В паутине чужих заклинаний - Бронислава Вонсович

— Линда, с вами все будет хорошо, — уверенно сказал Дитрих. — Я об этом позабочусь.

— Пока вы заботитесь, чтобы у меня все было плохо, — всхлипнула я, пытаясь успокоиться. — Дитрих, что вообще происходит?

— Вы хотите, чтобы я прямо здесь на улице вам рассказал?

— Да, — твердо ответила я. — Я хочу, чтобы вы мне все объяснили. Для начала — почему вы все-таки взяли меня на работу?

— Линда, мы же договаривались — через неделю, — начал он.

— Сейчас, — непреклонно сказала я. — Иначе я от вас увольняюсь и возвращаю артефакт.

Второе я сказала после некоторой заминки — артефакт, блокирующий ментальное воздействие, возвращать мне не хотелось, но если я окончательно порываю с Дитрихом, с его собственностью тоже придется расстаться.

— А как же фикус? — попытался он отшутиться. — Вы бросите его на произвол судьбы?

— Дитрих…

— Линда, боюсь, вы мне не поверите, — вздохнул он.

— Для начала — расскажите, а там уж я буду решать, верить вам или нет.

— И пока пройдет неделя, вы ждать не хотите?

— Нет, я не могу находиться рядом с вами, если не верю. А я не верю.

— Хорошо, я скажу, — ответил он. — Но не думаю, что у вас после этого появится больше доверия. Когда вы появились у меня в офисе и объяснили причину визита, я не собирался вас брать. Дипломированный алхимик — это совсем не то, что я хотел видеть за секретарским столом. Но пока мы с вами разговаривали, я вдруг понял — я вам сейчас откажу, и вы уйдете, совсем уйдете, и у меня больше не будет никаких причин находиться рядом с вами. Линда, вы верите в любовь с первого взгляда?

— С первого взгляда вы меня хотели прогнать, — неуверенно улыбнулась я.

Я не знала, что ему отвечать. В любви мне признавались не впервые, но впервые я не была уверена, что говорят правду, и Дитрих это понял.

— Ну вот, вы мне не поверили, — грустно сказал он. — Наверное, для вас действительно будет лучше, если вы уйдете. А артефакт оставьте пока себе, вернете как нибудь потом, когда все закончится. Прощайте, Линда.

Он отпустил мою руку, а я почувствовала не освобождение, а пустоту и одиночество.

— Как это прощайте? — растерялась я. — А… Дитрих, вы же сказали, что меня охраняете?

— Для этого мне не обязательно идти рядом с вами, — ответил он.

— Нет, так не пойдет, — возмутилась я. — Тогда я не буду уверена, что вы где-то поблизости и сможете меня защитить. Доведите хотя бы до квартиры, а то…

— А то?

— А то я попрошу об этом Штефана, благо мы ушли совсем недалеко от кафе.

— Думаете, он там стоит и ждет, пока вы вернетесь и попросите вас проводить? — сказал Дитрих со своим обычным ехидством. — Впрочем, вам далеко бежать не придется, он идет за нами.

Я вздрогнула и обернулась, но Штефана нигде не увидела.

— Дитрих, зачем вы меня обманываете?

— Линда, он не открыто идет. Не хочет, чтобы мы его видели. Я засек по ауре.

— Тоже меня охраняет? — невесело пошутила я. — Только теперь от вас.

— Не исключено, — неожиданно серьезно ответил Дитрих. — Не думаю, что он мне доверяет больше, чем вы.

Он стоял напротив меня, готовый развернуться и уйти насовсем. Прямо сейчас уйти. А я поняла, что Дитриху я доверяю больше, чем Штефану, намного больше, хоть и знаю его меньше. Или мне просто хочется ему доверять? Возможно, Эмми права и мне нужно порвать с ним как можно скорее, ничего хорошего из дальнейших встреч не получится. Ни у него, ни у меня нет никакого стабильного дохода, да и сам он — сыщик с подмоченной репутацией, на что постоянно мне указывают и Штефан, и Эмми. Нет, нужно решительно разорвать все, что меня с ним связывает.

— Дитрих, — твердо сказала я, — Дитрих, — повторила и зачем-то взяла его под руку, — Штефан признал, что инора Вернер была его родственницей, но утверждал, что они с ней никак не общались. Что-то там случилось такое у них в семье, из-за чего все отношения были порваны. Но что случилось, он мне так и не рассказал.