Мятеж - Томас Рейд

Она только улыбнулась, и на его глазах окутывающая ее магия рассеялась. Волосы женщины стали темными, а черная кожа приобрела цвет чистейшего алебастра. Ее пышное одеяние превратилось в черный кожаный корсет.

Фарон улыбнулся в ответ.

— Здравствуй, Алиисза, — произнес он.

— А теперь проходи внутрь, чтобы мы смогли поговорить, — попросила алю, жестом приглашая мага следовать за ней, и исчезла внутри дома.

Дом оказался небольшим, если не сказать тесным, и выглядел так, как будто в нем жили много лет. Внутри жилище было залито мягким фиолетовым мерцанием, достаточным, чтобы осветить изношенную кушетку и стол посреди комнаты.

— Осмелюсь сказать, что это место не для тебя, — заговорил Фарон, наблюдая, как Алиисза скользнула по полу и с вызывающим видом устроилась на кушетке.

— Нет, я просто позаимствовала дом на время, — пояснила демоница, откидываясь назад и положив ногу на ногу. — Я не собираюсь оставаться здесь надолго. К несчастью, сейчас дом, в отличие от всего остального в городе, является плохим капиталом. Сомневаюсь, что смогла бы найти покупателя, даже если бы дом и принадлежал мне.

Фарон слегка усмехнулся и уселся на стул, стоящий напротив крылатой женщины.

— Итак, ты заметила нестабильность рынка, не так ли? — сказал он в ответ. — Досадно, но раз это не твой дом, то нечего и беспокоиться. А где же сейчас находятся хозяева?

Алю снова улыбнулась, но ее зеленые глаза опасно засверкали, когда она ответила:

— О, не думаю, что они вернутся. Дом полностью в нашем распоряжении.

Она перевернулась на живот, оперлась на локти и лениво вскинула ступни вверх.

— Что ж, тогда это меняет дело, — сказал Фарон, широко улыбаясь и наклоняясь вперед. — Но такая умная девочка, как ты, должна выполнять какие-то поручения, иметь свой дом и видеться с Кааниром Боком.

Алиисза поморщилась:

— Да брось, маг. Ты же не собираешься защищать мою честь или что-либо в этом роде? Каанир где-то очень далеко.

— Я не столь беспокоюсь о твоем любимом правителе, сколько о себе самом. Мама всегда предупреждала меня не связываться с плохими девочками, особенно если у них есть крылья. Я всего лишь бродячий маг, дом которого далеко. Ты можешь помочь мне.

Алю рассмеялась:

— Вопреки тому, что говорила тебе твоя мать, мы — «плохие девочки» — не собираемся отправлять тебя в Абисс. Иногда нам просто нравится наружность парня.

Фарон посмотрел на свои руки и произнес:

— Конечно. И ты просто хочешь немного развлечься, не так ли? Я бы рад остаться и составить тебе компанию, но мне, правда, надо…

— Фарон, я знаю обо всем, что происходит, — прервала его Алиисза серьезным тоном. — Паучья Королева бесследно исчезла, не оставив и тени магии жрицам. Вы пришли из Мензоберранзана, чтобы выяснить, почему это произошло. Я заинтересована не меньше. Но это еще не вся правда. Не могу дождаться, когда увижу лицо Каанира при этой новости. Просто я подумала, что, прежде чем я вернусь к нему, а ты весело отправишься домой, мы могли бы насладиться небольшой беседой.

Она села прямо, свесила ноги с края кушетки и взглянула на мага.

— Кроме того, — прибавила она, начиная распускать шнуровку корсета, — мы с тобой не закончили обсуждать магические фокусы.

— Сейчас меня никто не ждет, — радостно рассмеялся Фарон. — Думаю, я смогу остаться еще ненадолго.

Рилд знал, что не сможет воспользоваться Дровоколом в таком ограниченном пространстве, и поэтому одним движением обнажил свой короткий меч. Лезвие легко выскользнуло из ножен. Рилд вспомнил ощущение меча в руке, того, как удерживать баланс, как раз в тот момент, когда замахнулся на полуогра, набросившегося на него. Воин парировал удар булавы твари, а затем сделал точный серединный надрез в области живота противника.

Полуогр вздрогнул от неожиданности, когда Вейлас неведомо откуда появился рядом с ним, перерезая одним из кривых клинков подколенное сухожилие. Вспышка света с треском вырвалась из странно искривленного лезвия, когда Вейлас вытащил его из ноги твари, которая, заревев от боли, попыталась зажать раны.

Краем глаза Рилд заметил внезапное движение и вовремя нагнулся, чтобы избежать сильного удара брошенной кружкой. Посудина пролетела мимо его плеча и врезалась в стену рядом со столом, разлетевшись на мелкие куски. Рилд, не теряя ни секунды, определил источник атаки. Он кинулся на другого полуогра и рассек его поднятую руку. Тут же брызнула кровь. Существо отшатнулось назад, а воин развернулся и уклонился от удара дубиной справа, нанесенного третьим противником.

Стычка привлекла внимание постоянных посетителей пивной, и Рилд расслышал, как некоторые из них подбадривают полуогров, натравливая их на Вейласа. Возможно, они искали повод самим вступить в драку.

Положение становится отвратительным, решил воин, взмахнув лезвием между собой и полуогром, который заградил ему путь.

Стрела арбалета вонзилась Мастеру Оружия в ребро, но его пивафви и нагрудник доспеха не позволили острию проникнуть в тело. Все же сила удара ненадолго лишила его устойчивости, и воин не сумел защититься от дубины, с треском опустившейся на его левое плечо. Рука тут же онемела, и Рилд готов был упасть, когда что-то зацепило его ногу сзади и попыталось повалить на пол.

«Сумасшествие», — подумал воин, пробираясь к стене, и пинком отбросил стол, оказавшийся между ним и посетителями. Вейласа нигде не было видно.

— Достаньте его! — зарычал кто-то из толпы.

— Бей темных эльфов! — крикнул другой.

Но пока никто не желал приближаться к нему.

Рилд направлял свой короткий меч на врагов, одновременно оглядывая помещение в поисках Вейласа. У воина мелькнула мысль, что разведчик бросил его, чтобы спастись самому. Никогда еще дела Мастера Мили-Магтира не были так плохи.

Когда двое куагготов, или, как их иногда называют, глубинных медведей — огромных гуманоидов, покрытых белым мехом, обрушились на Рилда, ему пришлось отвлечься от своих мыслей. Нанося удары мечом, он отбил копье первой твари, которая пыталась поразить его грудь, и уклонился от атаки второй, грозившей перерезать ему горло. Еще одна стрела попала в стену рядом с ним, брызнули осколки камня.

В это же время Вейлас опять возник в поле зрения воина. Он каким-то образом сумел затесаться в толпу. Разведчик вонзил оба кривых лезвия в спину первого куаггота. Рилд удивленно моргнул, но не упустил открывшейся возможности поразить колени второго глубинного медведя. Обе твари осели в луже крови, а Вейлас встал рядом с Рилдом у стены.

— Это было впечатляюще, — заметил Рилд, когда они с Вейласом оказались в безвыходном положении, но не прекратили обороняться.

— Когда две твари напали на тебя, я улучил удобный момент и воспользовался им.

— Как ты предполагаешь выбираться отсюда? — поинтересовался Рилд, обыскивая комнату взглядом на предмет выхода. — Просто прорубить дорогу?