Цена мечты - Надежда Федотова

Враг предпочел отступить обратно к хребту. Наездники Д’Алваро, выставив линию заграждения, опустили драконов и принялись помогать вытаскивать раненых, чтобы как можно скорее отправить их в тыл. Выживших искали даже в дымящихся городских развалинах, пусть и понимали — мало с этого будет толку. На улицах Белфита, до того, как им завладел огонь, шла настоящая резня. Побывать там и остаться в живых? Невозможно!.. Однако некоторым спасателям все-таки улыбнулась удача, и Астор был в их числе. На развалинах городского храма он нашел убитого дракона: в шее зверя торчало несколько копий, на спине, придавив тушу к земле всей тяжестью, лежал обломок стены, а почти под самым брюхом скорчился человек в буром от крови, когда-то ярко-синем офицерском мундире с двумя золотыми лавровыми листами на рукаве. Это был знак командующего дивизией. Вокруг плотным кольцом лежали бездыханные солдаты, свои и вражеские — очевидно, бойцы первой пешей стояли за командира до последнего… Астор, сжав зубы, вытащил друга из-под мертвого дракона — и в голос воздал хвалу Танору. Д» Уайли не просто нашелся — он был всё еще жив!

Правда уже в следующее мгновение, опустившись на колени перед виконтом и как следует осмотрев его, спасатель понял, что опоздал и здесь. Командующий дивизией был смертельно ранен. «Астор? — прошелестел он, с трудом открывая глаза. — Ты? А мы… мы их отбросили, Астор?» Голос его был едва слышен. Д’Алваро еще крепче стиснул зубы. Конец. Он не протянет и минуты, и лекаря нет рядом… «Почему вы остались? — простонал он, наклоняясь к самому лицу друга. — Почему не сдали назад? Ведь был дан приказ об отступлении! Гонца отправили в Белфит много раньше нас!» В глубине запавших глаз виконта Д» Уайли, уже обведенных предсмертной каймой, мелькнула тень усталого недоумения. «Я не видел никаких гонцов, — затухающим шепотом отозвался он. — Никто не передавал мне такого приказа. Мы стояли до конца…» Это были его последние слова. В тот день Астор впервые потерял друга, а Геон — одну из своих крупнейших пехотных дивизий.

Доставив тело Д» Уайли к обозу с ранеными, Д’Алваро нашел кого-то из уцелевших офицеров и спросил — был ли гонец? Офицер ответил утвердительно. Он лично встретил эль Виатора, при котором действительно был пакет, но предназначался он лично в руки командующего дивизией, а так как последний рубился в самой каше, наравне с остальными, офицер разыскал одного из его капитанов, и тот вместе с гонцом отбыл в осаждаемый со стороны хребта город. Проводник не вернулся, но Герхард эль Виатор — да. Принеся буквально на своих плечах еще двух тяжело раненых офицеров. Пакета при нем не было. Очевидно, гонец нашел командующего дивизией и передал приказ?.. Хмурясь, Астор поинтересовался, здесь ли еще эль Виатор? Офицер покачал головой. Нет, сдал раненых на руки лекарю и спешно уехал, вероятно, торопился в штаб с донесением. Но те, кого он вытащил с поля боя, тут! Астор настоял на встрече с обоими, но ясности это не привнесло — один из спасенных оказался в тяжелейшем состоянии и без сознания, а второй ничего путного рассказать не сумел. Эль Виатор подобрал его уже на пути к обозам, когда возвращался. Пакет? Нет, вроде при нем ничего такого не было…

Оставив раненых в покое и помолившись за душу погибшего друга, Астор Д’Алваро отбыл восвояси — новый гонец, уже другой, передал приказ его подразделению возвращаться в оставленную крепость Стального крыла. Только через пару недель Астор узнал о том, что пакет из штаба был, оказывается, передан эль Виатором командующему дивизией «лично в руки». И даже, как утверждал гонец, при нем распечатан. Почему виконт Д» Уайли не последовал приказу Первого маршала, маркиз понятия не имеет: выполнив распоряжение, он сразу повернул назад, чтобы как можно скорее сообщить в штаб о бедственном положении защитников Белфита. И до сих пор корит себя за то, что не остался, пусть это и противоречило его долгу адъютанта — кто знает, может, с ним дивизия бы продержалась хоть на минуту дольше?.. Эль Виатор был очень убедителен. И ему, конечно, поверили.

