Опрометчивое решение - Vera

Явно не ожидая подобной новости, Анна от удивления открыла рот.

— Что? — едва слышно пробормотала она.

— Знаю, сладкая, это звучит невероятно, но поверь, я не лгу, — спокойно сказал Чарльз.

— Но как?

— Я архитектор, родная, — начал свой рассказ муж. — Мой друг пригласил меня на раскопки одного древнего храма в Индии. Им нужен был эксперт по постройке. И я иногда помогал ему с инженерной частью. Советовал как ставить подпорки и стропы, чтоб то, что они раскапывают, не рухнуло на них. Когда я прибыл в тот раз, они уже вовсю рыли. Храм был древним, а о мерах безопасности в пылу археологического азарта никто не думал. Что бы ты понимала, они некоторым образом фанатики. Только их Бог это история, а вернее её забытая часть.

Анна не верила своим ушам. Чарльз из будущего? Такого она не могла представить! Архитектор?

— Когда я зашел в Храм, там уже все сыпалось с потолка, но надо было оценить ситуацию, чтобы принять решение об опорах и вообще осмотреть, что они там нарыли. Я прошел вглубь и увидел статую. Она была удивительна в своем совершенстве. Так прекрасна, что я поклонился. Не знаю зачем я это сделал. Просто порыв или осознание, что тысячи лет назад люди уже могли создавать подобное совершенство. Когда уже стал отходить, на меня посыпались камни. Я побежал на выход, но камнепад усилился и меня завалило.

«О, Боже как другого Чарльза!» — вспомнила Анна, рассказ Генри.

— Очнулся я в незнакомом месте, — продолжил говорить Чарльз. — Сначала думал, что Барри, больной фанатик, не отправил меня в больницу, а оставил в ближайшей деревне. Но со временем я понял, что это вообще не та провинция, в которой шли раскопки. Люди вокруг были другими и говорили иначе. Я думал это какая-то реконструкция, причем весьма удачная.

— Реконструкция? — не понимала Анна.

— Это развлечение для увлеченных историей людей, — пояснил Чарльз. — Они переодеваются и проживают кусочек жизни из других эпох. Я сам парочку раз участвовал в подобных, еще в университете. Но чем больше проходило времени, тем больше я понимал, что это не шутка. Окружающие люди были реальны. Последним аргументом стало то, что я увидел на себе, точнее того, что не увидел. Татуировки. У меня на теле были татуировки, а теперь нет. Это, знаешь ли, испугает любого. Да и тело было, мягко говоря, не привычным. Сначала думал, что может, пролежал без сознания долго, но потом все-таки пришло понимание, что я попал намного крупнее.

Анна не понимала значения некоторых слов. Татуировки? Но прерывать мужа не хотела.

— Окружающие люди меня недолюбливали, а я и не настаивал на обратном. Твой брат единственный, кто стал говорить со мной. Помог во многом разобраться. А дальше, наверное, он рассказал тебе.

— Это правда? — неуверенно сказала девушка.

— Да, моя сладкая.

— Но… А что случилось с другим Чарльзом?

— Я много думал над этим, — со вздохом сказал Чарльз. — Скорее всего, он в психушке. Если он всем стал говорить, что является герцогом из девятнадцатого века, то его определили в психиатрическую лечебницу.

— Я не могу поверить в это, — тихо пробормотала Анна.

— Я делаю себе обувь, не потому что люблю, хотя для тебя я готов стараться. Я делаю это потому, что то, что есть носить не могу. Перестроил поместье, потому что то, что было, меня не устраивало. Мебель в нашей спальне немного похожа на ту, к которой я привык. Пришлось заказывать и делать подробные эскизы.

— Чарльз, — со слезами на глазах, произнесла Анна. — Скажи мне, что ты не исчезнешь.

— Ох, родная! — крепко обнимая её, сказал муж. — Я думаю, что такого не случится. Прошло уже почти шесть лет. Если это было временно, то меня уже тут не было бы.

Анна поверила в рассказ Чарльза. Слова Генри, о дезориентации Чарльза после пробуждения, подтверждали рассказ мужа. Его странные поступки и увлечения тоже говорили о необычности этого человека. И девушка видела в глазах мужа правду. Страх, что она могла не встретить этого мужчину, вдруг охватил её.

— Чарльз, я боюсь, — крепко обнимая его за шею, прошептала Анна. — Я боюсь, что смогу потерять тебя. А что если он вернется, а ты…

— Этого не будет, сладкая! — горячо прошептал супруг.

— Чарльз, Генри сегодня мне сказал, что если ты изменишься, — начала сбивчиво говорить леди. — Если вдруг я почувствую, что ты стал другим, чужим человеком, я должна сказать ему. Он сказал, что сделает меня вдовой. Я так боюсь!

— Хм… Генри, конечно, удивил меня, — усмехнулся Чарльз. — Но если честно, я думаю это оправдано.

Анна ахнув, потрясенно уставилась на мужа.

— Что?

— Он рассказал мне о том, каким герцог был раньше, — сказал Чарльз, гладя Анну по лицу. — Да, я и сам это понял, по отношению окружающих. Я не хочу, чтобы ты была женой такого человека. Если судьба когда-нибудь разведет нас, скажи Генри. Я хочу, чтобы он освободил тебя.

— Чарльз…

— Анна, я люблю тебя. Ты моё счастье. Я не смогу жить, если ты будешь страдать. Надеюсь, что этого никогда не произойдет, но лучше так, чем ты будешь связана с мерзавцем до конца дней.