Клинок тайн - Триша Левенселлер

Черно-белые птицы плывут по воде и ковыляют по берегу.

Действительно, нелетающие птицы. Так интересно.

Я снова ловлю на себе пристальный взгляд Келлина и смотрю на него.

– Да что с тобой такое?

– Здесь, может быть, и прекрасно, кузнец, но ты должна быть осторожной. Никому не говори, кто ты. Многие в Терсе суеверно относятся к магам.

– Магия давно легализована.

– Иногда на перемены уходят поколения, – говорит Келлин. – А иногда люди пренебрегают законом, чтобы следовать своим собственным убеждениям.

– Но ни у кого из лидеров территорий нет проблем с магией.

– Не имеет значения. У этого города особые отношения с магией, которые превосходят любой закон и любого правителя. Делай, что хочешь. Я просто предупреждаю, чтобы ты прикрывала свою спину, когда меня не будет рядом. Да, и не забудь про мой меч. Я останусь в «Танцующем киви», пока он не будет готов.

– Вот обещанная премия, – говорит Темра, делая шаг вперед, чтобы расплатиться.

Келлин без всякой причины подмигивает мне, прежде чем исчезнуть в толпе.

И это все? Ни «Прощай», ни «Надеюсь на скорую встречу»? После стольких дней, проведенных вместе, разговоров о сиротских приютах, семьях и веснушках он оставляет меня, только подмигнув? Он же считает меня красавицей!

Почему тебя это волнует? Ты ненавидела с ним разговаривать.

Разве не так?

– Счастливого пути, – говорит Петрик.

– Он мне вроде как даже нравится, – говорит Темра. – Он ведь доставил нас сюда в целости и сохранности, верно?

Хоть убей, не могу понять, почему мне кажется, что с его уходом я что-то потеряла.

* * *

Много расспрашивать не приходится, прежде чем нам указывают направление к дому Сотеран, семьи нашего отца.

– Конечно, я знаю, где живут Сотераны. Их земли на вершине вон того утеса. Мимо проехать просто невозможно. Вы найдете ведущую к их дому тропу на северо-восточной стороне города, – говорит пожилой джентльмен Темре. – Зачем они вам?

Темра поворачивается ко мне, не зная, что ответить. Я киваю, показывая, что ей не нужно бояться правды.

– Мы – их родственники.

– Как чудесно! – говорит мужчина. – Пусть Сестры благословят ваше воссоединение.

– Спасибо, – говорит Темра, не потрудившись уточнить, что это не столько воссоединение, сколько первая встреча.

Мы направляемся в сторону, указанную стариком.

– Может, мне тоже найти гостиницу, где можно остановиться, пока вы встречаетесь со своей семьей? – спрашивает Петрик.

– Нет, – быстро отвечаю я. Теперь я чувствую себя в большей безопасности, когда с нами кто-то еще. Мы с Темрой понятия не имеем, как отреагируют на наше появление новые родственники.

Ни Петрик, ни Темра не подвергают мой поспешный ответ сомнению.

– Почему вы никогда раньше не встречались со своими родственниками? – спрашивает Петрик.

– Они живут далеко, – отвечаю я.

– Что, кстати, странно, – говорит Петрик. – Большинство людей не уходят далеко от того места, где они родились. И разве вы не говорили, что ваш отец взял фамилию вашей матери?

– Да, но подобное не редкость. Многие пары на территориях принцесс делают это, чтобы почтить матриархальное правление.

– Я просто хочу сказать, что ваши родители хотели спрятаться от этих родственников.

– И зачем им это делать? – спрашивает Темра.

– Не знаю, – отвечает Петрик. – Что, если у них незаконный бизнес?

– Это может нам помочь, – говорю я, – учитывая, что мы бежим от… могущественных людей.

– Но что, если они попытаются воспользоваться ситуацией и продать ваше местоположение этим могущественным людям?

– Мы же не собираемся говорить им, что мы в бегах, верно? – уточняет Темра, игриво хлопая Петрика по затылку. – Ты слишком беспокоишься, ученый. Почему бы тебе не заняться чтением и не позволить нам с Зивой позаботиться о наших родственниках?

Петрик что-то бормочет себе под нос, но Темра либо не слышит, либо намеренно игнорирует его.

Мысли Петрика меня не беспокоят, но, когда я вижу дом, у меня в животе все сжимается.

Это большое поместье, со множеством загонов, в которых содержится различного рода скот. Свиньи, козы и птицы, почти такого же роста, как я, с ярко-синими головами без перьев.

К тому времени, как мы подходим к крыльцу, льет дождь. Я почти в панике думаю о том, как нас примут, словно дождь может быть предзнаменованием от Сестер.

Как глупо. Наверное, здесь каждый день идут дожди. Все же в дороге мы так долго боялись, что нас поймают, так что трудно тут же избавиться от этих страхов.

– Вот мы и пришли, – говорит Темра с обнадеживающей улыбкой. – Я так взволнована! – она стучится, и мы ждем.

Дверь открывает человек, сильно похожий на отца из тех воспоминаний, что у меня сохранились. Я чувствую, как слезы наворачиваются на глаза при одном его виде.

– Да? – спрашивает он. – Если вы здесь, чтобы что-то продать, лучше вам уйти до того, как Воланна закончит утреннюю молитву.

Не успев обдумать собственные слова, я говорю:

– Вы – брат Даррена?

Мужчина моргает.

– Я уже много лет не слышал этого имени. Кто вы?

– Даррен… он… наш отец.

Воцаряется тяжелое молчание, и человек – наш дядя – отступает.

– Думаю, вам лучше войти.