Элитная семерка - Ольга Иванова

— Ну наконец-то! — встретила меня возбужденная Аннети. Время приближалось к ночи, а она даже не переоделась и не распустила волосы. — Ой, а в чем это ты?

— Это одежда Джулианы, — ответила я, снимая плащ.

— А где твое платье? — кузина удивленно распахнула глаза. — И жакет…

Жакет, точно… Про него я совсем забыла…

— Жакет остался там, завтра заберу, — я села на свою кровать. — А платье… — я вздохнула, медля с ответом. Ведь речь шла о ее любимом Шине. — Его порвали. В мелкие клочки.

— Кто? — Аннети шустро пересела ко мне.

— Мортон. По просьбе Шина, — я прямо посмотрела на кузину и встретилась с ее ошеломленным взглядом. Затем продолжила: — Шин снова испробовал на мне свою магию. На этот раз пытался использовать похоть. Хотел взять силой или же просто унизить… И если бы не Тайлер, не знаю, что бы со мной было…

Анни опустила глаза и закрыла лицо руками. Плачет? Неужели ее наконец-то проняло? И она поняла, насколько Шин мерзкий и гнилой человек. Небось еще и раскаивается сейчас, мучается…

— Все хорошо, Анни, — я погладила ее по ссутулившейся спине. — Я в порядке. И у тебя все будет хорошо…

— Хочешь сказать, — она выпрямилась и убрала ладони от лица. Щеки сухие, слезы поблескивают лишь в глазах, — ты нравишься Шину?

— Что? — теперь пришла моя очередь впасть в изумление. — Это такие выводы ты сделала из всего? Повторяю, Шин хотел унизить меня, оскорбить! Именно он позвал меня на эту вечеринку, а не Джулиана. Чтобы отомстить, унижением за унижение, понимаешь? Анни, — теперь я обхватила ее лицо ладонями и повернула к себе, — да что с тобой? Ты меня пугаешь! Твоя влюбленность к Шину… Это уже безумие какое-то. Одержимость. Она ненормальна, понимаешь? Ты так изменилась, Анни… Стала совсем другой из-за того, кто недостоин и мизинца твоего… Шин красив внешне, но уродлив душой. Ты понимаешь это?

Кузина неожиданно кивнула, и по ее щекам все-таки потекли слезы.

— Только что мне со всем этим делать? Я ведь действительно влюбилась, — прошептала она, а я в порыве обняла ее и прижала к себе.

Мое плечо тотчас стало мокрым от ее слез. Анни плакала горько, навзрыд, а я гладила ее по голове и тихо приговаривала слова успокоения.

— Я попробую его забыть, — всхлипнула она, отстраняясь от меня и вытирая слезы. — Постараюсь…

— Вот это уже больше похоже на Аннети, — улыбнулась я.

А кузина вдруг заинтересованно уставилась на мою шею:

— А это что у тебя?

— Что? — я вспомнила, что и Джулиана что-то там увидела, после чего заспешила к себе. Я прикоснулась к шее и ощутила под пальцами что-то прохладное и объемное. Странно, что кожей самой шеи я это не чувствовала, ни холода, ни тяжести. Будто и нет ничего.

— Сама посмотри, — Аннети показала на зеркало.

Я подхватилась и подбежала к нему. Собрала волосы на затылке и обомлела: мою шею плотно обрамляло нечто похожее на тонкое ожерелье из мелких хрусталиков.

— Откуда это у тебя? — подошла кузина.

— Не знаю, — я была обескуражена.

— Но красиво, будто льдинки, — Анни тоже осторожно потрогала ожерелье.

— Льдинки… — пробормотала я. — Неужели Тайлер…

— Тайлер?

Я кивнула и рассказала, что произошло после его появления.

— Какой ужас… — тихо проговорила Аннети. — Они все видели тебя голой? — ее снова впечатлило не то, что было важнее.

— Не напоминай, — я нервно передернула плечами, тоже вспоминая свой позор. — Посмотри лучше сзади, есть ли на этой штуке какая застежка?

— Нет, — Анни тщательно исследовала ожерелье. — Похоже, замок магический.

— Глупо было ожидать обратного, — вздохнула я. — Интересно, зачем Тайлер это сделал…

— При других обстоятельствах я бы расценила это как подарок, — хихикнула кузина.

— Ерунды не говори, — отмахнулась я. — Давай лучше спать, завтра разберемся…

Спать я, конечно, не хотела, слишком была взбудоражена событиями вечера, просто мечтала поскорее остаться наедине со своими мыслями. Когда свет в комнате погас, я снова осторожно дотронулась до украшения. Наверное, оно появилось тогда, когда Тайлер прикоснулся ко мне. В памяти всплыл этот момент и легкое покалывание от его пальцев… Как же мне узнать, что это такое? Спросить у него лично? Или лучше сразу у Джулианы?

Потом мои мысли ненадолго переключились на Шина и его бессилие, когда пришел Тайлер. Неужели это и есть та самая магия принуждения? Похоже, Шин пытался побороть ее, но у него вышло. А Мортон и вовсе побоялся вмешиваться, первый потом сбежал из комнаты.

Получается, Тайлер меня спас? От этой мысли снова все завибрировало внутри, а губы сами собой растянулись в дурацкой улыбке. Я быстро натянула одеяло, укрывшись им с головой. Будто это могло спрятать меня от моих же сумасбродных мыслей…

А утром мы с Аннети впервые проспали, обе. Собирались-умывались впопыхах, в столовую влетели, когда там уже почти никого не было. Завтрак занял ровно три минуты — и мы уже мчались на первую лекцию, которая была по погодной магии.

Непонятный «подарок» Тайлера за ночь никуда не исчез, поэтому пришлось прикрыть его тонким шарфиком, и все занятия напролет моя рука так и тянулась к нему, проверяя, не пропали ли. Я все время думала о том, у кого лучше спросить, что это может быть за украшение. При мысли увидеться с самим Тайлером я робела, особенно после того, в каком виде он вчера застал меня. Остается Джулиана…

Однако ответ пришел раньше и совсем не от того, от кого ожидала. Роб. Мы встретились после лекций в холле. Он тоже жаждал моего рассказа о вчерашней вечеринке, но вдруг заметил у меня шарфик.

— Что ты там скрываешь? — Роб с подозрением прищурился. — Только не говори, что ты вчера разошлась и позволила кому-то оставить на своей шее засос.

— С ума сошел? — я бросила на него гневный взгляд. — Давай отойдем куда-нибудь…

— Там такое было… — поддакнула Аннети, но я тоже взглядом предупредила ее порыв.

Мы прошли во внутренний дворик, где стояло несколько беседок для отдыха, нашли свободную и разместились там.

— В общем, вечеринка для меня прошла ужасно, — стала рассказывать я быстро и кратко. — Джулианы с Тайлером там вначале не было, и, кажется, меня пригласил туда Шин, чтобы отомстить. Он… хотел унизить меня и почти этого добился, но, хвала Алвею, вернулись Тайлер и Джулиана и выручили меня.