Вина Зверя - Ольга Аро

– Не думал, что ты придешь, – сказал Шейн, искоса поглядывая на Вэл.

Удивительно, но вчерашний удар оставил после себя только небольшую припухлость и почти незаметный кровоподтек.

И на том спасибо.

– Это я не думала, что ты придешь, – ответила она, с интересом рассматривая подернутое льдом озеро.

Они стояли морозным утром на пристани, скользкой от наледи, покрывающей деревянные доски.

– Почему это? Из-за вчерашнего? – удивился волк и тут же недовольно покачал головой. – Ты, конечно, ненормальная. Я, если честно, думал, что больше тебя не увижу.

Вэл фыркнула и окинула мужчину выразительным взглядом.

– Даже не надейся.

Шейн улыбнулся и покачал головой.

– Долго ты, наверное, у него прощение вымаливала, – осторожно, будто боясь перейти невидимую грань, сказал он. – Все вокруг гадают, какова же ты… ну… понимаешь… в постели, если все еще жива.

Вэл повернулась к Шейну с совершенно искренне ошалелым лицом.

– Что? Меня обсуждают… в таком… смысле? – спросила она, с трудом выговаривая каждое слово.

Судя по всему, всех в городе интересовали только две вещи – похоть и кровь. Странно еще, что остались те, кто мог поддержать разговор на иные темы.

Противно-то как.

И забавно. Потому что они с Раза больше не спали вместе.

«Пока не спали, – поправила себя Вэл. – Живя в одном доме, будет очень забавно делать вид, что мы просто хорошие друзья».

От подобных мыслей ее бросило в жар, и она поспешно отвернулась от волка, накидывая на голову капюшон куртки.

Никому не стоит знать, что на самом деле происходит между ней и Раза. Пусть сплетники этого города тешатся собственными выдумками.

– Еще бы тебя не обсуждали! Давно я не помню такой суматохи. Слабая человеческая девчонка и такие игры с этим… баргестом.

От Вэл не укрылось то, с каким презрением Шейн отозвался о Раза. Он даже имени его не назвал. Вполне оправданно, если верить словам Раза о неприятии его волками.

Да что там верить – это было очевидно.

– Я вчера погорячилась, – с неохотой признала Вэл.

Где-то в стороне громко раздался злой кошачий мяв. Вэл повернулась на звук, наблюдая, как худая серая кошка выпрыгнула из-под груды сваленных в кучу сломанных досок. Что ее разозлило – так и осталось загадкой. Кошка змеей нырнула под пристань и исчезла.

– Переживаешь, наверное, что Кара заставил тебя вернуться? – с участием в голосе спросил Шейн.

Вэл с трудом сдержала возникшую было на лице гримасу удивления.

Заставил? Вот как все думают. Занятно, но вполне объяснимо.

– Можешь не отвечать. Думаю, ты и сама знаешь, какой баргест самодур. Говорят, ты сбежала от него тогда – два года назад. Поэтому извини, если мои слова тебя задевают.

Вэл тяжело вздохнула. Очень тяжело. Усталость навалилась на нее, сминая и подавляя, будто сейчас было не раннее утро, а глубокий вечер.

– Шейн, это все очень сложно. Не нужно меня жалеть, ладно?

Пронзительные синие глаза сверкнули, и рука, показавшаяся Вэл невероятно тяжелой, легла на талию.

– Я и не жалею. Я опасаюсь за тебя. Будь осторожна с ним, ладно? Ты же в курсе, что меньше месяца назад он вырезал всю семью аписа^[1], который высмеял его при наместнике?

Вэл почувствовала себя хуже некуда и не смогла бы сказать точно, от чего конкретно: от слов Шейна, погружающих ее в гипнотическое состояние, или от его руки на своей талии.

Она хотела сбросить руку, но не могла пошевелиться, точно скованная невидимыми оковами.

– Ч-что значит – вырезал? – запнувшись, спросила Вэл.

Она не смотрела на Шейна, уставившись на щедро присыпанное ослепительно-белым снегом озеро.

Казалось, перед ней предстала вовсе не бескрайняя водная гладь, а огромное ровное поле. Но это была ложь. Достаточно ступить на обманчиво надежный лед, как он тут же затрещал бы под ногами, обнажая черную ледяную воду.