Ведьма белого сокола - Мстислава Черная

— Спасибо.

Калид скептически прищурился:

— Знаешь, ближайшую четверть часа тебе не стоит стае на глаза не попадаться.

— А разве они не видели мой концерт?

Сокол улыбнулся:

— Нет. Я всех разогнал, и обсуждать случившееся я им не позволю. Догадываться совсем не то же самое, что собственными глазами наблюдать.

Ещё и авторитет мой спас. Ни на террасе, ни на территории соколов и правда не было, звуки доносились из глубины дома.

Калид пропустил меня в холл, и я изумлённо охнула. Бурдюк с хоботом со скоростью улитки полз вдоль стены и тихо хлюпал. Контраст той части холла, которую артефакт уже обработал и той, куда ещё не добрался, был разительный. Чистый пол! Глазам своим не верю! Волшебный чудо-юдо-пылесос. В холле даже дышать легче стало. Калид, явно довольный моей реакцией, пообещал, что мешок и по стенам пройдётся, и даже по потолку.

— Универсал, — восхитилась я.

— Увы, — рассмеялся Сокол. — Для стекол и зеркал не годится. Держи.

Калид вручил мне стеклянное яйцо, по размеру чуть крупнее куриного. В глубине яйца расцветали и гасли оранжевые искорки.

— Это светильник, — пояснил Калид. — Сдавливаешь более узкую часть — свет будет рассеянным. Сдавливаешь широкую — будет яркий направленный луч. Чтобы выключить — нажми повторно.

Кажется, мне достался самый лучший сокол на свете.

Звать метлу я не стала, мы с Калидом поднялись на второй этаж пешком. На ходу Калид отчитался, что всех, кроме Бейзи и двух женщин вооружил артефактами и бросил на борьбу с грязью. Майсу, самою пожилую, он напрягать не стал и отправил приглядывать за Бейзи, которая занимается обедом. Киноре же поручено обойти все хозяйственные помещения и составить полный перечень того, что в кладовых есть, причём с указанием состояния.

— Всё пришедшее в негодность я приказал стаскивать в одно место. Посмотрим на всякий случай, чтобы ценного не упустить, и избавимся от хлама.

— Отлично! Сама бы до инвентаризации я бы не додумалась.

Кабинет главы рода был закрыт, хотя, вроде бы, я не запирала. Внутри дома тоже магическая защита? Я приложила печатку к замку, дверь открылась. И первое, что я заметила — писем прибавилось.

Калид почему-то остался за порогом.

— Ты чего? — удивилась я.

— Без твоего разрешения кабинет меня не впустит.

— Разрешаю, можешь заходить.

Калид попытался, но всё равно будто в невидимую стену упёрся.

— Лана, ты срок не указала.

Как всё сложно.

— Постоянный, навсегда, — в то, что Сокол может меня предать я не верила. И магия, привязавшая его ко мне тут ни при чём. Просто… он верный. Не с чего такие далеко идущие выводы делать, но в честности Калида я не сомневалась. Даже тени сомнения в нём не допускала.

Невидимая стена с пути Сокола исчезла, он шагнул в кабинет, огляделся:

— Здесь наводить порядок будем только вдвоём.

Калид помрачнел. Похоже, тоже о верности и преданности задумался, Трейса вспомнил.

— Обещаю, без твоего одобрения, никого сюда не пускать.

На лице парня отразилось удивление, но быстро пропало, Калид перешёл на деловой тон:

— С бумагой и писчими принадлежностями у тебя тоже проблемы?

— Можно в ящиках порыться, — предложила я, поднимая из общей кучи два новых послания. Одно было из Ассамблеи, и одно от Мироса.

Письмо от Давена я вскрыла первым. Пробежала приторно-сладкие пафосно-заумные комплименты и признания, поморщилась. Мирос всерьёз полагает, что меня проймёт от переизбытка сахара? Целая страница сиропа, налитого с единственной целью: спросить, приму ли я приглашение.

— Калид, а по правилам этикета я на все письма должна отвечать? Мирос достаёт.

— Письмо личное? Тогда отвечать не обязательно. Это, конечно, несколько невежливо, но ты вполне можешь себе подобное небрежение позволить, особенно если формально при встрече извинишься и сошлёшься на дела.

Значит, письмо в топку. В прямом смысле.

Следующим я вскрыла конверт из Ассамблеи, вытащила плотный белый лист, украшенный золотым тиснением. Пропустив приветствия, я сразу перешла к последнему абзацу, вчиталась… Твою же!

— Калид, а нас опередили. Давены, наверное, — я протянула Соколу письмо. — Меня приглашают на встречу глав родов, на официальное знакомство.

Сокол выхватил у меня бумагу, пробежал глазами гораздо быстрее меня и, кажется, собирался скомкать. Сдержался. Убрал приглашение в конверт, конверт отбросил на стол.

— Скорее всего, так и есть. Давены.

— Главы собираются ради меня. Не прийти означает заведомо настроить всех против себя.

— Верно, — казалось, Калид с интересом слушает мои умозаключения и ждёт, какое решение я найду.

Пойти плохо — инициативу я упустила. Не пойти ещё хуже.

— Значит, тебе придётся научить меня всему необходимому, — пожала я плечами, глядя Калиду в глаза.

Он согласно кивнул.

До конца дня под аккомпанемент лекции о том, как выжить в серпентарии «Маград», мы с Соколом, как он выразился, «обустраивали» гнёздышко. Калид справедливо заметил, что оборотни, конечно, могут обитать на перилах террасы и ветках садовых деревьев, но всё же собственная комната предпочтительнее.

Давно пора. Я хотела предложить птицам выбрать понравившиеся комнаты, но Калид отговорил: кто где живёт определяет хозяйка. Более того, расселять оборотней на третьем, жилом, этаже Калид тоже отказался, сказал, что достаточно спаленок на первом. Как по мне, рядом с подсобками и прочими хозяйственными помещениями не комнаты, а каморки, но…

— Я запретил подниматься наверх и спускаться в подвал.

— Почему?

— Безопасность.

Исчерпывающе.

Начали мы с моих комнат. Калид принёс два ведра воды и ящик с артефактами. Мне парень доверил бурдюк с хоботом. Как пользоваться, я уже знаю: наполнить водой, положить на пол, прижать конец хобота к очищаемой поверхности, и волшебство начнётся.

— Лана, а тебе эти шторы очень нужны?

— Ты хотел сказать «гнилые тряпки»? — хмыкнула я.

— Я купил артефакт, позволяющий восстанавливать вещи, но он, во-первых, очень дорогой и, во-вторых, надолго его не хватит. Дешевле новые шторы купить.

— Гнильё на выброс.

Калид сгрёб остатки штор и вынес в коридор. Мусорка у нас оказалась тоже магическая. На полу лежал серый брусок, будто спрессованная в кирпич пыль. Стоило Калиду приблизиться, кирпич ожил. Верхний слой пыли осыпался и закрутился, превратившись в довольно большой смерч. Серый столб вырос Калиду приблизительно до пояса. Выждав секунду, чтобы воронка окончательно стабилизировалась, Калид забросил в неё ком тряпья. Я подспудно ожидала, что шторы упадут на пол, но ком закрутился в на внешнем круге воронки. От тряпок очень быстро стали отрываться мелкие лоскутки, разлетавшиеся на ещё более мелкие обрывки. К основанию смерча мусор спускался уже в виде трухи и прилипал к кирпичу.