Вина Зверя - Ольга Аро

Вэл уже начинала ненавидеть эти чувства, причиняющие одни неприятности. Ничего хорошего она от них пока не увидела.

– Я не могу, – она вскинулась, понимая, что говорит самый чудесный ответ, который только могла дать на предложение Раза, – нет.

– Почему нет? – По его лицу скользнула чуть заметная тень.

– Мы договорились с Шейном встретиться на пристани.

Да, звучит жалко, хоть и искренне. И главное, так вовремя.

«Валлери, ты или полная идиотка, или слишком безрассудна. Нет, наверное, все же идиотка».

Раза нахмурился, с недоверием поглядывая на нее.

– Не слишком ли он заинтересован в тебе, этот волк?

– Прекрати. – Вэл поморщилась, противясь любым проявлениям чувства собственничества по отношению к себе. – Он просто мой приятель. И я сомневаюсь, что после всего, что он видел, наша договоренность в силе.

Раза закатил глаза к потолку, едва не рассмеявшись:

– О, поверь мне, он не обвинит тебя. Наоборот. Плохим буду я, как и всегда.

– Почему ты так в этом уверен? – не совсем внятно спросила Вэл.

Опасность миновала? А она вообще была? Или Вэл уже придумывает невесть что на пустом месте?

– Потому что это мои волки, и они крайне мной недовольны, – тоном, будто сообщает ничего не значащие вещи, сказал Раза. – Правда, меня совершенно это не волнует.

– Вот и зря, – буркнула себе под нос Вэл и тут же осеклась, поймав вопросительный взгляд.

– Объясни.

Вэл растерянно посмотрела в лицо Раза. Его действительно интересует мнение ничего не смыслящего в подобных делах человека? Судя по серьезному выражению лица, он не шутил.

– Ну… – неуверенно проговорила Вэл, зачем-то ковыряя ногтем случайную ворсинку ковра. – Может быть, тебе следует быть с ними помягче? Они же совсем тебя не знают, как я поняла. Да ты и сам хорош! Даже не помнишь их имен.

– Их слишком много. – Раза покачал головой, отметая этим жестом предложение Вэл.

Она без улыбки посмотрела на сидящего рядом мужчину и настойчиво, обретая силу в голосе, сказала:

– Ну и что? Кара и Рам, Дэни – да все они готовы убить за тебя. Они любят тебя. Почему ты не хочешь стать для волков… таким же?

– Это невозможно. Я же говорю, их слишком много. – Раза прищурился, с интересом поглядывая на девушку. – И ты забываешь, что они волки. Они никогда не примут меня, как бы я ни крутил вокруг них хвостом.

Вэл открыто усмехнулась.

– Ты даже не пробовал.

Раза скептически посмотрел на нее. Вздохнул. Оглянулся через плечо, а затем отодвинулся назад, прислоняясь спиной к стоявшему рядом креслу.

– Мне не нужна их любовь, мне нужно их уважение.

Вэл наблюдала за его перемещениями с легким интересом, задумчиво размышляя о том, что они впервые разговаривают друг с другом на равных.

– Уважение, основанное на страхе? – Тонкая бровь поднялась в легком изгибе.

– Да, – кивнул Раза, – пусть они не любят меня, но пусть боятся. Именно страх удержит их от неповиновения.

– Я не могу этого понять. Объясни мне. – Вэл не просила, она требовала. Сомнение и легкий привычный испуг кольнули острием клинка, но Раза будто ждал подобных слов. Он отвел со лба мешавшую ему черную прядь и заговорил – разумно, убедительно, не делая скидку на возраст и опыт своей собеседницы. Наверное, впервые с момента их знакомства.

– Дело не только в волках. Дозорные отряды и вся городская стража – представляешь, сколько это человек? Я не могу быть хорошим для всех. Даже если девяносто девять из ста будут довольны, найдется тот, единственный, кто осмелится открыть свою пасть. И его могут послушать. И тогда их уже будет двое. А потом трое. Понимаешь, куда я веду?

Вэл кивнула. Она понимала. И с неохотой была готова признать, что видела зерно истины в словах Раза.

– Кажется, да. Неужели тебе это нравится?

– Это то, чего я всегда хотел.

Вэл перевела дыхание. Как откровенно и одновременно просто у него выходит. Почему Раза не мог быть таким раньше?

– Не боишься, что появится кто-то моложе и сильнее и просто убьет тебя? – Да, верный, нужный вопрос. Вопрос нескончаемо важный.

Глаза Раза сузились, с любопытством оглядывая девушку.

– Нет. Большинству не потянуть такую ответственность. Две стаи, отряды, стража. Да и мне вовсе не обязательно будет умирать. Я всегда могу добровольно уйти, если найдется сильный претендент. – Он помолчал всего мгновение, а потом продолжил: – Волнуешься?

– Волнуюсь, – не отводя взгляда, ответила Вэл.

Раза хмыкнул и запрокинул голову, прижимаясь затылком к спинке кресла. Игривая ухмылка гуляла по его губам.

Вэл сделала вид, что не заметила его совсем не случайного выпада. И Раза поверит, если только не в силах услышать ее громко стучащее сердце.

– А у нас капитану стражи за пятьдесят, и у него две молодые жены, – заметно повеселев, сказала Вэл, – одна, правда, незаконная.

– Приучайся говорить «у них», – насмешливо парировал Раза. – Твоему капитану стражи всего немного за тридцать, и у него всего-навсего одна весьма непростая Вторая.

Жар полыхнул в груди, стремительно распространяясь по всему телу.

Вэл сглотнула, облизнув сухие губы, и, понизив голос, спросила:

– Не оставляешь мне выбора, да?

– Никакого. – Раза покачал головой. Глаза его блестели, играя веселыми искорками в отсветах пламени.

Вэл заставила себя вспомнить, кто она и как ее зовут, потому что всего за краткий миг лишилась этих простейших знаний.

Мягким движением ладони она отвела от лица темные непослушные пряди, с извиняющейся улыбкой, но с легко читаемой каплей вызова посмотрела на Раза.

– Говорят, у моего капитана стражи есть любимая сестра, с которой у него очень близкие отношения. Как думаешь, его Второй это понравилось бы, узнай она об этом?

Раза моргнул: извечная броня треснула, показывая искреннее изумление и настоящую, нескрываемую растерянность.

Не ожидал, да?

Вэл испытала истинное и в чем-то извращенное удовольствие.

– Много кто о чем говорит, – ровно ответил он, не опуская взгляда.

– И все же? – Вэл была терпелива и отступать не желала. Ни за что.

– И все же я тебя понял.

Смутился. Он смутился. Боги, это правда?

– Хорошо. – Вэл улыбнулась, чувствуя себя куда лучше, чем в самом начале разговора, – если твое предложение еще в силе, могу я пойти наверх и лечь спать, будучи уверена, что ты останешься здесь?

– Абсолютно, – кивнул он, – и я надеюсь, ты будешь делать так каждый вечер.