Да, это я сделал, — вполголоса проговорил он. — По книге научился.

— Какие-то жутковатые они, — сказал Марк и придвинулся ко мне поближе. Потом взял соломенную руку пугала и потряс ее. — Как дела? — обратился он к темной фигуре.

И тогда Стэнли повторил фразу, которую сказал мне в машине:

— Пугало гуляет в полночь.

Марк пытался изобразить рукопожатие.

— Что это все-таки значит? — спросила я.

— Я по книге научился, — повторил Стэнли, не отводя глаз от разрисованного мешка с соломой. — Из книги узнал, как заставить их ходить.

Я опять не поняла.

— Что? Как это заставить их ходить? Темные глаза Стэнли встретились с моими, а лицо вновь приняло торжественное выражение.

— Я умею. В книге есть специальные слова. Я была совершенно ошарашена. Стояла молча и смотрела на него, не зная, что сказать.

— Я заставил их ходить, Джоди, — произнес Стэнли громким шепотом. — На прошлой неделе. И теперь я их командир.

— Как? — пролепетала я. — Ты командир ч-чучел? Ты хочешь сказать… — И запнулась, потому что краем глаза увидела, как рука пугала шевельнулась.

Рука стала подниматься, и солома внутри зашуршала.

Я почувствовала прикосновение соломы к лицу. Сухая рука пугала потянулась к моему горлу.