Ай-тере. Спящая сила - Ольга Валентеева

– Я буду благодарна, если вы согласитесь, – сказала она. – А со временем вникну сама. И я хотела бы продолжить обучение в индивидуальном порядке, как мы и обсуждали. Госпожа Анна, вы могли бы помочь с поиском педагогов?

– Конечно. – Кажется, Анна была удивлена такой просьбой. – С радостью.

Хорошее решение, Дея. Это поможет Анне отвлечься от своей беды. Так что я поддерживал такое решение. А когда Дея доучится, мы оба займемся делами ее дедушки.

И тут же поймал себя на том, что начинаю планировать будущее. Давно со мной подобного не случалось. Обычно проживал день – и ладно. Но сейчас действительно хотелось смотреть вперед, ведь будущее было. Какое, никто не знает, но – было.

А автомобиль остановился у главного входа. Дея почти сразу поднялась в свою комнату, переоделась в домашнее платье, а я, тоже сменив костюм на повседневную одежду, попросил принести нам что-нибудь перекусить, потому что моя иль-тере не завтракала.

– Я не голодна, – попыталась отказаться Дея. Но кто ее слушал?

– У нас много дел, – напомнил я. – Хочешь упасть от истощения?

Она нехотя взялась за вилку. На обед были макароны с сыром. Не самый худший вариант.

– Насчет бизнеса господина эо Фейтера и твоего обучения понятно, – решил я отвлечь Дею и прояснить некоторые моменты. – Лучше расскажи, чем мы займемся помимо этого.

– Тем, к чему я стремилась все это время, – ответила она. – Мне нужно найти Теда. А еще – навестить Кэтти. Только она не согласится отдать Эжена ни за какие деньги. И я не представляю, что с этим делать.

– Может, побеседовать с ее родителями? Насколько я знаю, они не самые богатые люди Тассета и от лишних денег не откажутся.

– А это мысль. – Дея сразу оживилась. – Но сначала надо узнать, сколько я вообще могу потратить.

– И купить наряды, – напомнил я.

– Что?

– Говорю, что в высшем свете Тассета встречают исключительно «по одежке». Чем представительнее и дороже ты будешь выглядеть, тем больше шансов добиться своего. Понимаешь?

– Ты прав, – кивнула она задумчиво, накручивая на палец светлую прядь. – Значит, завтра с утра – офис, затем банк и платья. Но я не представляю, где их можно купить.

– Зато представляю я.

Сколько раз приходилось сопровождать Хайди в самые дорогие салоны Тассета? Понятное дело, мы не станем спускать все средства Деи на тряпье, но я говорил правду: надо с порога показать свой статус, иначе ничего не выйдет. Тем более учитывая, в кругах каких акул придется вращаться.

– Мне немного страшно, – призналась Дея.

– Значит, воевать с Хайди тебе страшно не было? – усмехнулся я.

– Было, но…

И она смущенно отвела взгляд. Да уж, я помнил, какой именно секрет Деи раскрыла Таисия. Никогда не забывал. Надеялся только, что эта детская влюбленность пройдет, но она никак не проходила, и я все чаще ловил мечтательный взгляд Деи. В остальном она старалась держать себя в руках и ничем не выдать, что я все еще ей небезразличен.

До вечера мы как неприкаянные бродили по дому. Уже к ночи госпожа Анна предоставила Дее кандидатуры первых педагогов, и двоих Дея даже утвердила, а затем отправилась принимать ванну. Госпожа Анна поманила меня за собой. Я меньше всего ожидал, что окажусь на маленькой уютной кухоньке.

– Люблю иногда готовить сама, – ответила Анна на мой немой вопрос. Даже сейчас, на склоне лет, ай-тере была очень красива. Представляю, как она выглядела в молодости, и понимаю, почему супруга Фернанда ревновала. Особенно притягивали внимание глаза: карие и очень теплые.

– Фернанд тоже любил, когда я что-то пекла, – вздохнула Анна. – Хочешь булочку, мой мальчик?

И таким уютом повеяло от этого «мой мальчик», что сердце быстрее застучало в груди. Становлюсь сентиментальным… Или просто оживаю?

– Да, – ответил я запоздало, и Анна достала из печи противень с круглыми румяными булочками, от которых так удивительно пахло, что рот наполнился слюной.

– Хоть так успокаиваюсь, – сказала мне.

– Понимаю.

– Кушай, сейчас налью чай.

И чай тоже выше всяких похвал: настоящий, настоянный на травах. Похожий делала моя няня, когда я был ребенком. А Анна села напротив, взяла в руки фарфоровую чашку, вздохнула грустно.

– Фернанд был хорошим человеком, – сказала она мне. – Только непреклонным. Я очень любила Элизу, как родную дочь, и раньше него узнала, что девочка влюбилась в не самого подходящего мальчика. Говорила ему потом, что надо смириться, иначе добром это не кончится. Только он меня не послушал. Дея очень похожа на мать: внешне и, хочется верить, внутренне.

– Она хороший и светлый человек, – сказал я.

– Это заметно, – печально улыбнулась Анна. – Хотя бы по тому, что ты сидишь здесь, со мной и спокойно пьешь чай. Она ведь вряд ли твоя первая иль-тере, учитывая возраст?

Я кивнул.

– Третья, – добавил отрывисто и сделал большой глоток.

– Не самые лучшие воспоминания, да? А Фернанд стал моим первым иль-тере, и я у него была первой. Это защитило меня от многих бед. К нему часто приходили друзья, и когда я видела, как они обращаются с ай-тере, не могла уснуть ночами. Люди часто жестоки, еще чаще – совершенно неоправданно.

– Вы правы, – ответил я. – Не понимаю, чем это вызвано.

– Потому что ты сам – хороший мальчик, Нэйт. Это заметно старушке вроде меня.

И Анна ласково накрыла ладонью мою руку. Впервые не захотелось отдернуть пальцы от прикосновения чужого человека.

– Как думаешь, Дея будет против, если я останусь здесь? – спросила она.

– Нет. Конечно нет.

Я был в этом уверен.

– Вот и славно. В этом доме прошла вся моя жизнь, и мне хотелось бы, чтобы она в нем и завершилась. Винс будет приезжать раз в неделю, мы договорились. Он тоже неплохой парень, но больше ловкий делец. Тем не менее Фернанд ему доверял, и вы тоже можете. Ты кушай, кушай. Я совсем тебя заболтала.

Я в кои-то веки был рад «поболтать». От Анны исходило душевное тепло, такое редкое в нашем мире. Она потеряла самого близкого человека, но у нее нашлись силы поделиться добротой со мной.

– У вас нет своей семьи? – спросил я.

Она отрицательно покачала головой.

– Фернанд был не против, но я отказалась, – ответила женщина. – Моей семьей стали он и Элиза. Его супруга тоже была ко мне добра, но очень уж ревнива.

– Понимаю.

Вспомнилась Хайди и история с возлюбленной Рона. Только Хайди была жестока, а супруга Фернанда, по-видимому, нет.

– Присмотри за Деей, мой мальчик, – попросила Анна. – И если станет тяжело на душе, приходи сюда, я всегда буду рада.