Рубин во мгле - Филип Пулман

В конторе на Чипсайде велись малярные работы. Ведра с побелкой и темперой стояли посреди вестибюля, кисти и стремянки перегородили коридоры. Рабочий день понедельника уже подходил к концу, когда портье позвал Джима.

– Чего надо? – буркнул Джим, с презрением оглядев мальчишку-курьера, стоящего у камина, в особенности его форменный берет, похожий на дамскую шляпку.

– Письмо для мистера Шелби, – сказал портье. – Отнеси наверх и не дури.

– А этот чего ждет? – покосился Джим на курьера. – Своего хозяина с шарманкой, а?

– Не твоего ума дело, – ответил мальчишка.

– Правильно, – поддержал его портье. – Вот славный парень. Он далеко пойдет, верно говорю.

– Далеко так далеко, чего ж он ждет?

– Он ждет ответа мистера Шелби, вот чего.

Мальчишка довольно ухмыльнулся, и рассерженный Джим удалился.

– Ему нужен ответ, мистер Шелби, – сказал он в кабинете. – Он ждет там внизу.

– Да неужели, – пробормотал мистер Шелби, открывая конверт.

Его щеки ярко рдели, а глаза налились кровью; Джим с любопытством его разглядывал, размышляя, уж не собирается ли старик помереть от апоплексического удара. Тут он стал свидетелем еще более необыкновенного явления: краска мгновенно отлила от лица мистера Шелби, оставляя за собой бледно-серые разводы щек, слегка подсвеченные рыжими бакенбардами. А их обладатель с размаху шлепнулся в кресло.

– Эй, – прохрипел он, – кто это принес? Мужчина?

– Посыльный, мистер Шелби.

– О боже. Ну-ка выгляни осторожно в окно и хорошенько оглядись.

Джим так и сделал. На улице было темно, и только свет из окон конторы да фонари кебов и омнибусов бросали неяркий свет на стены домов.

– Ты видишь такого – плотного, бритого, рыжего, загорелого?

– Да там полно народу, мистер Шелби. Как он одет?

– Черт его знает, как он одет, парень, не морочь мне голову! Стоит там кто-нибудь внизу?

– Никого похожего.

– Хм. Тогда лучше напишу ответ.

Он торопливо что-то нацарапал и запихнул в конверт.

– Отдай посыльному, – велел он.

– Разве вы не будете писать адрес, сэр?

– Зачем еще? Мальчишка знает, куда нести.

– А если он свалится мертвым посреди улицы? Выглядит он как-то дохловато. Боюсь, как бы не отдал он концы прямо на этой неделе…

– Помолчи, не твое дело!

Так попытки Джима узнать имя человека, столь взволновавшего мистера Шелби, ничем не увенчались. Но это лишь прибавило ему азарта, и на посыльном он испробовал другую тактику.

– Эй, – вкрадчиво начал он, – вам нравится это? – Джим держал в руках потрепанные выпуски «Команды Скелетов» и «Огненного Неда». – Берите насовсем, если хотите.

Мальчишка холодно покосился на пачку, взял и без единого слова засунул ее к себе в задний карман брюк.

– Где ответ на письмо? – только и спросил он.

– Ах, да, конечно, какой я болван, – спохватился Джим. – Вот. Правда, мистер Шелби забыл написать имя того джентльмена, которому адресовано письмо. Я с удовольствием это сделаю для вас сам, только скажите его, – предложил он, окуная перо в чернильницу портье.

– Отвяжись! – лениво уронил посыльный. – Давай сюда. Я знаю, куда нести.

– Ну конечно, вы знаете! – воскликнул Джим, передавая письмо. – Я просто подумал, что так оно будет посолидней.

– Брехня, – бросил мальчишка, покидая свое место у камина.

Джим открыл ему дверь; на дороге валялась какая-то щетка, Джим мгновенно бросился убрать. Портье тем временем похвалил посыльного за его чистенький мундирчик.

– Да, знаете, носить одежду – большое искусство, я всегда так говорил, – польщенно ответил тот. – Научись одеваться – и все двери тебе открыты.

– Да-а, этим многое сказано, – подтвердил портье. – Слыхал, Джим? Вот тебе пример.

– Да, мистер Бакстон, – почтительно склонил голову Джим. – Я запомню, сэр. Сюда, я провожу вас.

И, трепетно поддерживая курьера то под локоток, то за талию, Джим открыл перед ним дверь и вывел на улицу. Мальчишка величественно сошел со ступенек, но не успел он пройти и пяти шагов, как Джим крикнул:

– Эй! Ты ничего не забыл?

– Чего? – повернулся тот.

– А вот чего! – И Джим выстрелил в него комком бумаги, густо пропитанным чернилами, из своей резиновой трубочки.

Заряд попал точно между глаз, разбрызгав свое содержимое по всему лицу и плечам. Из груди жертвы, осознавшей весь ужас и безнадежность своего положения, исторгся яростный вопль, переходящий в стон. Джим укоризненно покачал головой.

– Деточка, – сказал он, – вы не должны так выражаться. Что скажет ваша матушка? Ой, мне стыдно за вас, я сейчас покраснею.

Мальчишка-посыльный заскрежетал зубами и сжал кулаки, но насмешливые глаза Джима, его крепкие плечи и вся изготовившаяся к драке фигура внушили ему благую мысль, что сохранить достоинство – лучший вид мести, так что он повернулся спиной к обидчику и молча зашагал прочь. Джим с удовлетворением наблюдал, как его новенькая бордовая курточка со свежеотпечатанными белыми ладошками на спине и локтях мелькнула несколько раз и скрылась в толпе.

* * *

– «Варвик-отель», – сообщил он Салли двумя часами позже. – Адрес был на шапке этого тупицы. И на всех пуговицах. Дорого бы я дал, чтобы поглядеть, что за представление разыграется, когда он доберется до отеля весь в чернилах и побелке. Да, и еще. Аделаида, я был в Уоппинге.

– Ты видел миссис Холланд? – спросила девочка.

– Только раз. С ней был такой огромный малый, которого она заставляет делать всю твою работу… Да! Вот эта хорошая!

Они собрались на кухне в доме Гарландов, и Джим разглядывал стереографии.

– Которая? – спросила Салли.

– С жуками. Просто смех. Только вам надо еще не забыть про убийства. Сделайте «Головореза Свини» или «Кошмар в красном амбаре».

– Обязательно, – сказала Салли.

– Или «Попрыгунчик Джек летит по воздуху».

– Кто? – переспросил Фредерик.

– Нате читайте. – Джим протянул ему выпуск «Английских парней».

Фредерик уселся поудобнее и принялся за чтение.

– А как там тот малый наверху? – спросил Джим. – Ему уже лучше?

– Едва говорит, – ответила Салли.

– Что с ним такое? Неужели он до сих пор чего-то боится? Ты же сама говорила, что здесь он будет в полной безопасности.