Охота на дракона - Трой Деннинг

Агис попытался изменить своего посланца в нечто менее изящное и более сильное, но было уже поздно. Он успел увидеть, как одно из коричневых перьев плавно опустилось на голубую воду, и в следующее мгновение он снова находился на рынке рабов, под Мостом Эльфов.

Агис тяжело дышал. Битва и потеря совы стоили ему немалого количества энергии. И хотя он сильно сомневался, что ему удастся еще раз проникнуть в мозг колдуна, Агис не терял надежды на успех. У него еще оставалось достаточно сил, а что до способов использования Пути, то их существовало больше, нежели людей на Ахасе. Ничего, он найдет другой способ атаковать…

– Как торги? – вполголоса спросил он Каро.

– Семьдесят один золотой.

С другой стороны площадки звенящий голос колдуна объявил:

– Семьдесят пять!

– Восемьдесят, – не задумываясь, отпарировал Агис.

И снова возбужденный гул пробежал по собравшимся вельможам. За восемьдесят золотых покупали гладиаторов-мулов.

С той стороны площади – тишина. Девушка-рабыня смерила Агиса ледяным взглядом и повернулась в сторону молчащего старика.

– Я отказываюсь от своего предложения!

К величайшему удивлению Агиса, голос раздавался откуда-то совсем рядом. Неужели это сказал Каро? Глянув вниз, сенатор увидел в пыли, у себя между ногами, пару губ. Ни носа, ни подбородка, ничего. Только рот, и все.

Вот губы раскрылись и на глазах ошарашенного Агиса заявили его голосом:

– Я отказываюсь от своего предложения!

– Правильно ли я вас понял? – разочаровано повернулся к нему Радорак. Поставив каблук своего сафьянового сапога прямо на губы, Агис отрицательно покачал головой. Рот хотел было еще что-то сказать, но раздалось лишь нечленораздельное бормотание. Удостоверившись, что колдовские губы больше не станут ему мешать, сенатор объяснил:

– Я хотел предложить восемьдесят пять золотых!

– Смелый ход, – одобрительно сказал Радорак. – Вы можете перебить цену? – повернулся он к старику.

На сей раз Агис приготовился отплатить колдуну его же монетой. Используя Путь, он создал невидимый туннель, заканчивающийся прямо во рту старика. И как только тот захотел что-то сказать, Агис беззвучно прошептал слова, которые ему хотелось услышать.

– У меня нет такой суммы, – голос был старика, но слова принадлежали Агису.

Сенатор даже почувствовал гордость от того, как правдоподобно задрожал голос его противника. Сразу ясно – старик огорчен и разочарован.

– Какая жалость, – сочувственно протянул Радорак и поманил Агиса к себе.

Колдун начал было протестовать, но Агис снова вложил ему в уста свои собственные слова.

– Можете, вы поверить мне в долг…

Все кругом так и покатились со смеху. Старик сердито поглядел на Агиса, но тот, не обращая внимания на поверженного конкурента, шагнул вперед. Дрожащими от усталости пальцами он отвязал от пояса мешочек с золотом. Да, победа далась ему нелегко.

Рабыня смерила Агиса презрительным взглядом. Что-то прошептав себе под нос, она жестом велела сенатору вернуться на место.

– Ты никогда не овладеешь мной, сын грязного мекилота! – с жаром воскликнула она.

И тут же, споткнувшись о невидимое препятствие, Агис во весь рост растянулся на земле. Он чуть не выронил мешочек с золотом.

Со всех сторон посыпались насмешки и не слишком пристойные советы. Агису, мол, стоило подождать, пока он окажется дома, прежде чем пытаться познакомиться со своей новой покупкой. Отшучиваясь, сенатор поднялся на ноги.

И тут раздался голос старика:

– Мне удалось-таки найти еще несколько монет, Радорак. Я готов поднять цену до девяноста золотых, – и колдун замахал на Агиса руками, словно требуя прогнать сенатора прочь.

– Девяносто пять! – воскликнул Агис.

Эльф нахмурился.

– Ты видел когда-нибудь, как Рал и Гухай танцуют джигу? – спросил он.

– О чем ты говоришь? – поразился Агис.

– Иди-ка ты в Гулг на руках! – рассердился эльф.

Агис понял, что дело плохо. Старик умудрился-таки его околдовать. Что бы теперь ни говорили окружающие, Агис слышал лишь бессмысленный набор слов. И судя по реакции Радорака, понять Агиса теперь тоже никто не мог.

Отвернувшись от наголову разбитого сенатора, Радорак подозвал к себе старика. Заметив, что Агис не спешит отойти в сторону, двое дюжих эльфов тут же шагнули на помощь своему предводителю. Агис заколебался, потом отступил. Чего он добьется, ввязываясь в спор, в котором стороны все равно не могли понять друг друга? Разве что устроить драку…

Колдун вышел на освещенный факелами круг, и Агис отчетливо увидел висящий у него на поясе под плащом мешочек с золотом. И тут в голову сенатора пришла безумная идея. Спрятав одну руку под накидку, он представил себе, что его кисть исчезла. Затем, призвав к себе Путь, заставил видение стать явью. Резкая боль обожгла запястье, и на месте кисти Агис ощутил странную ноющую пустоту.

Остановившись перед Радораком, старик полез под плащ. По-прежнему пряча обрубок руки под накидкой, Агис потянулся за золотом своего соперника. Снова призвав на помощь Путь, он представил себе свою руку, появляющуюся под плащом старика. Руку, мертвой хваткой вцепившуюся в мешочек. Вот Агис ощутил на ладони тяжесть золота – совсем, как если бы его кисть все еще соединялась с рукой. Странное ощущение, когда между локтем и пальцами пролегает несколько десятков ярдов пустоты.

Колдун развязал ремешки, и Агис дернул за мешок, одновременно прекращая подачу энергии на процесс, разделивший его руку. Кисть вернулась, а вместе с ней и полный золота мешок.

Колдун так и подскочил на месте, когда деньги исчезли прямо у него из рук.

– Ты узнаешь, – закричал он, обвинительным жестом указывая на Агиса, – что вода из черного колодца по вкусу превосходит любую другую!

Агис только пожал плечами от этой бессмысленной речи. Все еще держа мешочек старика в руке, он вопросительно поглядел на Радорака. Но прежде, чем эльф успел ответить, колдун что-то горячо зашептал ему на ухо, то и дело показывая на Агиса.

Улучив момент, когда старик не смотрел в его сторону, сенатор быстро передал Каро украденное золото.

Агис, разумеется, не понимал ни слова из речей старика, но он очень рассчитывал на легендарную жадность эльфов. Раз у колдуна золота нет, то, как казалось Агису, Радорак не станет с ним даже и разговаривать.

Как он и ожидал, эльф только отмахнулся от нищего и навязчивого «покупателя».

– Принесите-ка мне печень и легкие своего любимого козла, – объявил он, маня к себе Агиса.

Не рискуя отвечать, сенатор молча вышел вперед. Все также не говоря ни слова, от отсчитал девяносто пять золотых. Как только расчет был закончен, Радорак торжественно подвел к Агису рабыню.