Будь моей няней - Маруся Хмельная

Даже из любопытства издалека взглянула на пару, чтобы убедиться в правдивости слухов. Слухи не лгали. Таким влюбленным Лероя я не видела даже рядом с собой в наши лучшие времена. Так что все, что ни делается, к лучшему. Если бы я не отказала ему, Лерой никогда бы не встретился со своей женой и не стал таким счастливым.

Никого не удивило, что влюбленные молодожены решили перебраться в поместье, чтобы насладиться обществом друг друга. А затем пошли слухи, что они перебрались за границу, на родину жены. И про Лероя забыли. Все, кроме меня.

Случайно оказавшись по делам недалеко от поместья герцогов Маррокунов, я заглянула туда, чтобы поговорить с местными и узнать, как дела у Лероя. И каково же было мое удивление, когда мне сказали, что молодой герцог скончался от лихорадки уже как полгода. Я сначала не поверила своим ушам. Подумала, что это ошибка, или мы говорим о разных людях. Но нет, управляющий поместьем, к которому я обратилась, вспомнил меня и все подтвердил. Привел в фамильный склеп и показал могилу. Смахнул слезу:

— Вот, мэлл Имма, оборвался на маленьком Лерое герцогский род. Эх, — досадливо махнул он рукой и смахнул слезу с другого глаза. — А ведь я еще помню, как вы малышней вдвоем носились наперегонки по парку перед особняком.

Я зарыдала, не сдерживаясь, оплакивая Лероя, себя, наше детство и наши отношения. Сейчас я раскаялась, что не простила его.

— Я прощаю тебя, Лерой, — погладила я плиту с бюстом Лероя. Над мраморным изваянием работал талантливый скульптор, Лерой выглядел как живой, с умиротворенным взглядом и улыбкой. — Пусть богиня подарит тебе лучшую судьбу.

Я выслушала короткий рассказ о смерти Лероя. Простудился и заболел? Как же такое возможно, имея магию огня? Впрочем, с ней вообще что-то непонятное. Если Лерой умер, она должна вернуться ко мне.

Либо он не умер. Но обманывать меня управляющему не было никакого резона, да я и сама чувствовала, что это правда. На уровне подсознания я знала, что Лероя больше нет. Значит, он передал мою магию кому-то другому. И за какое-то время до смерти, иначе бы не смог простудиться.

— А кто его наследник? И где жена? Я могу поговорить с ней? — спросила я.

— Он отписал все жене, детей у них не было. Кузен, виконт Швалье, претендовал на титул, но как ни старался, к завещанию было не придраться. Ни одной лазейки. Герцогиня вышла с честью из их противостояния.

— А где она?

— Уехала к себе домой, в королевство Рамбутан. Сказала, что не может здесь оставаться, ей все напоминает о ее любимом Лерое. — Управляющий снова промокнул глаза платочком. — Оставила меня в прежней должности следить за поместьем, за деньгами приезжает поверенный. Противный мужичишко, скажу я вам. Все что-то рыщет, перепроверяет, сует свой нос куда не следует. Требует повысить налоги. А куда повышать-то? Герцогиня и так в последний год задрала их до небес, народ стонет и потихоньку уходит с земель. А кто тогда работать будет? С кого налоги собирать?

Управляющий охал и ахал все в таком духе, пока мы шли от склепа к дому.

— Зайдете, мэлл? — просительно спросил он. — Вспомните свои юные годы.

— Думаете, можно? Герцогиня не будет против?

— Ну так ее и нет. Кто ж ей скажет? Я вам постелю в вашей комнате. Она так и стоит, как при вас. Мэллорд Лерой запретил ее трогать. Хотя после женитьбы и хотел что-то тут переиначить, но руки не дошли. Только первый этаж успели с женушкой переделать.

Управляющий как-то тяжко вздохнул, и, когда я вошла в дом и увидела изменения собственными глазами, поняла почему. Старый герцогский дом дышал благородной классикой, наследием предков, нескольких поколений рода. Сейчас же весь этаж выглядел китчевым новоделом, как будто у дома не было прошлого и истории бывших владельцев.

Я не знала, радовало меня или огорчало, что я не увидела того, прежнего дома. С одной стороны, наследия герцогов было жалко. С другой, кому оно теперь нужно, и так ли мне хочется столкнуться со своим прошлым?

Мы поужинали с управляющим, и меня отвели в мою комнату. И вот здесь каждая деталь погрузила меня в воспоминания о том, что так хотелось забыть, но никак не удавалось.

Кукольный домик, выструганный Лероем, так же стоял на столике в углу, а предметы расставлены так, как расставила их я в последний раз, когда к нему прикасалась. Рядом лежат потрепанный, уже не такой пушистый, чуть облезлый игрушечный щенок. Чьи черные глазки-бусинки давно сменили цвет, один на зеленый, другой на чернильный, так как прежние давно оторвались. Один был оторван Лероем во время игры, за что получил от меня нагоняй и настоящую девчоночью истерику, с которой не знал, как справиться, и позвал на помощь нашу кухарку, тетушку Грузитту. Она наложила ему кучу вкусностей и дала подзатыльник. Послала горничную за нитками и пуговицами и велела Лерою не давать мне плакать, суя в рот пирожное за пирожным. А потом вместе выбрать новую пуговку для глаза и пришить ее. Чем Лерой весь вечер и занимался, доводя меня уже до другой истерики — от смеха.

Ночью я почти не спала. Рыдала, оплакивала Лероя и прощалась с нашим прошлым. Сюда я уже больше никогда не вернусь. Неизвестно, кому достанется эта комната. И будет ли ее хозяйка играть самодельным кукольным домиком. Или отнесет его на чердак, а то и просто выкинет.

Щенка я утром отнесла в склеп и положила на могилу к Лерою. Пусть охраняет своего хозяина.

Я оставила у управляющего записку для герцогини с просьбой встретиться со мной или связаться. Она вскоре ответила мне вежливым и ничего не значащим посланием, написав в нем все то, что я услышала от управляющего: что она бы с удовольствием встретилась с другом ее любимого мужа, но вряд ли у нас появится такая возможность. Она не собирается возвращаться в страну, где ее сердце разрывается от горя при мысли о преждевременно скончавшемся муже. А мне она желает здоровья и благополучия.

Даже не предложила встретиться на своей территории, если вдруг я там окажусь, подумала я. Так сильно хочет забыть все, что связано с Лероем. Или боится неудобных вопросов, в том числе и о том, куда делась его магия. Хотя, возможно, она не знает, что ему отдала ее я. Мог ли Лерой скрыть такое от любимой жены?

Ответов у меня на это не было. Зато они могли быть у того, у кого находился сейчас мой дар. Я хотела найти этого человека и все выяснить. Я не могла представить, что заставило Лероя отдать дар, за который он так дорого заплатил. Если бы он и решил с ним расстаться, то вернул бы его мне, как он предлагал мне не раз для того, чтобы я его простила.

И вот теперь получалось, что я не могу самостоятельно найти носителя моего дара, если только не набреду случайно или не обращусь официально. Если на имя умершего герцога мне было наплевать, то тревожить память Лероя и давать пищу для пересудов, чтобы его имя трепали кумушки высшего света, я не хотела. Эта тайна умрет со мной.