Дар смерти - Галина Гончарова

Риста корчилась на постели. Хрипела, задыхалась, царапала горло ногтями…

— Срочно за служителями. Она сейчас сама себя убьет! — рявкнула я на Тамиру, а сама подсела к женщине.

Риста лежала в отдельной палате — заслуга госпожи Рионы. Для «девочек», как она их называла, у нас теперь были выделены две отдельные комнаты. Всегда вымыты, вычищены и приведены в порядок. Сами девушки и отмывали, регулярно наведываясь в лечебницу. Подозреваю, это были те, кто провинился перед хозяйкой, но полы они скребли без малейшего протеста. Случись что — где их лечить будут? То-то…

Сейчас в одной из палат лежала Риста, а в другой — девушка с улицы, которая попалась под руку клиенту в плохом настроении, и получила россыпь синяков, а заодно пару переломов ребер.

Дар послушно выглянул наружу.

А в следующий миг я едва не задохнулась от удивления.

Яд?!

Здесь!?

КАК!?

Кому помешала проститутка? А что с ребенком?

Оп-па! Оказывается, она уже родила. Просто живот после родов еще не утянулся, такое бывает. Видимо, пока меня не было в лечебнице.

Но — яд!?

Да еще такой?

Времени у меня было совсем мало, обострившимся слухом я уже угадывала шаги в коридоре, мне бежали на помощь — и я сделала единственное, что могла.

Ладони полыхнули золотистым светом.

Женщина на кровати изогнулась и хрипло закричала. Наверное, сейчас ей было больно, очень больно. А потом ее начало рвать.

Служители ворвались в палату как раз вовремя, чтобы подхватить бьющееся в судорогах тело. Я подставила поганое ведро из-под кровати — и в него полилась темная, почти черная жидкость.

Желудочное содержимое?

Да. С кровью, сгустками желчи, с чем-то неопределимым…

Я взглянула на Тамиру.

— Срочно за соленой водой. Как можно больше…

Если будет пить, и пить — выживет. Надеюсь.

* * *

Спустя два часа я уже могла точно сказать, что опасность миновала. И я пошла досыпать. Девушку я расспрошу утром, после обхода.

Остаток ночи, к счастью, прошел спокойно, а когда я рассказала о случившемся Карну, тот только плечами пожал.

— Вета, это может быть что угодно. Может, она у кого-то мужчину отбила…

— Беременная?

— Так смотря от кого ребенок.

Это показалось мне логичным. И после обхода, вместо того, чтобы уйти домой, я отправилась к девушке.

Риста, едва дыша, вытянулась на постели. Я присела рядом, положила ей руку на лоб.

— Жить будешь. Что ты такого съела?

Медленно, очень медленно, губы разомкнулись.

— Ни….чего.

— Врешь. Ты пойми, это был яд. А если сегодня тебя отравили, то завтра могут и на твоего ребенка замахнуться.

— Он… у тети…

В тетю верилось плоховато, но что я могу сделать? Я не королевский дознаватель.

— Я могу в следующий раз и не успеть, ты понимаешь?

— Спасибо.

— Тамире скажи спасибо, она тебя вовремя нашла. Еще бы час-другой, и все было бы кончено.

Несмотря на всю шлюховатость, Тамира работать могла. Особенно когда хотела.

— Ска…жу.

— Мне ты точно ничего рассказать не хочешь?

— Нет.

Я только рукой махнула.

Ладно, не хочет рассказывать — пусть сама разбирается, взрослая уже женщина. И опыта у нее побольше, чем у меня.

С тем я и ушла. А когда пришла в лечебницу через день, узнала, что Риста уже освободила палату.

Бертен, у которого я осторожно попыталась узнать подробности, только плечами пожал.

— Не знаю. Мне она ничего не говорила, просто ушла.

— Так, может, у нее горячка? Или бред?

— Вета, а что мы можем сделать? Искать ее по всему Алетару? Подозреваю, что она этому не обрадуется.

Я вспомнила запавшие глаза и плотно сжатые губы, и задумчиво кивнула.

— Да, наверное. Что ж, надеюсь, что на ее ребенке эта глупость не отразится.

— Сама родила, пусть сама и разбирается. Вета, с виконтом… что?

Я улыбнулась.

Вот этот момент меня радовал. После того визита по палатам, виконт никак себя не оказывал. Не приезжал, даже мимо не проезжал. Приятно!

Уже целых десять дней приятно.

Это я и сказала Бертену. Мужчина задумчиво посмотрел на меня.

— Вы так отличаетесь от остальных женщин. Многие здесь были бы в восторге, если бы…

— Им предложили стать на какое-то время содержанками? Вы ошибаетесь, Бертен. Все девушки, которых я знаю, достаточно порядочны.

Бертен вскинул брови.

— Все?

— Девушки, — уточнила я.

Мы рассмеялись.

Да, Тамиру сложно было назвать девушкой. А как было бы хорошо, увлекись виконт именно ей? Просто замечательно! Ему удовольствие, а ей деньги, и все счастливы.

— Вета, скажите, могу я пригласить вас прогуляться по набережной? Разумеется, в выходной день. Не сочтите это за навязчивость…

Бертен смотрел такими глазами, что отказать ему язык не повернулся. И я вздохнула.

— Буду рада принять ваше приглашение. Только прошу учесть, что я много работаю, и сильно устаю.

— Я учту.

И что плохого в том, чтобы прогуляться по набережной с симпатичным мужчиной? Посмотреть на море, на чаек…

Я ведь живой человек, я не могу жить одной работой?

* * *

— Тужься! Сильнее! Ну!

— Ааааааааааааааааааааа!

— И не ори! Я кому сказала — тужься! Давай, на выдохе…

— ААААААААААААААААА!!!

И в следующую минуту к воплям матери добавился крик младенца. Я выдохнула и вытерла пот со лба. Темного крабом, опять забыла, что руки в крови! Ладно, умоюсь!

Алия попала к нам на месяц раньше срока. Работала слишком активно, вот и спровоцировала преждевременные роды. А визгу-то было, визгу…

Последний раз я такое на скотном дворе слышала, когда поросенка резали.

Но родила.

Я лично приняла на руки малышку, осмотрела, проверила пальчики-глазки-ротик…

Отличная здоровенькая девочка. Всем бы так, и не скажешь, что недоношенная. Хотя с такими как Алия сложно. Срок определить можно плюс-минус месяц.

— Дайте мне ее…

Роженица протянула руки, и я отдала младенца.