Соули. Девушка из грез - Анна Гаврилова

Я непонимающе таращилась на мага, а он выдержал паузу и пояснил:

– Ваши сестры, госпожа Соули. Их своеволие и невоспитанность переходят все мыслимые и немыслимые границы.

– В близняшках кровь оборотней, – попыталась возразить я. – Они почти неуправляемы!

– Отговорки, – прошептал ночной гость.

Я замялась и потупилась. Это сложно объяснить, тем более тому, кто ни разу не встречался с господином Анрисом.

– Он по пустякам не вмешивается, а мы… ну понимаете, мы научились вести себя так, чтобы как можно реже привлекать внимание папы. К тому же до недавнего времени самым серьезным проступком было воровство печенья с кухни…

– То есть это я виноват в том, что ваши сестры сорвались с поводка?

– О Богиня! Нет, конечно! То есть… вы не виноваты, но вы… вы причина.

– Вот как?

Я не сразу поняла, что брюнет насмехается. Тут же вывернулась из захвата.

– Господин Райлен!

Вместо ответа или оправданий мне протянули халат из розового атласа – тот самый, в поисках которого с ног сбилась.

– Все будет хорошо. – На этот раз брюнет не шутил. Говорил убежденно и строго. – Просто не паникуйте, ладно?

Ага! Конечно!

Удивительно, но после спора с магом паника в самом деле отступила. Я почти забыла, что впору мылить веревку и искать табуретку. Подумалось – если не дам повода подозревать, что в моей спальне мужчина, то отец нипочем не догадается. По-хорошему ему и в голову не может прийти, будто я способна на столь постыдный поступок.

– Спрячьтесь, – принимая халат, пробормотала я.

Райлен подарил недоуменный взгляд, пришлось пояснить:

– Папа вряд ли сюда зайдет, но риск все-таки есть. – Оглядела комнату и добавила: – Вы можете воспользоваться шкафом, господин Райлен. Там достаточно места.

– А может, под кровать? – усмехнулся гость.

Скользнула взглядом по высоким резным ножкам, прикидывая высоту и количество пыли – просто Фиска не слишком старательно под кроватями пол моет, я это давно заметила. Впрочем, что такое запыленный камзол в сравнении с папиным гневом?

– Можно и под кровать. – Я кивнула и решительно направилась к двери. И замерла, услышав насмешливое:

– Нет, госпожа Соули.

– Что?

– Нет, госпожа Соули, – уверенно повторил мой ночной кошмар и тоже шагнул к двери. Он первым вцепился в ключ, провернул. После чего галантно распахнул створку и отстранился, пропуская вперед. – Прошу!

Я хлопала ресницами и никак не могла понять – мне мерещится или… или он действительно отказывается помогать?

– Я иду с вами, – сообщил брюнет.

– Как?

– Ножками, госпожа Соули. Ножками…

Не знаю, как у него, а у меня эти самые ножки подгибаться начали.

– Видите ли в чем дело, госпожа Соули… Прятаться в шкафу или под кроватью – прерогатива любовников, а я не любовник, я всего лишь маг. – И столько сожаления в голосе, столько грусти…

– Господин Райлен! Вы на что намекаете?!

– Я? Намекаю?

Секундная пауза, а после Райлен рассмеялся. Тихо, но очень весело.

– Господин Райлен! – Паника, вызванная внезапным возвращением отца, отступила. На смену пришла злость.

– Простите, госпожа Соули. Не удержался, – продолжал веселиться черноглазый. – Просто вы так напряжены… были.

О Богиня! А я еще считала его воспитанным и благородным, а он… клоун! Пошляк! Шантажист!

– Ну знаете… – прошипела я.

Дожидаться, пока ночной гость отсмеется, не стала. Просто ухватила за запястье и потащила в коридор.

– Госпожа Соули, что вы делаете?

– А вы как думаете? Веду знакомить с папой!

– Ну что вы… – продолжал веселиться маг. – Знакомство – это не к спеху, можем до утра отложить.

– Ну уж нет! Сейчас или никогда!

– Госпожа Соули, а в вас точно крови оборотня нет? – не унимался наглец.

Я тоже не унималась – уверенно тащила вниз по лестнице.

Нет, ну это же надо! Притворился спасителем, а сам… Негодяй! Прелюбодей! Развратник! Да я лучше отцовский ремень вытерплю, чем это!

– Госпожа Соули…

– Не обсуждается! – вернула слышанную от Райлена фразу.

– О Всевышний!

Мы миновали короткий коридор и прихожую – наследник герцога Даорийского не сопротивлялся. Но едва тишину прорезали голоса близняшек, замер. Увы, мне тоже пришлось остановиться – запал не кончился, нет… просто пересилить Райлена не смогла.

– Госпожа Соули, вы уверены? – Брюнет по-прежнему веселился.

– Более чем! – зло выпалила я.

Коварная усмешка, рывок и… О Богиня! Ну почему? За что?

– Даже вообразить не мог, что под маской благочестия может скрываться настолько страстная натура, – прошептал Райлен. Прижал крепче и склонился к губам… Но я оказалась проворней.

Хлесткая пощечина, удар коленкой в пах, а после, когда согнулся, той же коленкой по зубам. И ничего, что ладонь загудела, а коленную чашечку пронзила боль… Ничего! Это того стоило!

– Госпожа Соули… – прохрипел маг.

Я же едва удержалась от контрольного удара по голове.

– За мной! – Да-да! Я тоже умею рычать!

И, не дожидаясь ответа, гордо шагнула в гостиную, откуда доносились голоса близняшек и раскатистый бас отца.

О Богиня! Дай мне сил!

Да, наша семья не имеет ни званий, ни титулов, но род Астиров довольно известен, особенно в среде аристократов. Известен и уважаем! Просто наш отец единственный заводчик лошадей дарайхаркской породы в Верилии, а лошадки эти очень ценятся. И дело не только в иссиня-черной переливчатой шерсти и серебряных гривах… Дарайхарки на порядок умней обычных лошадей – они понимают человеческую речь, беспрекословно выполняют команды и могут постоять не только за себя, но и за хозяина.

Стоят гривастые умницы невероятно дорого, но абы кому их не продают. Чтобы получить дарайхарку, нужно сперва пройти очень жесткую проверку у отца. Этакое собеседование, в ходе которого господин Анрис определяет характер и наклонности покупателя. И это не блажь влюбленного в породу заводчика, а жизненная необходимость – от того, какими качествами наделен человек, во многом зависит исход кровной привязки, которую делают жеребятам. Без привязки лошадь никогда не признает хозяина, будет дикой, а если обряд пройдет неудачно и кровная привязка будет отторгнута – жеребенок умрет.

Судить аристократов… На самом деле это сложно. Каждый отказ непременно выливается в скандал. Отец бы не продержался и года, если бы не покровительство королевского дома.