Джек на Востоке - Андрей Олегович Белянин

Все заулыбались. Да, Сэм в любой ситуации оставался самим собой.

— Итак, побеседуем напоследок… Мне многократно докладывали о страшных убийцах, идущих штурмом на мой дворец. Вы разгромили моих слуг, разрушили мой дворец, смеялись и издевались над пожилым, уважаемым человеком. Вы заслуживаете самой страшной кары! Я решил, что смерть будет для вас слишком легким наказанием. Я хочу…

Хан ифритов щелкнул пальцами, и в них оказался чистый лист пергамента. Он еще раз открыл рот, чтобы сказать, чего же он, собственно, хочет, но дверь приоткрылась, и в проеме показалась виноватая морда белой болонки.

— Перо и чернила я нашел, а бумаги нет. Кругом такой кавардак… Не одолжите листочек? Вот спасибо! — С этими словами пес цапнул из пальцев старичка бесценный пергамент и вежливо прикрыл за собой дверь.

Сначала никто ничего не понял. Особенно Саюмбамбей. Сумасшедшему королю с друзьями было в принципе все равно, так как волшебный меч по-прежнему находился в руках злодея.

— Нет, каков нахал, а?! — наконец проснулся хан ифритов и возмущенно щелкнул пальцами. Появился лист пергамента. — Хочу, чтобы… Что это? Что это такое? Какой такой Сэм Вилкинс, находясь в трезвом уме и здравой памяти, завещает свой почти новый ошейник своему единственному другу Джеку по прозвищу Сумасшедший король?!

На пергаменте чернели корявые буквы грамотного пса. Джек и Шелти, Лагун и Байрам, Мейхани и дочь султана так и рухнули у стены от смеха! Взбеленившийся старичок безнадежно щелкал пальцами — раз, еще раз, еще и еще… Безрезультатно! Испорченный пергамент ни в какую не желал становиться чистым, навсегда запечатлев на себе последнюю волю благородной собаки.

— Раздери вас шайтан! — завопил хан ифритов, вновь хватаясь за рукоять. — Все равно вы все умрете!

Но в эту минуту раздался громоподобный взрыв и пол комнаты треснул, отделив старичка от его жертв. Из трещины высунулся огненный демон:

— Вы еще здесь?! Бегите быстрее! Ваш тупоголовый пес запихнул в огонь книгу магических заклинаний. Мне разорвало цепи. Спасибо, конечно, но через минуту от дворца не останется даже пыли! А я возвращаюсь к Солнцу…

— На ковер! — скомандовала дочь рыцаря.

Уже вылетая, они увидели в окне бледного Саюмбамбея, гневно размахивающего мечом, но поздно… Страшной силы взрыв сотряс землю! Черный дым клубился до самых облаков, пыль и песок закрыли солнце. Когда все немного пришли в себя, еще не совсем веря в свое счастливое избавление, первый же вопрос, заданный Мейхани, сразил всех:

— А где Сэм?

Ковер тотчас же развернулся и опустился вблизи огромного котлована, но среди мусора и обломков тела белой болонки видно не было. Из-под кучи песка выполз уцелевший ифрит. Узнав, что его хозяина больше нет, он радостно убежал в пустыню. Охранная граница оазиса не сработала, — значит, взрыв действительно положил конец злодействам Саюмбамбея. Но наших героев это не волновало. Все бегали по развалинам, искали, кричали, звали… Увы! Нигде не было даже шерстинки пушистого песика. Лагун и Байрам печально склонили головы, Мейхани плакала на груди у Шелти, а Гюль-Гюль ее утешала. Только Джек никак не хотел верить в то, что его друга больше нет. Он снова и снова лез на дымящиеся обломки стен, переворачивал плиты, разгребал завалы и звал, звал, звал…

— Уважаемый, вы не его ищете? — внезапно раздался голос сзади.

Сумасшедший король обернулся. На склоне бархана стоял черный джинн Лю-ля-ке-Баб с кольцом в носу. Он держал на руках огромную белую болонку.

— Пока без сознания. Такой стресс, ай-яй-яй… Получите, пожалуйста. Я сидел у себя, вдруг слышу: огненный демон что-то лопочет о взрыве. Ну, пошел, взял вашу собаку в охапку, невзирая на протесты, вышел на балкончик, а тут как рванет! Я, наверно, до луны долетел, клянусь бородой шайтана! Но раз он вам так нужен, берите, мне не жалко…

— Сюда-а-а! — завопил счастливый Джек, бросаясь к другу.

— Водой на него побрызгайте, быстрее отойдет, — ласково посоветовал джинн. — Вай, вай, вай, какая героическая собака!

Волшебники и девушки бежали во весь опор. Сэма затискали, затормошили, зацеловали. Он быстро пришел в себя и теперь искренне недоумевал — с чего это в его честь устраивают такой праздник? Однако, получив кучу поцелуев от всех девушек и поняв, что враг разбит, он разомлел и пустился в пляс вместе со всеми. Когда первые восторги немного утихли, два старых волшебника торжественно подошли к белой болонке.

— Дорогой Самюэль, — начал Лагун-Сумасброд, — благодаря твоему подвигу и божественному Провидению, мы одолели злого колдуна Саюмбамбея, спасли дочь султана, вернули невесту твоему другу и избавили мир от многих страшных тварей. Хотя, конечно, именно ты втянул нас в эту опасную авантюру, но… Хорошо то, что хорошо кончается! Мы с коллегой решили сделать тебе небольшой подарок.

— Многоуважаемый и достопочтенный Вилкинс-джан, — продолжил Байрам-Бабай, — мы хотим вручить тебе наш скромный дар, но просим, чтобы на этот раз ты поступил с ним мудро. Не торопись, и да пребудет над тобой благословение Аллаха!

В протянутую лапу заинтригованного пса легло маленькое золотое кольцо.

— Перстень ифрита! — ахнул Сэм. Он мгновенно нацепил его на коготь и во все горло завопил: — Хочу снова стать человеком!

Через минуту ученик чародея отряхивал на себе одежду. Уж на этот раз он точно знал, чего хочет…

— Эй, ребята, мы тут всем напинали, всех победили, а награда? Одно маленькое колечко?

— За барханом целый караван верблюдов, наверняка груженный товаром и драгоценностями. Хватит на всех, — предложил старый Байрам, но Вилкинс имел в виду нечто другое.

— Надо что-нибудь взять на память! Богатство уходит, а мне бы скромненький сувенирчик… Так, чтобы будил воспоминания и Восток не казался мне таинственной сказкой. Я там был! Я воевал с ифритами! Сражался с джиннами! Боролся с шакалами! Единоборствовал с Карсаком, Черным Псом пустыни!

— Довольно, — схватился за голову Лагун-Сумасброд. — Похвала тебя только портит! Вон сбегай на развалины и отвинти себе какую-нибудь дребедень на память!

Довольный Вилкинс подмигнул девушкам и, порыскав пару минут, начал отваливать в сторону тяжелую плиту:

— Джек! Да помоги же…

Вдвоем они наконец отодвинули плиту в сторону, и Сэм, заглянув вниз, учтиво оповестил:

— Милые дамы, дорогие сударыни, уважаемые ханум, драгоценные мадемуазели и прекрасные синьориты, вы свободны! Прошу на выход…

Из полуподвального помещения стали робко выходить расколдованные жены хана ифритов. Наши друзья только рты