Печать на сердце твоем - Андрей Валентинов

— Не кричи, слышу!

— Наемник, так за что тебя выгнали из Вейска? Она не верила. Даже здесь, в поднебесье. Згур вздохнул. Сказать правду? Нет, нельзя! Улада умна — и достаточно храбра для изнеженной девицы. У Нистра он уже станет не нужен, значит, придется каждую ночь ждать удара ножом в спину.

— А ты как думаешь?

Ответа он не дождался, если не считать ответом знакомое фырканье.

Серые склоны начали отступать. Згур ждал, что вот-вот внизу мелькнет зеленая полоска леса, а за нею — голубая лента Нистра. Но вместо этого серый свет сменился желтым. Минуты текли, но все оставалось по-прежнему, они летели над ровной желтой поверхностью, плоской, как стол. Краем глаза Згур заметил, что искр в небе стало значительно больше.

— Ниже! Спускайся ниже!

Дыхание перехватило, к горлу подступил ком. Желтая поверхность рванулась навстречу.

— Стой! Замри!

Резкий рывок, сзади ойкнул Черемош. Снова рывок, и Змей завис в нескольких сотнях шагов от желтой равнины.

Згур всмотрелся — камень, глубокие трещины, вдали что-то похожее на круглую гору. Куда это они залетели?

— Что случилось? — недовольным тоном поинтересовалась Улада. — Где это мы?

Ответить было не так легко. Згур закрыл глаза, вспоминая мапу. Они на правом берегу Денора, на полдень Нистр, на полночь — густые улебские леса. Где же это? Нигде ничего похожего нет, кроме…

Он почувствовал, как по коже бегут непрошеные мурашки. Нет, не может быть! Згур вновь припомнил то, что видел с высоты. Горы, серые холмы, потом желтая степь. Нет, это не степь! Это же…

— Змеева Пустыня, — произнес он негромко, почему-то надеясь, что длинноносая не услышит. Надеялся, понятно, напрасно.

— Что?! Змеева? Ты!.. Ты понимаешь?

Он, конечно, понимал. Змеева Пустыня — самое страшное место во всей Ории. Сюда он не надеялся попасть даже в страшном сне.

— Улетай! Немедленно! Скажи своему…

Згур дернул плечом, освобождаясь от вцепившейся в рубаху пятерни. Сказать «своему» нетрудно, но что сказать? Куда лететь? На полдень? Но ведь они и летели на полдень!

Згур обернулся, ловя взглядом уходящее за дальние холмы солнце. Там — закат. Они промахнулись, ненамного, но все же достаточно, чтобы попасть в это проклятое место.И тут Змей вздрогнул. Сначала медленно, затем все быстрее и быстрее он начал подниматься вверх, вот послышался знакомый свист…

— На месте! Стой!

Но ничего не случилось. Словно давнее заклятие, приковавшее чудище к сверкающему серебром обручу, утратило силу. Громадная «оса» мчалась вверх, к темнеющему небу, покрытому легкими перистыми облаками. Слева и справа вспыхнули искры. Их было множество — десятки или даже сотни. Гигантский рой закружился в поднебесье, оставляя за собой неровные клочья огня. Впереди вспыхнуло пламя, и Згур еле успел зажмуриться. Что-то закричала Улада — громко, отчаянно.

— Стой! Вниз! Вниз!

Их швырнуло в сторону, затем еще раз, еще. Змей мчался в зенит, а огней становилось все больше, словно под вечерним небом начинался невиданный танец с горящими факелами. На какой-то миг страх исчез, и Згур ощутил невероятную, недоступную людям красоту — красоту вольного полета. Сердце дронуло — такого еще не видел никто, даже Кей Кавад! Но тут страх вернулся, захлестнул, сжал спазмом горло. Почему Змей не слушается? Обруч? Или он просто дает неправильный приказ? Может, сейчас, попав в горящий водоворот, Змей не может, не в силах спуститься? Надо оторваться, уйти…

— Вверх! Выше!

Резкий рывок — и огненный рой остался далеко внизу. Дыхание перехватило — Змей несся с невероятной, еще невиданной скоростью. Нахлынул холод, легкие жадно хватали воздух.

— Ты?! Что?! Делаешь?! — По спине лупили кулаками, и Згур вновь повел плечом.

— Заткнись!

Кулаки перестали лупить, а затем неуверенно прозвучало:

— Ты это… кому?

Кажется, длинноносая пришла в себя. Как там Черемош? Згур обернулся — чернявый сидел, прижавшись к широкой спине Палатиновой дочки. Глаза были закрыты, побелевшие губы дрожали. Згур усмехнулся — жив! Это сейчас главное.

Здесь, в невероятной выси, стало заметно светлее. Солнце вновь поднялось над холмами, словно Небесный Всадник задумал вернуться и пройти свой дневной путь в обратную сторону. Правда, сами холмы увидеть теперь было трудно, они лишь угадывались на далеком горизонте. Даже Змеева Пустыня исчезла, скрытая легкой пеленой облаков.

— Стой! На месте!

Легкий толчок — и Змей послушно застыл в холодном вечернем воздухе. Згур вновь поглядел на огромное, подер-нутое красноватой дымкой солнце. Итак, Небесный Всадник на закате, левее — полдень, а им надо как раз между.

— Левее! Еще!

— Скажи, чтоб спустился! — недовольно буркнула Улада. — Холодно!

Да, было холодно, но Згур не спешил. Здесь светлее, к тому же внизу — Змеева Пустыня, снижаться опасно. Наверно, неведомые хозяева гигантских «ос» знали и другие средства, кроме серебристого обруча. Возможно, они могли даже управлять всем «роем». Згур представил, как огненный водоворот обрушивается на вражеский город, и покачал головой. Не зря говорят, что боги уничтожили Первых. Было за что!

— Вперед!

Солнце рванулось навстречу, и сразу же в лицо ударил ледяной ветер. Холод охватил все тело, занемели кончики пальцев и даже мочки ушей. Внизу беззвучно проплывали облака. Згур всматривался, пытаясь угадать, осталась ли позади страшная Пустыня. Но в просветах по-прежнему мелькал лишь желтый камень. Неужели Змеева Пустыня так велика? Холод становился невыносимым, и Згур, немного подождав, все-таки решился:

— Вниз! Плавно!

Проговорил он это с трудом — зубы стучали. Змей все же услышал и плавно заскользил навстречу редкой пелене облаков. Сразу же стало темнее. Солнце быстро уходило к горизонту. Вот его край коснулся земли, вот ушла половина…

— Я замерзла, д-дурак! — послышалось сзади. — Т-ты что, сп-пятил?

Отвечать было нечего. Он и сам замерз, но объяснение можно оставить на потом. Воздух уже теплел, Згур уже мог чувствовать свои пальцы. Интересно, почему наверху так холодно? Ведь чем выше, тем ближе к Небу! Жаль, не у кого спросить.

И тут все исчезло — небо, дальний горизонт, земля. Вокруг был лишь влажный туман. Рубаха под кольчугой сразу же стала мокрой, по лицу поползли капли воды. Згур оглянулся и понял — облако! Они в облаке!

— Скорей! Ниже!

Голос утонул в белой пелене, но Змей все же услышал. В глаза ударили уже не капли, а целый водопад. Сзади громко чихнул Черемош, и Згуру показалось, что еще мгновение, и они попросту захлебнутся. И тут все кончилось. Белый туман исчез, подул теплый ветер, а прямо перед ними в вечерней сумрачной дымке расстилалась земля.