Элитная семерка - Ольга Иванова

— Что с тобой сделал Шин? — нахмурился Роб. — Опять использовал свою магию?

— Да, — ответила я, не уточняя, правда, какого именно рода. И кузине, которая снова уже открыла было рот, чтобы поведать подробности моих злоключений, не дала ничего сказать, предупредительно наступив ей на ногу. Нет, не хочу, чтобы Роб знал все. Пусть думает, что это опять был голод, а не похоть.

— А под шарфом что? — вспомнил Роб.

Я, немного помявшись, все же оголила шею:

— Вот.

При виде ожерелья глаза друга вмиг потемнели, он стиснул челюсть и спросил с затаенной угрозой:

— Кто это сделал?

— Ты знаешь, что это? — я сразу подобралась.

— А ты нет? — он не отрывал взгляд от моей шеи.

— Нет, — мне стало тревожно от такой бурной реакции друга. — Что это такое, Роб?

— Знак принадлежности одному из Семерки, — он продолжал цедить слова.

— Какой принадлежности? — я уже ничего не понимала, так странно все это звучало. Еще и реакция Роба пугающая… Да и у Джулианы вчера было похожая.

— У членов Элитной Семерки есть древнее право приблизить к себе одного из студентов с помощью вот такой метки, — начал объяснять Роб. — Многими это воспринимается как привилегия, осознание своей особенности, приближенности к Элите, некоторые студенты даже добровольно на это шли, но по своей сути это обыкновенное рабство на время учебы, поскольку обратной стороной такой привилегии является полная зависимость от того, кто тебе ее дал. Правда, в последние десятилетия этим правом редко кто пользуется, все же нравы общества меняются… И я даже подумать не мог, что кто-то из нашей теперешней Семерки на такое способен. Я бы, будь в ней, никогда бы не воспользовался этим правом.

— То есть… — мой голос охрип от волнения, а глаза налились слезами. — Это не ожерелье, а ошейник? — я схватилась за него и с отчаянием потянула, желая содрать с себя, но только поцарапала пальцы. — Как вообще такое может быть?.. Как…

От осознания, что это сделал Тайлер, было еще больнее. А я ведь, дура, думала, что он не такой… Что он… Какая же я наивная! Спас он меня, как же…

— Лора, кто это сделал? — Роб взял меня за плечи, заглядывая в глаза. — Шин? Или… — он еще раз присмотрелся к ожерелью. Нет, ошейнику. — Тайлер? Это сделал Тайлер?

Я смогла лишь кивнуть.

На щеках Роба заиграли желваки, а взгляд еще больше потемнел:

— Я сейчас пойду и найду его. Заставлю ответить за все. За тебя. И плевать, что он из Элитной Семерки!

— Нет, — я решительно сбросила руки друга с плеч и поднялась. — Я сделаю это сама!

— Лора, ты что? — попыталась остановить меня Аннети, но я оттолкнула и выбежала из беседки.

Слезы ярости застилали глаза. Будь ты проклят, Тайлер! Ни за что не стану твоей собачкой! Лучше умру, чем испытывать такое унижение! Мало я нахлебалась от Шина, теперь еще ты!

Я едва заметила Алекса, проходившего мимо.

— Лора! — он первый окликнул меня. — Куда несешься?

— Где Тайлер? — спросила я, останавливаясь.

— Зачем тебе Вей?

— Где он? — повторила я. Внутри все дребезжало от переполнявших эмоций.

— Кажется, на стадионе. Или полигоне… А что случилось-то? — вопрос был брошен мне вслед, я же, припустив что есть мочи, уже неслась к стадиону.

Еще не добегая до него, стало понятно, что Тайлера там нет. Зато был профессор Лотт, который мучал забегом второкурсников. Полигон располагался почти рядом, сразу за стадионом, через небольшую рощу, я двинулась туда и там-то наконец нашла Тайлера. Одного. Естественно, полуголого. Перед глазами заплясали красные круги ярости. И, как уже бывало в такие моменты, магия пробудилась во мне сама. Выплеснулась из внутреннего источника, устремившись по венам, окутала пальцы знакомым теплом… Оставалось только направить ее в нужное русло. Но сегодня у меня непременно это получится!

Я застала Тайлера врасплох. Водный поток, который вырвался из моих ладоней, хлестнул его по лицу как пощечина. Какое же наслаждение видеть ошеломление в этих холодных карих глазах! Правда, от следующего удара он увернулся. И, кажется, понял, зачем я пришла: удивление в его взгляде сменилось интересом, а взгляд метнулся к моей шее.

— Сними с меня эту дрянь немедленно! — я остановилась в десятке шагов от него и пальцем показала на ошейник.

Тайлер лишь вопросительно посмотрел в ответ.

— Зачем ты это сделал? — сейчас я не могла говорить спокойно, только кричать. — Я тебе не зверек для развлечения! Ты, оказывается, ничем не лучше Шина и Мортона! Конечно, вы же у нас Элита! Вам все позволено! Даже делать из других студентов рабов! — я, раззадорив себя, хлестнула его очередей струей. Неожиданно для меня самой, это оказался кипяток, даже пальцы немного обожгло. Но и Тайлера все же удалось задеть немного: он слегка поморщился.

— Эй, горячо, между прочим! — на его лице появилась усмешка, как мне показалось, нахальная и совершенно бессовестная.

И это стало последней каплей. Я сорвалась и, собрав оставшиеся силы, принялась хлестать его водой, продолжая кричать и выплескивать вместе с ней весь свой гнев, обиду и отчаяние. Тайлер же даже не сдвинулся с места. Все это время стоял и, точно непрошибаемая скала, со спокойным видом выдерживал все мои удары. Ледышка беспринципная! Сосулька бесчувственная!

Я так разошлась, что все-таки пропустила момент, когда Тайлер совершил едва уловимое движение ладонью, и моя водная струя, уже порядком ослабевшая в напоре, разлетелась на мелкие льдинки, совсем как тогда у озера. А в следующий миг я ощутила холод и тяжесть на своих запястьях, и меня неведомой силой отбросило назад, к деревянной тренировочной стенке-препятствию. Руки сами взметнулась вверх и их приморозило к дереву наручниками изо льда. Да чтоб тебя, Тайлер!.. Демонстрируешь свою силу надо мной? Ненавижу! Тебя и всю вашу Семерку! И не позволю смеяться над собой, даже в таком положении!

Я вздернула подбородок и с вызовом посмотрела на Тайлера, который медленно приближался ко мне.

— Твои удары слишком однообразные, — проговорил он обыденным тоном, будто мы находились на тренировке с Джулианой. — Не мешает научиться, например, водному лезвию… Или водной плети…

— Без тебя разберусь, чему мне учиться, — огрызнулась я. — Сними лучше свой ошейник!

— Не сниму, — он стоял уже совсем рядом, почти вплотную ко мне и изучал насмешливым взглядом.

— Зачем тебе это? Зачем тебе я? — я тоже не отводила глаз. — Поиздеваться хочешь? Ты уже это делаешь, в данную минуту…

— Ты слишком категорична, Лора, — он расслабленно запустил руки в широкие карманы своих брюк и принялся раскачиваться с пятки на носок.

— А ты наслаждаешься вседозволенностью? Утверждаешься за счет более слабых?

— А ты признаешь себя слабой? — его глаза на миг сузились, но потом усмешка вновь вернулась на лицо. — Я никогда ни перед кем не оправдываюсь, имей это в виду.