Хозяин дома на утесе - Карина Пьянкова

Я поставила будильник на шесть утра, но шеф самым бессовестным образом поднял меня на час раньше запланированного, хорошенько подолбив в дверь. Пока не подала голос и не сообщила, что я окончательно проснулась и готова вставать, стучать он не перестал. За какие-то несколько минут Леонард Фелтон из просто гада дорос до врага человечества, тирана и деспота.

Но как бы ни хотелось еще немного подремать, выбираться из постели все-таки пришлось. После пары минут под душем я почувствовала себя почти живым человеком, но ненависть к начальству уже пустила корни в моей душе. Как говорит народная мудрость, тот, кто способен разбудить спящего, способен на любую подлость.

Одевшись и порадовавшись между делом, что почти никогда не пользуюсь косметикой (значит, никто и не станет спрашивать, почему пришла без макияжа!), я спустилась на первый этаж и по запаху нашла кухню.

Фелтон решил изобразить радушного и гостеприимного хозяина и сам готовил завтрак для нас обоих. Делал шеф это достаточно споро, так что не приходилось сомневаться в его богатом опыте на кулинарном поприще. Никогда бы не подумала, что кто-то, вроде старшего внука лорда, сам встанет у плиты, ладно еще Вайолет, для нее готовка, похоже, что-то вроде хобби.

— Доброе утро, сэр, — поздоровалась я с начальством, посчитав, что неразборчивые проклятия через дверь вряд ли могут зайти за приветствие.

— Доброе утро, Мэллоун, — махнул мне кулинарной лопаткой мужчина. — Сварите нам кофе?

Я с опаской огляделась, ожидая увидеть какой-то сложный и дорогой агрегат, но кофеварка была вполне обычной и управиться с ней не составило для меня труда. Со свой задачей я справилась точно в тот момент, когда Фелтон ставил на стол омлет, который источал просто потрясающий аромат.

— Надеюсь, вам спалось хорошо? — по-светски осведомился Фелтон, когда мы уселись за столом.

Он орудовал вилкой и ножом, так что я с одной только вилкой сразу почувствовала себя плебсом. Причем, почему-то именно тот факт, что внук лорда как и подобает настоящему аристократу не обратил вообще никакого внимания на мои неподобающие манеры, раздажал больше всешл.

— Да, спалось прекрасно, — ответила я и поспешно начала поглощать свою порцию омлета.

Фелтон кивнул и тоже принялся за еду. С застольной беседой не заладилось, но не тянуло разговаривать, похоже, нас обоих, так что молчание не просто не тяготило, но, скорее уж, доставляло удовольствие.

Грязную посуду мужчина с торжествующей ухмылкой сложил в раковину, явно рассчитывая «порадовать» такой диверсией младшую сестру, которая имела наглость вломиться в его жилище. Посудомоечную машину я так сразу не увидела и, вполне возможно, ее не было вовсе, так что месть Леонарда Фелтона имела все шансы свершиться.

В четверть седьмого мы уже выехали. Шеф явно рассчитывал на то, что в участке мы окажемся первыми, значит, не придется отвечать на вопрос, почему я и Фелтон приехали на работу вместе. По мне — большой плюс.

Дежурный констебль тихо похрапывал на посту, так обычно и бывало на ночных дежурствах в Кроули. Полицейских редко тревожили неурочными звонками и вызовами — поводов по большей части не было.

Когда мы проходили мимо посапывающего Фрэнка Уокли, тот не то что не проснулся — начал, даже храпеть еще громче, чем прежде.

— Спит как человек с чистой совестью, — хмыкнул тихо Фелтон.

Констебля он удостоил равнодушным взглядом. Старина Уокли, седой как лунь, не слишком опрятный, не привлек внимания нового начальства. Наверное, и к лучшему, хотя бы Фелтону не пришло в голову отчитывать полицейского за сон на рабочем месте.

Когда мы прошли мимо Уокли, я решила задать вопрос, который меня мучил с прошлого вечера.

— Вы говорили вчера, что преступник последователен и аккуратен. Но учитывая, в каком виде и в каких местах обнаружили тела девушек…