Мама - Ольга Богатикова

— Скандал замяли?

— С большим трудом. Эх…Как следствие, упали акции, партнеры стали вести себя жестче…Да еще хозяин уехал…Был бы он на месте, наши официальные ответы и заявления по поводу взрывчатки звучали бы увереннее и имели больший вес. А так…

— Сочувствую, Карл. Правда. Вам сейчас приходится нелегко.

— Спасибо, Вифания.

— Знаете, я очень далека от дел «Азиру» и неприятной ситуации, возникшей вокруг моего мужа. Однако, меня эта ситуация очень беспокоит. Я имею в виду выводы служащих Тайной канцелярии о благонадежности Дерека.

— Так вам и об этом известно?..

— Обижаете, господин Битт.

— Да-да, конечно, вы же служите в УСП. Только, Вифания, я сразу предупреждаю, что беседовать на эту тему не могу. Я первый помощник Дерека Хозера, поэтому давал клятву о неразглашении.

— Я понимаю. Поэтому ничего особенного у вас спрашивать не буду. Карл, мой отец защищает интересы зятя именно по этому направлению?

— Да.

— Это может ему как-то угрожать?

— Что вы, совсем нет. На самом деле защита — всего лишь необходимая формальность. Его величество ни минутки не верил, что с Дереком у него могут быть проблемы, поэтому невиновность вашего мужа господин Ренделл отстаивает только перед парламентариями.

Действительно, волшебное доверие.

— Но почему? История знает случаи, когда самые, казалось бы, верные люди предавали своих королей.

— Здесь не тот случай, госпожа Хозер. Я, к сожалению, не могу рассказать вам об этом подробнее. Просто поверьте. Или при случае поинтересуйтесь у своего мужа. Возможно, он вам объяснит, почему Георг Первый так безгранично ему верит.

— Знаете, Карл, при всем уважении, Дерек не создает впечатление человека, которому можно серьезно доверять.

— В самом деле? — искренне удивился старик. — Отчего же вы так думаете?

— Его репутация говорит сама за себя. Вместе с легкомысленными похождениями и вздорными выходками.

— Милая Вифания, — мягко и, скорее всего, с улыбкой сказал мой собеседник, — не совершайте ошибку других людей, не судите о человеке по слухам и сплетням. Вы, как никто другой, должны понимать, что в газетах зачастую пишут не то, что есть на самом деле, а то, что нужно одному конкретному лицу. Ну, или группе лиц. И уж тем более вы должны понимать, что одну и ту же ситуацию можно подать в нескольких разных вариантах.

— Вы сейчас пытаетесь меня убедить, что Хозер не бабник и кутила, а белый плюшевый мишка?

— Что вы! Кто я такой, чтобы навязывать свое мнение? Вы сейчас живете с Дереком под одной крышей. Присмотритесь к нему. Возможно, узнаете о супруге много нового и интересного.

***

Хозер появился дома, когда на улице стало темнеть. Вернулся он хмурый и явно чем-то недовольный.

— Был сегодня в Рендхолле, — объяснил он мне, усаживаясь в гостиной в соседнее кресло. — Проверял, как идет ремонт.

— Судя по твоему лицу, с ремонтом какие-то проблемы, — предположила я, отложив крючок и отрезая от готового шарфика нитку.

— Это ты сама связала? — удивился Дерек, рассматривая ажурное полотно.

— Сама, — пожала я плечами.

— Может, ты и шить умеешь? — усмехнулся муж.

— Умею. И шить, и готовить и даже вышивать крестиком. Так что там с ремонтом усадьбы?

— С самим ремонтом ничего особенного, — ответил Хозер, все еще рассматривая свежесвязанный шарф. — А вот рабочие, которые его делают, меня очень разочаровали.

— Наделали брака?

— Да. Причем везде. Я уже всерьез думаю о том, чтобы выписать сюда из столицы бригаду, которая ремонтировала мой лиарский дом. Стоить, конечно, это будет дорого, но зато я буду уверен, что работы сделают на совесть и никто не попытается меня обмануть. Знаешь, чем больше всего разозлили меня местные работяги?

— Не знаю.

— Тем, что считают своего заказчика идиотом. Только представь, бригадир, глядя мне в глаза, уверял, что его люди работают быстро и качественно, а в двух шагах от него один из рабочих засыпал в стяжечный раствор укрепитель с маркировкой М4У1!

— И?..

— Это самый низкопробный укрепитель, Ви! Полученный раствор после застывания очень скоро пойдет трещинами! Я прошел весь дом, просмотрел все работы и под конец едва ли не ругался матом. Материалы, которые закупили эти чудо-мастера, оказались дешевыми. Кафель они выложили криво, стены сделали с уклоном — я проверял по уровню — несовпадение почти два сантиметра! Они думали, что меня можно провести, как младенца, понимаешь? Посчитали, что я не пойму, какую ерунду они лепят в Рендхолле!

Я слушала его с вытаращенными глазами. Хозер умеет обращаться со строительным уровнем? И разбирается в маркировках сухих смесей?..

— Дерек, ты соображаешь в строительных делах?

— Разумеется, — фыркнул он. — За полтора года на стройках много чему научился.

— И что ты там делал столько времени?

— Шесть месяцев проходил практику. Потом еще год работал.

Что-то я ничего не поняла. Какую практику? Где работал? Дерек ведь бизнесмен. Или?..

— Ах да, ты же не в курсе, — понятливо кивнул муж, увидев мое озадаченное лицо. — Видишь ли, Вифания, мой отец всегда придерживался мнения, что владелец крупного холдинга обязан изнутри знать основные направления его деятельности.

Хм. А ведь у «Азиру» направлений много. И добыча полезных ископаемых, и металлургия, и да, строительство, но только не гражданское, а промышленное.

— Поэтому он заставил меня получить целых три образования, — продолжил объяснять Хозер. — Причем, высшее из них только одно — экономическое. Остальные средние профессиональные.

— Так ты еще и строитель?

— Вообще-то каменщик-футеровщик. Но на стройке меня научили и красить, и штукатурить, и даже плотничать.

— О! А какая у тебя третья профессия?

— Обогатитель полезных ископаемых. Ведь горно-добывающее направление в «Азиру» — основное. Сама понимаешь, образование без практики не имеет смысла, поэтому после получения каждого диплома я год-полтора работал на производстве простым рабочим. Чтобы, так сказать, понюхать пороху.

Обалдеть. Кто бы мог подумать…

— А как же ты умудрялся совмещать работу и занятия?

— Обыкновенно, — пожал плечами Дерек. — Сначала окончил строительное училище, год проработал на стройке. Потом одновременно поступил в вуз и в колледж. Правда, профессию обогатителя получал заочно. Зато потом больше полутора лет провёл на фабрике — сначала на грохоте, потом на сепараторе.

— Ээ..

— Это такие аппараты для обогащения руды, — улыбнулся Хозер. — Не забивай себе голову.