Следуя зову - Кристи Кострова

— Тайная ночь? — переспросила я. — Что это?

Понизив голос, Маила сказала:

— Может, и нехорошо это, но на Севере празднуют Ночь. Издавна ведется этот обычай. Боги… Они все равно боги.

— Точно! Фрадлон! — хлопнула себя по лбу Брисса, — А я все думала, где же я слышала это название. Еще в Фандрии… — она осеклась, но продолжила. — Я читала о том, что в Ривалоне лишь в нескольких городах отмечают Ночь Кхиры!

Кхиры? Темной богини? На Юге не было такого обычая. И что же представляет из себя этот праздник? Этот вопрос я задала вслух.

— Люди веселятся, — пожала плечами Маила. — Признаться честно, я давно не бывала в городе в эту пору, обычно я провожу вечер у старой подруги. Ночь — время страсти и танцев, время для молодежи. Сходили бы и вы. Сегодня будет множество представлений, ярмарка раскинется на целую улицу.

Брисса умоляюще взглянула на Дэмиора и сложила руки в просительном жесте:

— Дэмиор, мы можем задержаться? Пожалуйста, пожалуйста! Это мой единственный шанс увидеть праздник!

Проводник молчал, о чем-то размышляя.

— Дай девочкам повеселиться, — вступилась за фандрийку Маила. — С тобой они под надежной защитой, а Брисса, как разродится, и вовсе забудет о танцульках. Главное, не загуливайтесь, ближе к ночи молодежь разойдется, в городе могут начаться беспорядки.

Вспыхнувшая девушка изумилась:

— Но как? Как? — она бросила взгляд на себя, но платье не выдавало положение своей хозяйки.

Маила тепло улыбнулась:

— Долго я прожила, пятерых детей вырастила и внуков понянчила. Сразу вижу я, если женщина в тягости.

— Хорошо, — встал из-за стола Дэмиор. — Посетим праздник, а завтра найдем обоз.

Брисса радостно заверещала и, подскочив к проводнику, сказала:

— Спасибо-спасибо! Вот увидишь: я не доставлю тебе проблем.

Дэмиор неверяще ухмыльнулся и, расспросив Маилу, отправился чинить крышу. Я не разделяла восторгов фандрийки, но пообещала ей, что непременно присоединюсь. Нельзя оставлять проводника в ее компании!

Выйдя в сад, я поежилась и плотнее запахнула шаль. Брисса помогала Маиле ответить на письма детей — женщина слабо видела и плохо разбирала буквы. Я же, заметив, как наша хозяйка в очередной раз вздрогнула от боли в спине, решила приготовить настойку и выскользнула во двор.

Глядя на поникшие от вчерашней грозы и холода растения, я качнула головой. На родном Юге в начале осени самое благодатное время — одуряющая жара уступает место приятному теплу и ветрам с Запада, освежающим уставшую за лето природу. Здесь же осень — пора увядания. Подойдя ближе к грядке, я коснулась пожухлой мелиссы. Маила не сняла последние поспевшие ростки, и они погибли.

Вдруг тонкий стебелек дрогнул под моей рукой. Ладонь затопило неожиданное тепло, и поникшая головка медленно приподнялась. Я ахнула. Спустя минуту мелисса выпрямилась и налилась цветом, ярко выделяясь среди своих собратьев. По воздуху разнесся приятный аромат.

Раньше, еще в родной деревне, мне с трудом удавалось вылечить больное растение, а сейчас я вернула к жизни погибшее. Я покинула дом всего с месяц назад, но мои силы увеличились. Вот почему я увидела беременность Бриссы! В душе поднялась волна радости и тепла — не зря я сбежала из дома.

Сорвав мелиссу и спрятав ее за пазуху, я встала. В саду толстянки не росло, придется варить настойку из моих запасов.

Ветер растрепал волосы, и я плотнее запахнула плащ. Вздохнув, отправилась в сарай. Маила сказала, что там хранится медный ковш, который мне понадобится для приготовления настойки. Распахнув дверь, я шагнула вперед и наткнулась на Дэмиора, несшего в руках пару досок. От неожиданности я вскрикнула и всплеснула руками.

— Извини, не хотел напугать, — сказал мужчина.

Полутемная комната была завалена различными предметами обихода, и мы с проводником едва ли могли разминуться. Маила предупредила, что в сарае не убрано, но я не думала, что настолько!

— Ничего, — качнула я головой. — Сама виновата.

Я посторонилась влево, чтобы пропустить проводника вперед, но именно в этот момент он шагнул вправо, и мы снова столкнулись — край доски едва не мазнул меня по щеке.

— Ты в порядке? — Дэмиор бросил ношу на старую бочку, стоящую неподалеку, и, взяв меня за подбородок, развернул к свету.

— Да-да, — прикосновение его мозолистых пальцев смутило. — Ты не задел меня.

Дэмиор отдернул руку, и я улыбнулась.

— А вот твой синяк точно стоит подлечить. — Фингал по-прежнему был на месте, а глаз все еще выглядел заплывшим. — Можно?

Дождавшись кивка мужчины, я легонько осмотрела его щеку, недовольно поморщившись. Вот если бы вчера приложили кашицы из ягод тирсэйи, то сегодня лицо было бы в порядке.

— Я приготовлю тебе снадобье. Будешь прикладывать на ночь.

Закончив, я скользнула взглядом по расстегнутому вороту рубахи и увидела еще один.

— А это что? Снова синяк? Я посмотрю? — я потянулась к нему, но Дэмиор перехватил мою руку и отвел в сторону.

— Нет-нет, — резко сказал проводник. — Не нужно его трогать.

Это след от поцелуя! Залившись краской, я отдернула ладонь:

— Прости, сделаю тебе мазь.

Не дождавшись его ответа, попятилась назад и выпустила Дэмиора из сарая. Во мне поднялось раздражение и обида на резкость слов проводника. Мне лишь хотелось помочь! А где-то в глубине души зрела горечь — теперь ясно, где он провел эту ночь. Тряхнув головой, я постаралась избавиться от этих мыслей и снова вошла в сарай. Мне нужен этот дурацкий ковш!

— Орис, ты тоже должна это слышать! — Брисса нашла меня на кухне за смешиванием настойки. Корни ринны нужно хорошенько растереть. Взяв с собой ступку с пестиком, я прошла в гостиную, где застала Маилу и Дэмиора, по-видимому, также спешно пришедшего с улицы — его лицо покрывал слой пыли, а в черных волосах запуталась деревянная стружка.

— Тут письмо от старшего сына Маилы, он служит стражником в Риогалле.

Я нахмурилась, припоминая — название было знакомо.

— Это последний крупный город на пути к Пределам, дальше — лишь мелкие селения и деревни, — пояснил Дэмиор.

Бросив вопросительный взгляд на хозяйку и дождавшись ее кивка, Брисса развернула бумагу:

— У нас все хорошо, Тария здорова и скоро разродится — кажется, будет мальчик. Меня повысили — с последнего рейда не вернулся командир Торсон и меня сделали главным. Работа это опасная, ведь креэйтаров становится все больше. Они пожрали всю живность в лесах и теперь не стесняются к городским воротам по ночам выходить. Но ты не беспокойся: бояться нам нечего — нашими арбалетами с расстояния в пять ярдов шкуру можно пробить. В открытые рейды я пока не хожу — у меня же жена на сносях. Тария плачет и боится за меня, но я не могу отказаться от такой должности, на жалованье простого патрульного дом не купишь….