Все, кроме Астора Д’Алваро. Он слишком хорошо знал обоих — и Герхарда, и покойного виконта. Д» Уайли никогда бы не нарушил приказа! Он ни за что не положил бы всех своих бойцов на подступе к хребту, не будучи уверен, что таковы его долг и воля командования. А если бы вдруг и решился на такое безумие — то разве стал бы скрывать это от старого друга, да еще и стоя обеими ногами в могиле? Он ушел к Танору в здравом уме и твердой памяти, он был человеком чести. А что из себя представляет эль Виатор, его бывший соученик знал прекрасно!.. Нет, приказ не был доставлен. Он не был даже передан через кого-то. Скорее всего, гонец просто не стал разыскивать командира дивизии среди дыма и стали — он уже видел, что счет идет не на часы, а на минуты. Вероятно, пакет так и сгорел в огне нераспечатанным, поди знай, бросили его туда намеренно или обронили в спешке… Эль Виатор врал всем, врал в лицо, Астор готов был в этом поклясться! Но что ему оставалось — особенно теперь, когда подтвердить его правоту и восстановить справедливость стало некому?

Только ненавидеть. Этого трусливого, лживого, беспринципного мерзавца, построившего карьеру на чужих костях, уверенного в своей безопасности и вседозволенности. Его даже на поединок вызвать было нельзя! Где основания? Где доказательства? Где свидетели?

Их так и не нашлось. Война закончилась, Астор вернулся в поместье, похоронил отца и осел на границе, стараясь не вспоминать о былых потерях. Свои подозрения он держал при себе, и лишь несколько лет назад открылся сестре и зятю в минуту слабости. С тех пор они молчали уже вместе, разделив по-родственному этот груз на троих… Герхард эль Виатор тоже вернулся домой, в новом чине и с новыми связями. Вскоре ушел в чертоги Танора тяжело болевший старый герцог, и его старший сын получил свой нынешний титул, а следом — место главы военной школы Даккарая.

И вот к этому человеку маркиз шел сейчас просить за племянницу. Шел, изнемогая от ненависти, за столько лет не угасшей, и отвращения к самому себе, которое с каждым шагом становилось все сильнее. Но что он мог с этим поделать? Как и двадцать лет назад, у развалин храма в Белфите, — только стиснуть зубы и принять неизбежное…

* * *

Хозяин Даккарайской пустоши, заметив приближающегося наездника, поднял голову и растянул губы в радушной улыбке. Наигранной, конечно, но безупречно исполненной — годы, проведенные при дворе, ни для кого не проходят даром. Маркиза Д’Алваро он тоже помнил, и тоже не слишком любил, пускай и без особого повода; для герцога эль Виатора лишь один человек в целом мире был приятен и важен. Он сам.

— Маркиз! — воскликнул Герхард, отвечая на вежливый поклон подошедшего Астора. — Вы ли это? Я уж, признаться, решил, что глаза начали меня подводить. Я видел вас, конечно, на параде — но бал?..

— Все когда-то бывает в первый раз, — отозвался Астор светским тоном. — Добрый вечер, герцог. Надеюсь, я вам не помешал?

— Ну что вы! — вознегодовал тот. — Всегда приятно встретить старого друга, даже в такой толчее. Кстати говоря, только что видел госпожу Д’Элтара, но, увы, так и не смог выразить ей свое восхищение — к баронессе не подступиться. Ваша сестра, дорогой маркиз, из тех женщин, над которыми время не властно. Многие, верно, до сих пор завидуют барону?