Следуя зову - Кристи Кострова

— В основу амулета вошли кусочки зубов всех рас — их общая сила, скрепленная заговорами лучших магов, защитит от крэйтаров!

Приглядевшись, я поняла, что подвеска представляет собой кругляш серебра, в котором словно частокол торчат обломки зубов.

— Один из них — клык дракона!

— И какой же? — скептически спросил Дэмиор, недоверчиво скрестивший руки на груди.

Пару мгновений посомневавшись, лоточник ткнул в самый здоровенный и неприглядный зуб.

— Действительно, редкая вещь, учитывая то, что пару сотен лет уже никто не видел драконов. И сколько стоит это чудодейственное средство? — иронию в голосе Дэмиора можно было черпать ложкой.

— Пять серебряных! Если возьмете несколько, уступлю пару монет! — лоточник занервничал, словно гончий пес, напавший на след.

Сколько?! Я возмущенно выдохнула, глядя на этот амулет. Хотелось бы верить в силу этого предмета, но бегающие глаза лоточника, с надеждой взирающие на Бриссу и с неудовольствием возвращающиеся к Дэмиору, наводили на мысли, что это простая побрякушка.

Пожалуй, имей отношение к этим вещам маги, цена была бы больше раз в сто. Маги делают штучный товар, не для ярмарочных пройдох.

— Я куплю три, — Брисса полезла в кошель за монетами. — Нам всем нужны эти амулеты.

Дэмиор оторопел: на его лице было явно написано, куда следует отправить эти безделушки. Лоточник просиял и что-то затараторил, одновременно выуживая еще два таких же амулета из-под прилавка.

— Ты уверена? — обратилась я к фандрийке. — Все же пять серебряных — немалые деньги.

— Да! — Брисса часто закивала, отчего кудряшки пустились в пляс. — Это нам поможет! Ты же сама слышала, что писал сын Маилы?!

Переглянувшись с Дэмиором, я поняла, что отговорить ее невозможно.

— Пятнадцать серебрушек, — сказал лоточник, не скрывая своей радости.

— Думаю, несколько монет нужно уступить, верно? — сказал Дэмиор. — Как насчет цены в пять серебрушек за все?

Лоточник возмущенно запыхтел. Кажется, он понимал, что проводник не позволит купить эти амулеты по озвученной цене.

— Но там только серебра сколько!

Его призыв остался без ответа. Фандрийка уже сообразила, к чему ведет Дэмиор, и принялась ждать, так и не достав деньги.

— Хорошо, — прошипел лоточник, покраснев от возмущения. — Пользуйтесь на здоровье!

Брисса радостно прижала к груди амулеты — даже после того, как цену сбросили втрое, она ничуть не усомнилась в их действенности. Раздав нам по амулету, она в приподнятом настроении порхала по площади, разыскивая самые интересные развлечения.

Возле ярко-фиолетового шатра, раскинувшегося на площади, словно большой диковинный цветок, народу было немного, но Брисса, заинтересовавшись, подошла ближе. Внутри оказалось темновато, лишь пламя свечей освещало обстановку. На стуле, закутанная в цветастую шаль, сидела черноглазая женщина с темными волосами, на которых танцевали отблески свечей. На столе лежала колода потрепанных карт. Гадалка, вдруг поняла я и попятилась назад.

Но нас заметили. Подняв голову, ромалийка взглянула прямо на меня и приглашающим жестом указала на кресло, напротив нее. Я покачала головой, но ноги словно приросли к земле. И раньше мне встречалось это племя — их таборы иногда заезжали в нашу деревню и устраивали представления. Гадалка наклонила голову набок и прищурилась.

— Боишься? Неужели ничего не хочешь узнать? Картам открыто многое.

Я замешкалась, но взгляд ромалийки словно гипнотизировал. Незаметно для себя я опустилась на стул. Взяв мою левую руку, женщина развернула ладонью к себе и провела острым ногтем по тонкой коже. Все звуки за пределами этого шатра стихли, а пламя свечи на столе вдруг взвилось вверх, отбрасывая змеящиеся тени на стены. Я замерла, забыв дышать.

— Любопытно, — ромалийка с интересом взглянула на меня и ткнула пальцем в перекрестье линий на моей ладони, похожих на изображение дерева.

Я заерзала на стуле. Только сейчас до меня дошло, что Дэмиор и Брисса не покинули шатер, опасаясь оставить меня одну. И если гадалка окажется настоящей, то они могут узнать слишком многое обо мне. Сердце заколотилось, но мои опасения не оправдались: хитро улыбнувшись, ромалийка промолчала и продолжила изучение моей руки. Но мне стало ясно, что мое происхождение не осталось загадкой для нее.

— Тебе предстоит долгий путь. Через леса и горы, юг и север. Тяжелая дорога, — гадалка с сочувствием взглянула на меня и отпустила мою ладонь. Перетасовав колоду карт, она протянула их мне.

Я вытянула карту с изображением старичка, несущего на плечах огромные камни. Его лицо было бледным и изможденным, а тело закрывали лохмотья. Руны гласили «ответственность».

Женщина положила карту передо мной:

— Ответственность. Тебя ждет тяжелое бремя, но нужно найти в себе силы расправить плечи.

Ромалийки гадают по трем картам, и гадалка вновь протянула мне колоду. Я замялась: в горле вдруг появился комок, а по коже прошелся легкий зуд. Меня словно сдернуло со стула. Соскочив, я качнула головой в ответ на вопросительный взгляд хозяйки шатра.

— Не нужно, спасибо, — оставив пару монет на столе, я пошла к ожидающим меня спутникам.

Уже на выходе из шатра нас окликнула гадалка:

— Ну, а ты? Не хочешь узнать свою судьбу? — обернувшись, я поняла, что она обращается к Дэмиору. Он замер на полушаге: его спина была напряжена, а тело вытянуто в струнку. — Я расскажу тебе то, чего не знали другие.

Проводник медленно обернулся и вперил взгляд в гадалку. В его глазах смешалось недоверие и надежда. Поколебавшись с минуту, он все же принял решение.

— Садись, — она указала на стул и взяла его ладонь в руки.

Мы с Бриссой остались на месте, не зная, стоит ли оставлять его одного. Это племя славится своими способностями к гипнозу — порой и вооруженный мужчина не может дать отпор шепчущей ромалийке.

— Вижу, в чем беда твоя. Она отравляет тебе сердце и не дает жизни. Думаю, смогу тебе помочь.

Гадалка перетасовала колоду. Карты бабочками летали в ее руках, танцуя в пламени свечи. Ухмылка разрезала ее лицо, превратив в страшную маску с черными провалами глаз. Мужчина вытянул карту, а мы с Бриссой замерли на пороге, не зная выйти нам или остаться. Никогда бы не подумала, что Дэмиор верит в гадания. Он всегда был таким рассудительным.

Карта упала на стол, и пламя свечи взметнулось вверх на добрый фут.

— Карты говорят, что решение есть. Ты сможешь исцелить душу и преодолеть свое несчастье. Держись ближе к природе.

Дэмиор взглянул на карту и саркастически ухмыльнулся:

— К природе? Я проводник и вожу путников между городами и селами по дорогам и лесам Ривалона. Куда уж ближе к природе!